Читать книгу Сбитая с пути: Путешествие домой - Группа авторов - Страница 9

Прошёл год с того самого случая на балконе. Я полностью посвятила себя алхимии и улучшением своих магических способностей. Выйдя из учебного кабинета, я побежала к наставнику. Количество коридоров, через которые необходимо было пробежать, меня до сих пор раздражало. Но цель оправдывала неудобства.

Рывком открыв дверь в его белоснежный ведьминской кабинет, я даже не заметила, что он был не один. Подойдя к его столу, я положила свой блокнот перед ним. Взглядом оценила гостью. Мне хватило всего лишь секунды, чтобы почувствовать родство ее маны и Герберда. Ее одеяния были Руэльскими, как и одеяния Яблочка.

– И на что я смотрю? – спросил он.

– Сам мне скажи, – улыбнулась я, ожидая его ответа.

Женщина в кабинете прочищала горло. Сначала один раз, потом два, потом три. Я достала стакан со стеллажа, наполнила его водой, поставила на стол, совершенно игнорируя гостя.

– Ты пробовала на практике? – спросил Герберд, читая формулу.

Я рассмеялась, достала из мантии бокал, но там было не вино. Стакан воды гостю не помог, и прочистка горла превратилась в кашель. Я снова достала еще один стакан, закинула туда травку от боли в горле, залила водой и размешала, устроив водоворот. Поставила варево на стол, наблюдая, как наставник рассматривает золото в бокале.

Бокал растрескался, и Герберд своими длинными черными ногтями выудил кусок золота из осколков стекла. Он встал, взял блокнот и кусок золота и поспешил на выход. Я пошла за ним. Мы возвращались в учебный кабинет, где Герберд уже повторил всё самостоятельно и получил тот же результат.

– Хм… Скажи, что я молодец.

– Тебе не хватает похвалы? – посмотрел на меня наставник.

– Ты вообще кого-нибудь хвалил? – спросила я.

– Ты молодец, – сказал он.

– Да? – переспросила я на всякий случай.

– Да. Только материалы, чтобы сделать это, стоят дороже, чем этот кусок золота. Но ты всё равно молодец, – пояснил Герберд.

– Тебе обязательно всё испортить, да? – надула щеки я.

Меня погладили по голове. Я снова улыбнулась, а Герберд пошёл на выход, обсуждая со мной рецепт. Я была в хорошем настроении и сегодня никто не смог бы его испортить.

Ну почти никто.

Кроме мертвого слуги в конце коридора. Я остановилась и повернула голову.

– Демоны, ну почему сегодня? – спросила я, глядя на тело.

– Лучше бы он умер завтра?

– Лучше бы он вообще не умирал, но да, лучше бы завтра, – ответила я.

Я села на корточки, осматривая тело. Ничего необычного замечено не было. Мои глаза загорелись, и я начала наблюдать за всеми в замке, кто вел себя хотя бы слегка подозрительно. Герберд делал то же самое.

– Кстати, Центаврия беременна, – сказала я.

– Лучшего момента ты не могла найти? – спросил Герберд, подняв свою седую бровь.

– Училась у лучших, – ответила я.

Он ухмыльнулся.

Да, сегодня, похоже, праздник какой-то.

Убийцу мы нашли – это был не дворецкий. Горничная подсыпала своему возлюбленному яд, купленный у местного лекаря в переулке родного города. С криками «Если не мне, так не достанется он никому!» рыцари потащили её в темницы.

Что касается беременности Центаврии, то она сама ещё не знала, мы и говорить не стали. Иберис подтвердил её положение, только когда её начало воротить от запахов. В тот день всё великое Герцогство Нокс было взволновано. Эдельвейс был сам не свой: сидел у себя в кабинете вместе с Гербердом за бутылкой вина.

– Как такое произошло? – спросил великий герцог.

– Рассказать вам, как делают детей? – спросила я ему.

– Ну и что мне делать дальше? – спросил Эдельвейс.

– Могу посоветовать пару книг про воспитание детей, – ответил Герберд, гладя меня по волосам.

– Вы мне не помогаете! – Эдельвейс лёг на стол, стукнувшись лбом.

– Теперь, по крайней мере, не нужно будет думать, кто станет следующим герцогом, – ответил Герберд.

– Центаврия наконец-то уймется и сосредоточится на своем ребенке, – сказала я.

– Всегда можно ребенка сбагрить кормилице и слугам, – вставил Нертера, входя в кабинет. Он положил стопку документов герцогу на стол и сел на софу рядом с нами. Дверь открылась, и вошли Дион и Иберис.

– Я так не думаю. Учитывая её характер, гиперопека ребенку обеспечена, – сказала я.

– Вот что бывает, если вовремя не высунуть… Простите, я забыл, что здесь Мона, – ответил Дион.

– Не переживайте. Ничего нового я не услышу, – сказала я, облокотившись на Герберда.

– Эд, расслабься. На детей порой смотреть даже забавно. Они весьма увлекательны, – сказал Герберд.

– Гер, ты говоришь как будто зритель в цирке, – ответил Эдельвейс.

– Дион, у тебя их сколько? Трое? И как ощущения? – спросил Герберд.

– Я рыцарем стал не просто так. Какие еще могут быть ощущения?! – Дион выпил вино залпом.

– Кстати, родится же маг. Если такой же силы, считайте, что пол дворца будет разрушено, – сказал Нертера.

– А после он приведет домой бродяжку с улицы и захочет сделать из неё герцогиню, – добавил он.

– Или того хуже – родится девочка. Будет беременна в тринадцать от какого-нибудь ублюдка-конюха, – сказал Дион.

– Или ещё хуже – ублюдка империи. Свидание там, свидание там… вот и всё – любовь до гроба, – добавил Герберд.

– Я не за тем отгрызал большую часть империи, чтобы отдать её им! Или какому-то конюху! – Эдельвейс громко стукнул кулаком по столу, который развалился на две части.

– Да, с девочкой будут проблемы. С мальчиком будет проще, – кивнул Иберис.

– Его сразу же нужно будет предать мечу, воспитывая дисциплину, – сказал Дион.

– Незаконнорожденных отследить не составит труда, если такое случится. Да и магию всегда можно заглушить, – добавил Герберд, собирая мои волосы в хвост.

– Делайте, что считаете нужным, – сказал Эдельвейс, словно сдавшись.

Герберд отдал флакон с красной жидкостью Иберису.

– Проверил?

– Как всегда, – кивнул Иберис, положив его себе в нагрудный карман, и вышел.

– Мона, сходи к Центаврии, поболтай с ней о чем-нибудь, пока Иберис готовит остальное, – сказал Герберд.

Я кивнула и поняв что Центаврия должна была выпить эту жидкость, направилась к её светлости в гостиную.

– Ваша Светлость, прошу прощения за беспокойство, но мне подумалось, что вам нужна моя компания, – сказала я, тихонько стуча в дверь.

– Мона! Хорошо, что ты здесь! – открыла горничная.

– Что случилось?

– Её светлость ничего не ела с самого утра, боюсь, из-за осложнений, – сказала служанка.

– Осложнений? От чего? – удивилась я.

– Она принимала сонные микстуры последние два дня. Главный лекарь заверил нас, что всё в порядке, но её светлость всё ещё очень вялая.

– Я посмотрю. Можете пока принести каталог детских вещей? – спросила я.

– Да, конечно.

Я вошла в спальню Центаврии.

– Мона, иди сюда, посмотри, всё ли в порядке.

– С этим? – уточнила я.

– Ваша светлость имеет в виду плод?

– Да, да, плод, – приподнялась герцогиня на кровати и села.

Я быстро проверила: всё соответствует норме.

– У вас третья неделя. Всё протекает нормально, не о чем беспокоиться.

– Это мальчик или девочка?

– А кого бы вы хотели? – спросила я.

– Девочку? И ты, и Эрика очень милые и умные девочки. Я бы хотела себе такую же, – ответила Центаврия.

– Может, тогда посмотрим каталог? В этом сезоне мода просто восхитительна, – сказала я, и служанка принесла его.

Центаврия оживилась, стала ещё более любопытной и попросила ещё больше каталогов. Мы выбрались в сад, где Иберис принес её любимые блюда с неярко выраженным запахом.

– Почему ты не ешь? – спросила герцогиня.

– Я на специальной диете. Дион сказал, что у меня слишком мало мышц и посоветовал есть только овощи и некоторые физические нагрузки. Сладкое обходится стороной, – ответила я.

– Вот как? Это очень похвально, – сказала герцогиня, продолжая есть красный вишневый торт.

Проведя с ней время, и удостоверившись что она все съела, я вернулась в учебный кабинет, где вместе с Колеусом продолжила работать над рецептом, чтобы удешевить или хотя бы заменить ингредиенты на более дешёвые. Тратить красные сапфиры было расточительно.

Что касалось герцогини и той красной жидкости, это было не моего ума дело. Что ей дали, и что оно делает, меня не волновало.

В одну из ночей наставник застал меня на тренировочной площадке – среди лунного света и звона стали. Я отрабатывала движения с оружием, пока воздух дрожал от напряжения. Было бы странно жить в мире, где магия течёт в крови, а рыцари носят славу на клинках, и не уметь держать меч в руках.

– Мне даже побыть одной нельзя. А что если бы у меня был мужчина? Тоже бы подсматривал? – спросила я.

– С чашкой чая в руках, милая, – ответил Герберд невозмутимо, слегка наклоняя голову и поднимая в руке фарфоровую чашку с горячим напитком.