Читать книгу Глобал - - Страница 4

Порыв ветра ворвался в зал, взметнув портьеры.

Ни Ксюша, ни адвокат не шелохнулись. Их взгляды были прикованы к судейскому столу, где в ритуальном облачении сидела та, чье слово должно было переломить её жизнь.

Судья – бледная женщина в чёрной мантии и белом парике – медленно раскрыла папку. Её движения были отточены годами процедуры под названием Правосудие.

Плоский, безжизненный голос начал бормотать. Статьи, подпункты, цифры.

– Ксюша, – адвокат посмотрел на неё. – Я сделал всё, что мог.

Он опустил голову. Этот жест красноречивее любых слов. Она знала. Он был лучшим из тех, кого предоставляла бесплатная защита. Теперь он признал поражение.

«Суд постановил: …Согласно ст. 3445, п. 13б, апелляция гражданки Сычёвой К. отклонена. Квартира (38 кв. м) конфискована в пользу «Кредит Мастера». … с целью полного погашения задолженности по основному долгу и капитализированным процентам по договорам займа № 445-ПР/18 и № 447-ПР/18, заключённым между компанией «Кредит Мастер» и Сычёвой Н.В. и Сычёвым С.А. (родителями гражданки Сычёвой К.). Решение суда подлежит исполнению по истечении трёх месяцев с момента его оглашения.»

Финал. Абсолютный и бесповоротный.

Сознание барахталось в густой мути. Мысли-обломки тонули. Единственным якорем стала боль в сведённых пальцах. Она впилась ногтями в ладонь, пытаясь через боль вернуться.

Что дальше?

Дальше – улица. Через девяносто дней. Цифра отозвалась в висках глухим стуком.

Тишина в зале стала физической, давящей. Её распирало от немого крика. Крика к этим безразличным лицам в мантиях, к юристам с логотипом «Кредит Мастера» на лацкане, ко всей этой отлаженной механике.

КАК ВЫ МОЖЕТЕ НАЗЫВАТЬ ЭТО ЗАКОНОМ?!

Она проделала всё. Писала объяснения, где каждая строчка кричала о несправедливости. Вставала в этом самом зале и, глотая ком в горле, рассказывала историю, которую знала наизусть: восьмилетняя девочка, чемодан, бабушкины руки, выдернувшие её из пьяного угара двух людей, которых тут почтительно называют «родителями». Её голос был фоном, белым шумом для процедуры.

– Почему я должна отвечать за их долги? – выдохнула она однажды в лицо представителю истца.

Тот, не моргнув, отложил ручку.

– Потому что таков закон, гражданка Сычёва. Он не оперирует «виной». Он оперирует фактами и подписями.

Адвокат взял её под руку и повёл к тяжёлым дверям.

– Ксюша, есть один выход. Отдать квартиру. Другого нет.

Она кивнула, не в силах выговорить слово. Она поняла это ещё до приговора.

– Но, если будет совсем невмоготу… – его голос понизился до конфиденциального шёпота, несмотря на пустоту коридора. – Ты сможешь взять кредит. Не ипотеку, нет… но под залог будущих доходов. Может, даже на скромное жильё хватит. Не новое, конечно.

Он вёл её по бесконечному коридору с глухими, лакированными дверями. За каждой – своя драма, свой приговор, своя безвыходность. Их шаги глухо отдавались в мертвой тишине, и от этого его слова звучали ещё циничнее.

– И что потом?

Адвокат посмотрел на неё. В его глазах она увидела ту же пустую выверенность, с какой врач на её последней флюорографии показывал на затемнение в лёгких. Просто факт. «Я предлагаю вариант, который существует в правовом поле», – отрезал он.

– А потом, Ксюша… – Потом ты сможешь передать обязательства. По новой программе рефинансирования. Если, конечно, в течение трёх лет появятся… созаёмщики. Например, дети.

Она отшатнулась.

– Нет уж. Ты предлагаешь мне сделать с другими то же, что сделали со мной? Втянуть в эту кабалу тех, кто даже не родился?

Лицо юриста не дрогнуло. В глазах мелькнуло не сожаление, а профессиональная усталость человека, который слишком часто видел эту реакцию.

– Решать тебе – и в его голосе впервые прозвучала сталь.

Ксюша покачала головой. Не сказав ни слова, протянула ему руку. В этом жесте была и досада на его цинизм, и тихая благодарность за то, что он рядом.

Они дошли до главного холла. За дверьми с прозрачным стеклом кипела городская жизнь.

– Спасибо, тебе. Без тебя они бы сняли с меня кожу.

Он чуть кивнул, развернулся и шагнул обратно в сумрак коридоров. Его пиджак слился с тенями.

Ксюша осталась одна на границе двух миров.

Телефон взорвался вибрацией. Сообщения: «Где вы? СРОЧНО в офис!» «Шеф ищет».

Она пролистала их, не видя слов, и открыла приложение банка. Сберегательный счёт. Цифры, за которые они бились с кредиторами. Хватило бы на первый взнос за скромную комнатушку за городом.

Взгляд застыл на цифрах. Не тронули ли последнее? Не тронули.

Сейчас буду, – отправила ответ и сунула телефон в карман.

День, начавшийся с приговора, не собирался останавливаться. Работа ждала.

Она открыла тяжелую дверь суда и вышла. Ноги не слушались, словно шла по глубокой грязи. Туда, где ждала рутина – душащая петля обязанностей.

С красным дипломом она верила, что мир распахнут. Он сделал вид. Предложение на конференции: перспективная контора, зарплата, рост. Она купилась на фасад и с энтузиазмом строила «компьютерные сети будущего».

Её взяли «без опыта», и это стало вечным долгом. Каждый успех считали платой за «доброту». Лозунг «Пчёлы не боятся труда!» повисал лицемерной нотой. Её держали на короткой привязи, не пуская дальше – ни к договорам, ни к премиям, ни к повышению в должности.