Читать книгу Восставшие из пепла. Книга Первая: Секрет Истины - - Страница 3

Розалинда:

Вот уже месяц я видела его во сне. Его синие глаза с россыпью золотых искр отливали безумием, создавая еле заметное свечение на и без того медного цвета коже. Темные, каштановые волосы вьющимися локонами спадали на лицо, а пара прядей закрывала грубый шрам над бровью – будто кто-то пытался раскроить его череп. Его образ отдавал первобытной яростью и ничем не сглаживаемой болью, которую я чувствовала даже сквозь сон.

– Кар-кар! – доносившийся звук из-за спины неизменно преследовал меня.

Мужчина обернулся. Красные следы на белом снегу окружали его босые ноги, а с меча стекали багровые капли крови, алыми бусинами осыпаясь на белую пелену. Даже во сне я замечала множество других, более старых, шрамов на его обнаженных руках и торсе – будто вся его жизнь была одной сплошной битвой.

В нос ударил запах сгоревшего дерева, виски и мяты. Невероятное сочетание ароматов подкосило мои ноги, и я рухнула на белую землю.

– Кар-Кар-Кар!

Я посмотрела на свои ладони, они были измазаны кровью… Ужас пробежал по каждой клетке моего тела. Я хотела убежать, но тело отказывалось мне подчиняться. Ноги были ватными, а руки тяжелыми.

– Это все сон! Этого не может быть… Только не это. – Всхлипы срывались с моих губ и преграждали доступ кислороду. Не знаю, что причиняло мне большую боль: страх за него или сам его вид, такой реальный и пугающий.

Передо мной предстали черные, как смоль, глаза ворона, и я проснулась.

Мое сердце бешено колотилось, собираясь разорвать мою грудь на куски. Лицо было мокрым от слез, а руки тряслись от напряжения. Ливень за окном, который перед сном давал мне чувство безопасности, сейчас создавал необъяснимое чувство тревоги. Может, это просто последствия кошмара? А точно ли это был кошмар? Невероятные глаза цвета морских глубин в солнечный день, усыпанные золотыми искорками, врезались в самую мою суть. Они крепко сковали мое сознание цепями, не давая шанса на освобождение.

Мужчина в моих снах был обаятельным и пугающим одновременно. Я не знала, чего я хотела больше: снова увидеть его или же наоборот. Это не имеет значения. Сны – лишь сны, ровным счетом как сказки – это всего лишь творение чужого воображения. Хотя… сказки моего отца о другом мире и воинах Феникса отпечатались в моей памяти дословно. Смесь тревоги и любопытства смешивались во мне и сосали под ложечкой каждый раз, когда я открывала глаза. С каждым пробуждением незримая пустота все больше охватывала мою душу.

Я скинула с себя огромное одеяло и раззанавесила старое окно, в которое я пялилась изо дня в день в надежде, что моя жизнь когда-нибудь станет ощущаться чем-то более значимым, чем простое рутинное прозябание в этой дыре.

Деревянные половицы издавали легкий скрежет при каждом шаге. Их давно пора поменять, но работа в магазинчике не приносит хорошего заработка. Деньги, что подкидывает Бабуля Инга, нужны ей не меньше. Бабэль всегда была строгой и молчаливой, но последнее время ее скрытность переходила все границы. Она смотрела на меня так, будто хотела что-то сказать, но не смела.

– Кар-кар-каааар! – Ворон, сидящий на моем окне, пристально смотрел на меня. Пернатый то ли изучал меня, то ли пытался испепелить взглядом. Сразу и не поймешь. Птица была крупной, абсолютно черной, с блестящими, почти синеватыми перьями. Умный, проницательный взгляд.

Погода была, конечно, премерзкая. При всей моей любви к дождю я была рада, что сегодня выходной. Возможность лениво побыть дома и поработать над книгой украшала мою жизнь каждый раз своим редким появлением. Ураганный ветер за окном с силой срывал ветви деревьев, а ворон сидел так, будто все происходящее вокруг его не касалось. Мы простояли так несколько минут, играя в гляделки. Наконец, крыластый решил распахнуть свои крылья и взлететь в небо. Тело птицы ни на секунду не поддалось мощным порывам ветра, стремительно взмывая в небо. Поразительная ловкость.

Как только ворон скрылся, я увидела его. Того самого человека, неизменно приходящего в мои сны. Синяя рубашка очерчивала мужской торс под натиском ветра. Взгляд был пустым и безразличным, чем сильно отличался от того образа, который еще минут десять назад я видела, лежа в уютной постели.

«Кто он? Почему он тут? В чем причина того, что эти пустые глаза так пристально смотрят на меня?». Все эти вопросы роились в моей голове, и на каждый из них я хотела знать ответ. Навязчивая идея узнать, кто это, появилась в тот же момент, как я увидела знакомую фигуру. Ощущение, что свихнусь, если не узнаю, становилось сильнее с каждой секундой, проведенной у деревянного подоконника.

Из моей жизни ушли все, кроме бабушки. Его синие глаза казались такими родными, что если бы их можно было увидеть не только во сне – я ухватилась бы за эту возможность, не мешкая. Я моргнула несколько раз своими светлыми ресницами, пробуя смахнуть привидевшуюся иллюзию, но та не растворилась в воздухе и не рассыпалась на мелкие кусочки. Ну, видимо, точно свихнулась.

– Это похоже на бред… – Ощупав лоб и убедившись, что это не горячка, я сбежала по лестнице, втянув в легкие побольше воздуха и умоляя, чтобы это было правдой. Я даже не предполагала, как пожалею об этих словах позже. Рывком сорвав первое попавшееся пальто с крючка, я распахнула дверь, полная решимости наконец узнать, почему я вижу этого человека во снах и кто он вообще такой. Дождь хлестал меня по лицу, волосы путались от ветра, то и дело прилипая к моим щекам. Может, это была не самая лучшая идея? Может, я все же брежу? Или это сон во сне? Я только сейчас поняла, что вышла на мокрую траву босиком. Да даже тапочек не надела.

– Прошу прощения, не думаете, что гулять в такую погоду – не самая здравая мысль?

«Да, и говорит это босая, обезумевшая девчонка.» – подумала я.

Человек, стоявший передо мной, оглядел меня. Он был настоящим. Я не спятила и не сошла с ума. Сделав несколько шагов навстречу своему наваждению, мой взгляд опустился на татуировку, которая вблизи была хорошо видна на его руке. Это была не просто картинка, а сложная, многослойная печать. На его мускулистом предплечье угадывались очертания птицы – Феникса.

– Да вы весь промокли до нитки! – Моя протянутая рука сжалась, цепляясь за подол его рубашки, и дернула за мокрый кусок холщовой ткани. – Вы непременно заболеете, если продолжите в том же духе. Пойдемте в дом, вы отогреетесь и продолжите свое путешествие.

«Да, Роз, ты сама вежливость, когда надо. Умница». – упрекнула я себя.

Его глубокие глаза внимательно рассматривали меня с головы до ног. Я ощущала этот тяжелый взгляд каждой клеточкой своего маленького тела. Синяя рубашка металась из стороны в сторону, босые ноги стояли на мокрой траве. Ну, хоть я не единственная идиотка, которая стоит на улице босиком. Нас двое. Точнее, трое: я, он и моя шиза.

Все произошло за долю секунды: он подхватил меня за талию и резко развернул. Свист пронесся у моего лица, и что-то царапнуло мочку моего уха. Ощущение крепкой ладони на моей спине будто образовало ток, который прошелся по всему телу, распространяясь с бешеной скоростью. Когда я повернула голову, то увидела стрелу, которая вонзилась в дерево на уровне моей шеи. Стрела? Правда? Все-таки сон. Кто пользуется сейчас стрелами, черт возьми?

– Бегать умеешь? – Хриплый голос будоражил душу, возвращая мое внимание к его владельцу. Не дождавшись ответа, он грубо схватил меня за запястье, и мы побежали вглубь леса.

Я то и дело спотыкалась о коряги и скользила по мокрой траве, но его крепкая рука ни на секунду не ослабляла свою хватку. Ступни ужасно болели от то и дело попадавших под ноги веток и острых камней. Черт, да в меня же стреляли! А точно в меня? Чувство паники постепенно начинало охватывать мой и без того помутившийся рассудок, подступая к горлу. Пробежав так несколько минут, я попыталась выдернуть кисть в тщетной попытке освободиться.

Осознание абсурдности ситуации, в которую я попала, нахлынуло на меня единым потоком. Всплеск адреналина разгонял пульс до скорости молнии. Я попыталась собрать в кулак все свое самообладание и с трудом выдавила из себя волнующий вопрос:

– Что п-происходит? – Сбившееся дыхание не добавляло речи уверенности, разрушая всю мою стойкость.

– Ты жить хочешь? – он наконец остановился и посмотрел на меня своими невероятными глазами.

– Хочу! Так же, как и объяснений! – Я старалась дышать медленнее, чтобы замедлить гул крови в ушах, и сжала в кулаки трясущиеся руки. – От чего мы бежим? И вообще: что это, черт возьми, было?!

– Во-первых, я не черт, а Нико. – Он поморщился. – Во-вторых, если бы не я, – твоя прекрасная белая шейка уже была бы на вертеле. – Нико притянул меня за руку и покрутил пальцем в воздухе, изображая тот самый вертел, присвистывая. – А в-третьих, это из-за тебя нас хотят прикончить.

Я опешила. На его лице не было ни намека на испуг или панику. Только напряжение, от которого на скулах еле заметно подрагивали мышцы. Какая-то невероятная внутренняя стойкость, будто он привык к таким ситуациям. Будто он Воин, как в папиных сказках.

– С чего бы? Я тебя впервые вижу! – Не думаю, что это был подходящий момент для откровений о моих снах, но нахальство Нико меня обескуражило. Сколько наглости надо иметь: утащил хрен пойми куда, еще и издевается. Я всегда делала то, что хотела, и какой-то, пусть и красивый, мужчина не станет исключением и не посмеет меня беспочвенно обвинять, а тем более указывать мне. Но высказать свое недовольство я не успела. Он возмущенно закатил глаза, всем видом показывая свое раздражение.

– Где есть укромное место, где мы можем переждать и спокойно поговорить? – Его густые брови сдвинулись, образуя небольшую морщинку между ними.

Дом моей бабушки находился недалеко, но никакого желания вести эту подозрительную личность в ее дом я не испытывала. Я жила в доме матери, хоть она уже давно там не появлялась. Бабэль частенько приходила ко мне, проверить, как я справляюсь с самостоятельной жизнью. Она обследовала шкафы, полки, проверяя порядок на них, и не оставляла без внимания продукты. Если ее все устраивало – мы садились и вместе читали любимые книги. В случаях, когда что-то ее не устраивало – она заставляла меня оттирать каждый уголок дома, а сама сидела в кресле, сердито постукивая пальцами по стеклянному столику рядом.

Бабэль – мой единственный родной человек. Кроме нее у меня никого не осталось. При мысли, что я приведу в ее дом постороннего человека, мои плечи невольно напряглись. А если он опасен? Если Нико приведет преследователей прямо к ней?

– Ну? – Глаза Нико выжидающе смотрели на меня.

– Бабушкин дом в пяти минутах ходьбы вверх по реке. – Выбор не то чтобы был большим. Точнее, его вообще не было. Либо мы будем лежать под одним из этих деревьев, которые окружали нас со всех сторон, либо хотя бы попытаемся как-то спрятаться. Тем более, что у бабули на стене была дедушкина винтовка, которой я отлично умела пользоваться. Дедушка часто брал меня с собой на охоту, постоянно приговаривая, что внучка не хуже внука, а то и фору дать может.

Гостиная бабушки Инги освещалась теплым светом торшера. На небольшом деревянном столике в углу стояла ваза со свежими цветами и клетка, в которой раньше была бабушкина сова по имени Клаус. Странно, что сейчас она пустует. Еще и дверь входная открыта… Что-то тут не так… Бабуля Инга была предельно педантичным человеком. Она никогда не забывала запереть дверь. Даже салфетки на столе не оставляла после обеда, не то что распахнутую настежь входную дверь. По спине пробежал холодок.

– Бабушка, наверное, спит. Дай мне минуту. – Надо убедиться, что с ней все в порядке.

Я поднялась по лестнице на второй этаж и прошла по слабо освещенному коридору. Дверь в спальню бабушки была распахнута. Плюс один повод для беспокойства: она всегда наглухо запиралась, чтобы скрыться от любого шума.

Зайдя в комнату, я включила старый светильник, висящий прямо около картины, и обнаружила, что в кровати никого не было. Постельное белье было идеально заправлено, а подушки тщательно взбиты. Такое впечатление, что она ушла днем и забыла вернуться.

Может, она уехала куда-то и забыла предупредить… С другой стороны, она бы не оставила дом незапертым… Немного подумав, я решила проверить ее тумбочку. Она всегда носила с собой фотографию дедушки. Я прошлась глазами по лежащим в ящике предметам и, обнаружив интересующую вещь, поджала губы. Фото было на месте. Вот теперь паника с новой силой потекла по моим венам. Я выбежала из комнаты бабули, не удостоившись задвинуть ящик обратно. Да какая, нафиг, разница?! Есть проблемы посерьезнее, чем чертова незакрытая тумбочка.

Ловко перебирая ноги по деревянным ступеням лестницы, я спустилась на первый этаж дома и увидела Нико, который уже сидел на потрепанном диване, упираясь локтями в свои колени.

– Бабушка пропала! Ее нет! – Моя грудь вздымалась в приступе ужаса. Нико поднял на меня глаза и как будто ничему не удивился.

– Ты почему так спокоен!?

– Ты уверена, что она пропала? – Заговорил он наконец, посмотрев на меня. Его голос даже не дрогнул. Было ощущение, что для него речь шла о воскресном ужине, а не о пропаже живого человека.

– Она всегда носит с собой одно фото, но оно лежит в тумбочке… Она не могла без него уйти. – Я старалась говорить как можно спокойнее, чтобы не врезать равнодушному Нико.

Он снова уставился в пустоту, подстегивая и без того скопившееся в теле напряжение. На первый взгляд могло показаться, что он что-то увидел на обшарпанных стенах. Спустя несколько минут мое самообладание дало трещину:

– Ну что же ты молчишь?! – Мой голос сорвался на нервный крик. – Это явно как-то связано с тобой! Во что ты меня втянул, мать твою, равнодушный придурок!

Ярость расползлась по его лицу с молниеносной скоростью. Грохот шагов раздавался по всей гостиной. В одно мгновение я оказалась прижата к стене, а мозолистая ладонь сдавливала мою шею преграждая доступ к кислороду, а бетонная стена грубо скребла мои позвонки.

– Я тебе скажу, что тут происходит, – прошипел он. – Из-за такой мелкой дряни, как ты, я лишился всего, к чему стремился, и на нас идет охота. Поэтому, если ты хочешь жить… – его лицо приблизилось ко мне, и я уловила запах дерева, мяты и виски, – …ты перестанешь задавать тупые вопросы и будешь мне подчиняться.

Надеюсь, что он не заметил промелькнувший испуг на моем лице. Если он увидит мою уязвимость, то возымеет власть надо мной, и все – финита ля комедия.

– Да пошел ты! – Прохрипев, я попыталась отдернуть мощную руку, чтобы впустить в легкие воздух. Но где я, и где огромный бугай, занимающий половину комнаты?

Злая ухмылка скользнула по лицу мужчины, и он отпустил меня. Обшаривающий мое тело взгляд зацепился за мою ногу, по которой расползалось багровое пятно.

– Блять… Бинты есть?