Читать книгу Игра Теней - - Страница 4

Воздух в её официальных покоях был густым и приторным, словно прокисший парфюм. Запах жасмина и сандала, призванный успокаивать, был для Зафиры ароматом лжи – потом рабов, поддерживающих иллюзию, пылью на позолоченных решётках её клетки. Её отражение в полированном серебре зеркала было безупречной маской: глаза, подведённые сурьмой, с искусственной кротостью; губы, сложенные в почтительную улыбку.

– Ещё бледнее, госпожа, – шептала служанка, нанося румяна. – Чтобы выглядеть как фарфоровая куколка, которую нужно беречь от мира.

Хрупкость. Они все так жаждали видеть в ней хрупкость. Изящную вазу, в которую можно поставить цветы своей воли. Как они ошибались. Она была не вазой. Она была гробницей, хранящей прах их богов.

– Достаточно, Лейла, – её голос был тихим, мелодичным, идеально выверенным инструментом. – Оставь меня. Мне нужно помолиться о благополучии моего жениха.

Служанка с почтительным поклоном ретировалась. Как только дверь закрылась, маска растаяла, словно воск от пламени. Черты заострились, взгляд стал тяжёлым и острым, словно обсидиановый скальпель. Она нажала на потайную пружину, и часть стены бесшумно отъехала, открывая пасть, ведущую вниз.

Помнишь, с чего всё началось, Зафира? – пронеслось в голове. Та ночь после похорон матери. Та самая ночь, когда карету матери сбросил с горной дороги внезапный камнепад. Отец даже не пришёл проститься – он был слишком занят "государственными делами". А потом… потом Бездна заговорила. Не один голос – тысяча голосов на тысяче языков, звучащих одновременно в твоём сознании. Абсолютная, непостижимая сила, древнее богов и самих основ мироздания. Она предлагала вернуть мать в обмен на служение. Что оставалось делать восьмилетней девочке, потерявшей единственный свет в жизни?

Её настоящий трон стоял не среди шёлка, а в сердце древней скалы, в святилище, которое было старше человеческой молитвы. Воздух здесь был другим – холодным, стерильным, как в гробнице, и густым от озона и напряжения разрываемой реальности. В центре зала на полу был высечен сложный многоугольник, испещрённый письменами на забытом языке. Это было не просто магия – это было искусство, направленное на взлом самой реальности.Несколько фигур в тёмно-серых одеяниях с капюшонами молча склонились над свитками. Они не поклонились ей при входе. Здесь не было принцессы. Здесь была Глас Бездны.

– Докладывайте, – её голос здесь обрёл истинный тембр – низкий, вибрационный, звучащий так, будто его издают не голосовые связки.

Один из культистов поднял голову. Его лицо было бледным, а глаза горели фанатичным огнём. Это был Акраб – когда-то учёный, изгнанный из университета за безумные теории, а теперь её верный жрец.

– Основной отряд Серых Теней уже в пути, Глас, – сказал он. – Они движутся навстречу кортежу принца. Приказ ясен: убить всех, кроме самого Каэлена. Его доставить живым.

– Отлично! – Зафира подошла к алтарю, где лежал чёрный кинжал с лезвием из вулканического стекла.

– Визирь что-то подозревает, но думает, что это политика. Он хочет, чтобы Каэлен добрался до Халимара невредимым. О том, что он знает о вашем истинном плане, сведений нет.

Уголки губ Зафиры дрогнули в подобии улыбки. Отец… Всегда на шаг позже. Ищешь заговоры, пока настоящая буря уже на пороге.

Её взгляд скользнул по ритуальным знакам на полу, и мысленно она перенеслась туда – в Закатную Заставу.

Они до сих пор не понимают, что случилось на заставе, – с холодным удовлетворением подумала она. Считают это трагедией, несчастным случаем. Но это было моё заклятье. Первый удар. Именно там, где Завеса между мирами наиболее тонка, где сама реальность истончилась за века, как ветхая ткань. Бездна указала мне на это место – идеальная точка для разрыва.

То, что случилось с гарнизоном… было лишь побочным эффектом. Первой ласточкой. Я не убивала их – я просто… приоткрыла окно. И ветер извне сделал своё дело. Их тени поглотили их же, потому что в тот миг тени стали реальнее своих хозяев. Это был лишь первый этап. Пробный разрыв. А когда я проведу главный ритуал…

Именно поэтому так важно, чтобы принца доставили именно Серые Тени, а не эти жалкие наёмники отца. Только мои слуги знают истинный путь к Заставе. Только они смогут провести живого ключа через искажённые земли к месту Разрыва.

Она провела пальцем по лезвию кинжала. На коже выступила капля крови, чёрная в тусклом свете святилища.

– Они не понимают, что являются всего лишь пешками, слепцы, – с презрением прошептала Зафира, глядя в сторону дворца Визиря. – Отец всю жизнь играл в игры престолов, думая, что трон – это высшая цель. Он не понимает, что троны – прах перед лицом истинной силы. Силы, которая сейчас просачивается в этот мир через рану на Закатной Заставе.

Помнишь первую жертву, Зафира? – нашептывала память. Ту полную девочку с кухни, что всегда улыбалась тебе. Двенадцать лет, дрожащие руки, нож в спину… Удивлённая улыбка, застывшая на её лице. И тогда ты впервые почувствовала силу – настоящую силу, текущую по венам вместе с чужой кровью. С тех пор ты больше не хотела быть слугой. Годами ты собирала последователей, рылась в древних фолиантах… Пока не нашла. Ритуал, обратный тому, что когда-то запечатал Бездну. Ритуал, который заставит эту силу служить тебе.

Она повернулась к своим последователям, и её голос прозвучал с новой, стальной решимостью:

– Начинайте заключительные приготовления. Ядро ритуала должно быть активировано на Закатной Заставе. Приготовьте всё к моему прибытию. Мы отправляемся к месту Разрыва до рассвета, пока отец не вернулся.

Она медленно спустилась по лестнице обратно в свои покои. Маска снова легла на её лицо. Она подошла к книжной полке и провела пальцем по корешку трактата о садоводстве. Книга была идеальной метафорой: никто не ожидал найти истину в инструкции по подрезке роз. Полка отъехала, открывая нишу.

Внутри лежала чёрная плита. Она была не просто тёмной; она была отрицанием света, безгранной дырой в реальности. Это был Глас Бездны. Прикосновение к нему было похоже на прикосновение к обнажённому нерву мироздания.

– Скоро, – прошептала она, и в её голосе впервые прозвучала не злоба, а твёрдая уверенность. – Скоро я стану не слугой, а госпожой. И в мире, который я построю по своему желанию… мама наконец сможет мной гордиться.

Она вышла на балкон, выходящий в сад.

Где-то там, за тысячу лиг, по пыльной дороге ехал молодой человек, который считал себя центром политической игры. Он думал о долге, о мире, о своей невесте.

Он и не подозревал, что его ждёт участь куда более великая и ужасная.

Зафира смотрела на заходящее солнце, окрашивавшее небо Аль-Шахира в багровые тона.

Скоро, Каэлен Аэрондор. Скоро ты поймёшь, что твой долг, твой порядок и вся твоя империя – ничто перед лицом грядущей тьмы. Моей тьмы.