Читать книгу Тайный сад мисс Корнелл - - Страница 8

Однажды утром Флора обнаружила, что задняя дверь на кухню, ведущая в сад, перекосилась и намертво застряла в косяке. Она попыталась осторожно нажать на нее, но дом лишь жалобно простонал, и щель между дверью и косяком не изменилась. Проблема была ей не по силам. Вспомнив рассказ Агаты о кузнеце Олдине, который, по слухам, был мастером на все руки, она отправилась в деревню.

Кузница Олдина оказалась на самом краю Лесного Ручья, у подножия холма, с которого открывался вид на бескрайние леса. Воздух здесь был густым и горячим, пропахшим углем и раскаленным металлом. Ритмичный стук молота служил здесь пульсом, вокруг которого вращалось все.

Сам Олдин был похож на свой главного инструмент – могучий, широкоплечий, с лицом, опаленным огнем и испещренным морщинами, как узором на дамасской стали. Когда Флора, робко переступив порог, объяснила свою проблему, он отложил молот и внимательно посмотрел на нее своими маленькими, пронзительно-голубыми глазами.

– Дом Элоди, – произнес он негромко, и его голос был похож на отдаленный гром. – Давно я там не был. Починить можно. Дерево помнит мои руки.

Он пришел через час с потрепанным кожаном мешком с инструментами. Его работа в доме была похожа на священнодействие. Он не ломал и не крушил, а чувствовал. Он провел ладонью по косяку, постучал по нему костяшками пальцев, склонил голову набок.

– Ослаб, – заключил он. – От сырости и времени. Надо подтянуть, петли смазать. Ничего страшного.

Пока он работали, он рассказывал. Рассказывал об Элоди, о том, как она помогала его жене, когда та болела, какими травами поила. Рассказывал о том, как сам строил этот дом вместе с дедом Флоры, давным-давно.

– Дед твой, – сказал Олдин, вкручивая новый мощный шуруп в древний косяк, – руки золотые имел. Чувствовал дерево. Я металлом руковожу, а он – живой плотью леса. Жаль, рано его забрали.

Флора слушала, затаив дыхание. Из его уст история ее семьи, о которой она знала лишь по обрывкам, обретала плоть и кровь. Она чувствовала, как в доме с каждым его словом, с каждым точным движением что-то залечивается, укрепляется не только физически, но и духовно.

Когда дверь была починена и легко, без единого звука, открывалась и закрывалась, Олдин отказался брать деньги.

– За кофе, – сказал он, кивнув на дымящуюся кружку, которую она ему предложила. – И за память. Ты в деда, – добавил он уже на пороге. – Тот же взгляд. Глубокий. Дерево это чувствует. И дом чувствует. Будут проблемы – приходи. Не ко всякому мастеру этот дом подпустится.

Этот визит стал для Флоры еще одним кирпичиком в фундаменте ее новой жизни. Она поняла, что наследие тетушки Элоди – это не только дом и сад, но и уважение, и любовь окружающих людей, их готовность прийти на помощь.