Читать книгу Инвазия – Собирая осколки - - Страница 6

Когда Андрей вышел из подъезда, его встретила картина, столь невероятная в новом мире, что на мгновение он замер, забыв дышать.

На асфальте, посреди мёртвого двора, сидела на корточках Аня. Она нежно, почти медитативно гладила рыжего кота с белыми лапами. Кот, мурлыча так громко, что звук был слышен за несколько шагов, с достоинством жевал протянутый ему кусок колбасы.

Рядом, прислонившись к капоту своего внедорожника, стоял Антон. Сигарета дымилась у него в пальцах, а на лице – не ухмылка и не гримаса усталости, а самая настоящая, спокойная улыбка. Он смотрел на кота и Аню, и в этом взгляде не было ничего, кроме простого умиротворения.

Этот кусочек жизни – почти домашний, почти нормальный – врезался в Андрея с такой силой, что у него перехватило горло. Это была не сцена из прошлого. Это была сцена из возможного будущего. Хрупкого, но живого. Он сделал шаг вперёд, и гравий хрустнул под ногой.

Аня подняла на него глаза, и её лицо тоже озарила лёгкая, неуверенная улыбка.

– Он вернулся, – просто сказала она, почесав кота за ухом.

– И колбасу выпросил, хитрец, – добавил Антон, делая последнюю затяжку и бросая окурок. – Ну что, капитан, груз приняли? Можем выдвигаться?

Андрей кивнул, с трудом находя слова. Он сжал в кармане руку, чувствуя под пальцами след от кольца, но боль уже была другой. Не разрывающей, а… напоминающей.

– Да, – сказал он наконец, и его голос прозвучал твёрже, чем он ожидал. – Всё принял. Выдвигаемся.

– Ребята, можно я возьму с собой кота? – Аня умоляюще посмотрела на Андрея и Антона, не прекращая гладить рыжего мурлыку. Тот, будто поняв суть вопроса, прекратил жевать и уставился на мужчин своими жёлтыми, неумолимо-спокойными глазами.

Андрей и Антон переглянусь. В этом новом мире эта маленькая просьба о милосердии была, пожалуй, самым человеческим поступком, на который они ещё были способны. Они почти синхронно кивнули.

– Ладно, команда пополняется, – с усмешкой сказал Антон. – Только смотри, чтобы этот хвостатый не стал тут главным по пайкам.

– Спасибо! – лицо Ани озарила настоящая, детская радость. Она бережно подняла кота, который, к всеобщему удивлению, не оказал сопротивления, а лишь устроился поудобнее на её руках.

– Езжай впереди, показывай дорогу, – сказал Антон Андрею, с грохотом закрывая багажник своего внедорожника. – Мы за тобой. Только не гони, а то наш новый пассажир, – он кивнул на кота, – к укачиванию может быть не готов.

Андрей сел в свой уже заправленный Subaru, посмотрел в зеркало заднего вида на машину Антона, в окне которой мелькнуло рыжее пятно, и впервые за долгое время почувствовал не тяжесть, а странную, почти неуместную лёгкость. Они выезжали из города не просто как беглецы. Они везли с собой крошечный осколок жизни.

На выезде из района «Заря» в сторону пригорода, Андрей неожиданно свернул на парковку полупустого торгового центра. Антон с Аней, следовавшие за ним, припарковались рядом и уже потянулись к дверям, но замерли, заметив, что Андрей не спешит выходить.

Он сидел за рулём, задумчиво уставившись в сторону главного входа. Массивные стеклянные двери были разбиты – не просто треснуты, а выбиты, будто их взломали тараном. Рядом, на асфальте, валялись мятые картонные коробки, пустые упаковки от бытовой техники и какая-то тёмная тряпка, напоминающая куртку.

Андрей медленно вышел из машины и жестом показал Антону присоединиться к нему.

– Смотри, – тихо сказал Андрей, указывая подбородком на разбитые двери.

– Проверим? – спросил Антон, и в его голосе не было ни страха, ни бравады – лишь простая, деловая готовность.

Андрей кивнул, уже доставая из-под сиденья тяжёлый монтировочный ключ. Он коротким жестом показал Ане остаться в машине с котом и пригнуться.

Аня, прислушиваясь, прижала к себе кота.

– Вы думаете, там кто-то есть?

– Или был, – мрачно добавил Антон, его взгляд тоже стал осторожным, сканирующим тёмные проёмы магазинов за стеклом.

– Только разведка, – тихо бросил Андрей. – Заходим, смотрим, слушаем. Никаких геройств. Если что-то не так – сразу отходим к машинам. Понятно?

– Понятно, – так же тихо ответил Антон, хватая из своего багажника увесистую кувалду, которая до катастрофы использовалась для выправления рычагов подвески.

Они двинулись к разбитым дверям, ступая почти бесшумно, держась на расстоянии друг от друга, чтобы не стать лёгкой мишенью. Воздух вокруг казался густым и враждебным. Разбитое стекло хрустело под ногами. Запах пыли, сырости и чего-то кислого, возможно, испорченной еды, ударил им в нос.

Андрей замер у самого входа, прислушиваясь. Из темноты торгового центра не доносилось ни звука. Только их собственное дыхание и отдалённый шум ветра за спиной.

Он кивнул Антону, и они, плечом к плечу, переступили через порог, исчезнув в чёрном зеве торгового центра.

Первый этаж встретил их картиной бессмысленного разрушения. Витрины, где ещё пару дней назад красовались цветы, смартфоны, хрустальные вазы и прочие мелочи для подарков, были не просто разбиты. Их уничтожили с особым, почти ритуальным усердием. Осколки стекла покрывали пол густым, хрустящим ковром. Горшки с орхидеями опрокинуты, земля размазана по полу. Пластиковые коробки от телефонов раздавлены тяжелыми ботинками, экраны превращены в мелкую крошку. Здесь не рылись в поисках ценностей – здесь просто крушили, ломали, топтали, вымещая слепую, неконтролируемую ярость на беззащитных предметах.

Андрей и Антон переглянулись. В глазах Антона читалось то же самое, что и у него: это была работа не мародёра, а человека на грани срыва. Или нескольких таких людей.

Они двинулись дальше, стараясь не наступать на осколки, но это было невозможно. Каждый хруст под подошвой отдавался в звенящей тишине зала громче выстрела. Они шли сквозь последствия чьего-то личного апокалипсиса, случившегося уже после всеобщего.

Андрей указал на неподвижный эскалатор, уводящий вниз, в полумрак минус первого этажа. Именно там находился продуктовый гипермаркет.

Они подошли к верху эскалатора. Ступени застыли навеки, превратившись в металлическую лестницу. Оттуда тянуло холодом и спиртовым запахом.

– Тише воды, ниже травы, – пробормотал Антон, делая первый шаг на застывшие металлические ступени эскалатора.

Они начали спускаться, каждый звук их шагов гулко отражался от стен. Этот спуск внезапно ощущался как метафора чего-то большего – спуска в чрево нового, тёмного и голодного мира.

Свет в торговом зале супермаркета был приглушённым, будто кто-то оставил работать лишь аварийные лампы или часть люминесцентных линий. В полумраке гигантский зал казался ещё более огромным и пугающим.

Запах стал отчётливее и сложнее. К сырости и тлению продуктов примешивался резкий, едкий дух спирта – не медицинского, а дешёвого алкоголя, будто кто-то разбил несколько бутылок.

Картина на полках подтверждала худшие предположения. Здесь царил не просто беспорядок, а настоящий хаос. Консервные банки валялись на полу, пачки с крупами и макаронами разорваны, их содержимое рассыпано и растоптано. В проходах, среди всего этого хлама, валялись пустые бутылки из-под водки и лимонадов, обрывки упаковок.

Но самое странное зрелище ждало их в одном из боковых проходов, между стеллажами с товарами для дома. Там, среди разгрома, стояла одинокая походная раскладушка. Она была аккуратно разложена, на ней даже лежало сложенное одеяло.

Рядом, на импровизированном «прикроватном столике» из опрокинутого ящика, стояли несколько бутылок дорогого коньяка и виски – не разбитых, а почти полных. И несколько тетрапаков с соком, аккуратно расставленных в ряд. Это был островок почти буржуазного порядка в океане хаоса.

Андрей и Антон в полном недоумении застыли, разглядывая эту сюрреалистичную картину. Кто-то не просто ворвался сюда, круша всё подряд в припадке ярости. Кто-то обустроил тут себе временное жилище, причём с налётом специфичного «шика» – громить магазин, но пить только марочный алкоголь и закусывать соком. В этом была какая-то чудовищная, извращённая логика безумия.

Их размышления прервал звук – негромкий, но явственный в тишине. Со стороны служебной двери, ведущей в подсобки, кто-то напевал бессвязную, тягучую мелодию. Шаги были тяжёлыми, шаркающими.

Андрей и Антон молча замерли в тени стеллажа, превратившись в статуи. Прижавшись к полкам с бытовой химией, они ждали появления хозяина этого странного лагеря.

Из-за угла прохода показался человек. На вид ему было лет пятьдесят. Он был одет в мятую футболку с грязными пятнами разного происхождения и цвета, и в тренировочные штаны, растянутые на коленях. Его волосы всклокочены, лицо осунувшееся, небритое. Он замер, увидев их, и медленно, с трудом, попытался сфокусировать свой мутный, заплывший взгляд на двух незнакомцах, посмевших вторгнуться в его личное царство хаоса.

На его лице не было страха или агрессии. Скорее, глубокая, пьяная недоумённость и усталое раздражение.

– Это что за покемон? – Пробормотал Антон глядя на причину этого хаоса.

– Ты кого бегемотом назвал? – прохрипел человек и не уверенной, но твердой походкой направился к ним.

– Не вздумай, – Андрей резко, но тихо остановил Антона, видя, как тот уже напрягает руку с кувалдой. – Смотри на него. Он не опасен. Он просто… сломан.

Человек, тем временем, неуверенно, пошатываясь, приблизился. В его руках не было оружия, только полупустая бутылка коньяка.

Всё произошло за долю секунды. Пьяный, сделав неожиданно резкое движение, занёс руку с бутылкой, целясь в висок Антона. Инстинкт сработал быстрее мысли.

Андрей, стоявший ближе, молниеносно шагнул вперёд, перехватил занесённую руку выше локтя и резко вывернул её в сторону, выбивая бутылку. Человек, потеряв равновесие и точку опоры, с глухим стуком рухнул лицом на грязный, липкий пол.

– А-а-а! Отпусти, сука! Я тебя порву! – он захрипел, пытаясь вывернуться из железной хватки Андрея, брыкаясь и швыряя в их адрес поток бессвязных, хриплых угроз. От него пахло перегаром, потом и отчаянием.

Антон стоял наготове с кувалдой, но не бил. Вид этого жалкого, бессильного существа, бьющегося в истерике на полу среди консервных банок, вызывал скорее омерзение, чем ярость.

– Всё, успокойся, – сквозь зубы процедил Андрей, не ослабляя хватку, но и не причиняя дополнительной боли. – Никто тебя не тронет. Лежи спокойно.

Мужчина перестал сопротивляться и Андрей выпустил его руку из захвата. Тот полежав еще немного сделал попытку подняться на ноги, но у него ничего не вышло и Андрей без особых усилий помог ему встать на ноги.

– Ты… ты кто? – он уставился на Андрея, пытаясь поймать взгляд. – Вы все… опять пришли? Всех забрали, а вы… опять?

Его слова были бессвязны, но в них сквозил не злой умысел, а растерянность и какая-то детская обида на мир.

– Мы не причиним тебе вреда, – спокойно, чётко произнёс Андрей, держа руки на виду. – Мы просто возьмем еду и воду.

– Еда… – человек махнул бутылкой в сторону зала. – Бери… всё бери. Всё равно всё сгниёт. Они всё сломали. Часики… – он зациклился на одной мысли, и его взгляд стал отстранённым.

Антон медленно опустил кувалду, но не выпускал её из рук. Он смотрел на этого человека с брезгливым сожалением. Он был не врагом, а ещё одной жертвой, только сломавшейся иначе.

– Зачем же ты погром устроил. – Спросил Антон у обезумевшего человека.

Тот перевел свой мутный взгляд на него.

– Ты ничего не перепутал? – Вопросительно и с наивным взглядом спросил мужчина. Но не получив ответа продолжил. – Приходили тут вчера два пиздюка годов по 20 наверное. Крушили от души. Придурки. Я их хотел вразумить, но эти суки битой по ребрам и бедру ответили. – Он приподнял свою футболку под которой красовалась огромная гематома на весь бок.

– Херасе! – резко выдал Антон, разглядев огромный, сине-багровый синяк, покрывавший почти весь бок мужчины. – А ты крепкий однако, ещё на нас полез с кулаками.

Мужчина горько усмехнулся, и в его мутных глазах на мгновение мелькнула тень былой злости.

– А чего мне… терять-то? – прохрипел он, опуская футболку. – Все забрали… всех. А эти… – он махнул рукой в сторону разгрома, – пришли тут своё кино крутить. Последнее, что осталось… тоже испоганили.

Он замолчал, и его тело обмякло на полу, будто из него выпустили последний пар. Теперь он выглядел не буйным, а бесконечно усталым и опустошённым.

За спинами Андрей и Антона послышались тихие шаги заставив их резко развернуться и приготовиться к неожиданному удару.

– Кошмар! Что тут произошло? – С удивлением и ужасом на лице, Аня задала вопрос в пустоту.

– Блин, Аня! – выдохнул Антон, опуская кувалду, которую уже снова успел поднять. Сердце колотилось где-то в горле. – Ты же должна была ждать в машине!

Аня стояла в нескольких метрах от них, прижимая к себе кота. Её лицо было бледным, глаза огромными от ужаса, которым дышала вся атмосфера этого места. Она обвела взглядом разгромленный зал, груду бутылок, синяк на боку полулежащего на полу мужчины.

– Я… я услышала крики, – проговорила она, запинаясь. – Подумала, что вам нужна помощь. Что… что тут произошло?

– Ничего хорошего, – мрачно ответил Антон, бросая последний взгляд на жалкую фигуру на полу. – Тут уже была вечеринка до нас.

Аня, не слушая окриков, решительно подошла к лежащему мужчине и присела на корточки рядом, не брезгуя грязным полом.

– Андрей, подержите, пожалуйста, кота, – её голос прозвучал не как просьба, а как спокойное врачебное распоряжение, на которое не должно быть возражений.

Андрей, подавив вздох, молча принял из её рук кота и отступил на шаг, превратившись в напряжённого часового. Антон стоял рядом, не выпуская кувалду из рук.

– Как вас зовут? – мягко спросила Аня.

Мужчина медленно повернул к ней голову. Казалось, её спокойный голос и ясный взгляд прорезали алкогольный туман. Его взгляд, ещё недавно мутный и злой, смягчился, в нём появилась какая-то отеческая, растерянная нежность. Уголки губ дрогнули.

– Степан… Степан Валерьевич Оденцов, – прохрипел он. Потом, пристально вглядевшись в её лицо, добавил шёпотом, полным искреннего изумления: – Ты… ангел?

– Меня зовут Аня, – она чуть улыбнулась, но глаза её уже аналитически изучали огромную гематому. – Степан Валерьевич, как вы себя чувствуете? Больно дышать?

– Анюта… – он выдохнул её имя, и в этом звуке была вся его накопленная тоска и усталость. – Дышать… терпимо. Ребра, наверное, поломали… те уроды.

– Антон, – голос Ани прозвучал чётко и профессионально, отсекая все сомнения, – мне нужна чистая ткань для повязки. И лёд. Если в каких-то холодильниках ещё работает свет, возможно, там остался сухой лёд или хотя бы замороженные продукты. Пожалуйста.

Антон с колебанием посмотрел на Андрея. Тот, всё ещё держа кота, который теперь мурлыкал у него на руках, коротко кивнул. В глазах Андрея читалось: *«Делай, как она говорит. В этом её территория».*

Антон с лёгким стуком поставил кувалду на пол и без лишних слов направился вглубь сумрачного торгового зала, его шаги быстро затихли среди стеллажей. Он исчез в полумраке, оставив Андрея сторожить Аню, а ее – сосредоточенно изучать травму человека, который несколько минут назад пытался их ударить, а теперь смотрел на неё, как на чудо.