Читать книгу Вегетатика. Шесть баллов до небытия - - Страница 8

Офелия села на скрипучий стул, не снимая пальто. Ей казалось, что если она расслабится, то реальность снова начнет «протекать».

– Твой какао, – Марк пододвинул к ней тяжелую керамическую кружку. – С двойным маршмеллоу. Как ты любишь, когда мир катится к чертям.

Марк в дневном свете выглядел еще более взвинченным, чем ночью. Он постоянно теребил свою серьгу в левом ухе и то и дело поглядывал на здание прачечной. Марк был из тех людей, кто носил винтажные кожаные куртки не ради моды, а потому что они пахли «настоящим». Он верил в теории заговора так же искренне, как другие верят в прогноз погоды.

– Спасибо, – Офелия обхватила кружку пальцами. Тепло напитка немного утихомирило дрожь.

– Лия, послушай, – Майя наклонилась вперед, понизив голос. Она была голосом разума в их троице. – Мы вчера перепугались. Марк до сих пор дергается от каждого шороха. Но мы твои друзья. Если ты… я не знаю… ввязалась во что-то странное или если у тебя начались какие-то провалы в памяти, ты просто скажи. Мы поможем.

– Это не провалы в памяти, – Офелия смотрела, как белые кубики маршмеллоу медленно тают, превращаясь в липкую пену. – Это похоже на то, как если бы у радиоприемника внезапно расширился диапазон. Я слышу больше, чем должна. Чувствую больше.

– Например? – Марк подался вперед.

Офелия помедлила. Она посмотрела на официантку, которая протирала соседний столик.

– Например, я знаю, что та женщина сейчас уронит тряпку. Потому что она думает о ссоре с мужем, и её пальцы на мгновение ослабнут.

Спустя секунду серая тряпка действительно шлепнулась на пол. Официантка чертыхнулась и наклонилась. Майя и Марк переглянулись.

– Окей, это было жутко, – прошептал Марк. – Но посмотри туда.

Он указал на прачечную. Здание выглядело мертвым: заколоченные окна, обрывки афиш.

– Мой дед оставил дневник. Там не было заклинаний, Лия. Там были записи о «ритмах». Он писал, что город – это огромные часы, и некоторые люди могут менять их ход. Он называл это «вязать узлы».

Майя вздохнула, помешивая свой чай.

– Марк, это звучит как бред старого часовщика. Лия, ты всегда была… особенной. Ты помнишь, как в первом классе ты знала, что контрольную отменят, потому что у учителя заклинит замок в кабинете? Мы тогда думали, что тебе просто везет.

– Я не думала об этом, – Офелия отпила какао. Вкус сахара показался ей слишком резким, почти металлическим. – Я просто знала, что замок «устал». Я чувствовала его сопротивление.

– Так вот, – Марк достал из кармана сложенный листок бумаги. – В дневнике было сказано, что «Общество Пяти Узлов» не просто собиралось в той прачечной. Они следили за тем, чтобы… нити не путались. И там упоминалось имя. Твоё фамильное имя, Лия. Ван Хален.

Офелия чуть не поперхнулась.

– Моя мать никогда не говорила о родственниках. Только о бабушке, которая жила в лесу и собирала травы.

– Ну, судя по всему, бабушка не просто мяту сушила, – Майя накрыла ладонь Офелии своей рукой. Её кожа была теплой и сухой, такой нормальной. – Лия, посмотри на меня. Что бы это ни было – дар, проклятие или просто странная семейная черта – ты всё та же Лия, которая забывает ручки в волосах и читает книги с конца. Мы не дадим тебе сойти с ума.

Офелия посмотрела на подругу и впервые за эти дни почувствовала слабую искру надежды. Но в этот момент её взгляд скользнул по окну кафе.

На стекле, прямо напротив её лица, осела изморозь. Хотя в кафе было тепло, маленькие ледяные кристаллы начали быстро расти, складываясь в узор. Это не были обычные морозные цветы. Лед выстраивался в четкие, острые линии, образуя фигуру человека, стоящего за её спиной.

Офелия резко обернулась.

Сзади никого не было. Только пустой столик и висящее на вешалке чужое пальто. Но когда она снова посмотрела на стекло, рисунок изменился. Теперь ледяной человечек держал в руках крошечный узел.

– Вам не кажется, что здесь стало холодно? – спросил Марк, поежившись.

– Кажется, – прошептала Офелия. – Нам пора уходить. Прямо сейчас.

Она встала, и в этот момент сахарница на их столе беззвучно треснула ровно пополам. Белые крупинки рассыпались по скатерти, как мелкий снег.

Они вышли из кафе, когда сумерки начали медленно съедать очертания домов. Воздух на набережной стал колючим, пропитанным запахом прелой воды и бензина. Майя и Марк о чем-то спорили, их голоса доносились до Офелии словно через слой ваты.

Она остановилась, чтобы поправить шарф, и в этот момент мир вокруг снова сменил ритм. Гул машин на мосту внезапно стал глухим, а шаги друзей – неестественно четкими.

Он стоял у самого парапета, прислонившись спиной к чугунной решетке.

Это был высокий парень, чья фигура почти сливалась с тенями набережной. На нем была черная кожаная куртка – потертая, видавшая виды, и такие же черные джинсы. Он казался слишком неподвижным для этого оживленного места. Его волосы, темные как смоль и прямые, падали на лицо, почти полностью закрывая глаза.

Офелия замерла. От него не исходило той «тревожной температуры», которую она чувствовала у других. Напротив, он казался «тихой зоной» – местом, где все невидимые нити города обрывались или завязывались в тугой, безмолвный узел.

Парень медленно поднял голову. Сквозь пряди волос блеснул взгляд – холодный, оценивающий, пронзительный.

– Лия, ты чего? – Майя обернулась, заметив, что подруга отстала.

– Там… – Офелия кивнула в сторону парапета, но слова застряли в горле.

Парень оттолкнулся от решетки и сделал шаг в их сторону. Его походка была странной – легкой и хищной одновременно. Он не смотрел на Марка или Майю, его внимание было приковано исключительно к Офелии.

Марк инстинктивно шагнул вперед, загораживая девушек.

– Эй, приятель, проблемы?

Незнакомец остановился в паре метров от них. Он не ответил Марку. Вместо этого он чуть склонил голову набок, и Офелия увидела, как его пальцы в черных митенках рассеянно перебирают тонкую стальную цепочку, висящую на поясе.

– Ты слишком сильно шумишь, – произнес он. Голос у него был тихий, но удивительно глубокий, с легкой хрипотцой, будто он долго молчал.

– Что? – Офелия сделала шаг из-за плеча Марка. – Я не… я молчу.

– Не губами, – он едва заметно усмехнулся, и на мгновение в его взгляде промелькнуло что-то похожее на узнавание. – Твои узлы. Ты затягиваешь их так туго, что город начинает задыхаться. Остановись, пока нити не начали резать тебе руки.

Он прошел мимо них, едва не задев Офелию плечом. В этот миг она почувствовала резкий запах озона и старой хвои – холодный, лесной аромат, совершенно неуместный в центре мегаполиса.

Эй! – крикнул Марк вслед уходящему парню. – Ты кто такой?

Парень в кожанке даже не обернулся. Он просто поднял руку, не глядя, и сделал короткий, резкий жест, словно обрывая невидимую нить. В ту же секунду все фонари вдоль набережной – длинная цепь желтых огней – синхронно моргнули и погасли. На несколько секунд мир погрузился в абсолютную, плотную тьму.

Офелия услышала только тихий шорох шагов по асфальту и странный, свистящий вздох ветра. Когда свет зажегся снова, набережная была пуста. Никаких следов высокого парня. Только пустой тротуар и Майя, которая судорожно вцепилась в рукав Марка.

– Это… это было короткое замыкание? – голос Марка дрожал. Он пытался звучать рационально, но его зрачки были расширены от ужаса.

Офелия ничего не ответила. Она чувствовала, как в кармане её куртки что-то тянет вниз. Совсем небольшая тяжесть, которой там не было пять минут назад. Она не стала проверять карман при друзьях.

– Пойдемте отсюда, – тихо сказала она. – Пожалуйста.