Читать книгу Адская дружба - - Страница 9

Ночь выдалась неспокойной.

Ветер бился в ставни, словно пытался ворваться внутрь, а луна то и дело скрывалась за рваными тучами.

Тана лежала в постели, прислушиваясь к каждому звуку – и к тому, что происходило внутри нее.

Ребенок шевелился чаще обычного – не беспокойно, но настойчиво, будто торопил события.

Тана осторожно положила ладонь на живот.

– Тише, маленькая, – прошептала она. – Еще рано.

Но тело уже подавало знаки: легкая тянущая боль внизу живота, странное ощущение наполненности, ритма, который не принадлежал ей одной.

Она повернула голову.

Рэйв спала в кресле у окна – вполглаза, как всегда, когда несла дежурство. Ее рука лежала на рукояти клинка, даже во сне оставаясь готовой к защите.

Она ни разу не ушла, подумала Тана с теплой, но тревожной благодарностью. Даже когда я прогоняла ее.

Боль пришла не резко – сначала как отдаленный гул, волна, накатывающая и отступающая.

Но с каждым разом становилась сильнее.

Тана тихо вздохнула, пытаясь дышать ровно. Она не хотела будить Рэйв – не хотела, чтобы та видела ее слабость. Но когда очередная схватка заставила ее сжать край одеяла, демоница уже была рядом.

– Тана? – голос Рэйв звучал хрипло от сна, но мгновенно стал ясным. – Что такое?

– Кажется… – Тана выдохнула сквозь стиснутые зубы. – Кажется, пора.

Рэйв мгновенно очнулась. Ее движения были четкими, выверенными – ни тени паники.

– Я позову лекарей.

– Нет! – Тана схватила ее за руку. – Только ты. Пожалуйста.

Рэйв замерла. В ее глазах мелькнуло сомнение.

– Это не просто бой. Я не знаю, как…

– Ты знаешь меня. – Тана сжала ее пальцы. – И я доверяю тебе. Если моя магия вырвется, то я могу кого-нибудь убить.

Часы тянулись, как века.

Схватки накатывали волнами, и с каждой Тана все сильнее цеплялась за руку Рэйв. Демоница была рядом – подавала воду, смачивала ей лоб, шептала что-то успокаивающее, сама не зная, откуда берутся слова.

– Дыши, – повторяла она. – Вдохни глубоко. Выдохни медленно.

Тана пыталась.

Она сосредотачивалась на голосе Рэйв, на ее твердой руке, на тепле ее тела. Но боль становилась все сильнее, заполняя собой все пространство.

В какой-то момент она закричала – не от страха, а от бессилия.

– Я не справлюсь!

Рэйв опустилась перед ней на колени, взяла ее лицо в ладони.

– Посмотри на меня. Ты не одна. Мы сделаем это вместе.

И Тана посмотрела. Увидела в глазах демоницы не жалость, не страх – а уверенность.

Ту самую, которую она так долго искала в себе.

– Хорошо, – выдохнула она. – Давай.

Рассвет уже пробивался сквозь окна, когда все изменилось.

Боль достигла пика – но теперь это была не тьма, а свет, не конец, а начало. Тана почувствовала, как ее тело само знает, что делать.

– Сейчас, – прошептала она.

Рэйв была рядом – поддерживала, направляла, говорила, что делать, хотя сама никогда не проходила через это. Но ее рука не дрогнула, голос не дрогнул.

А потом – тишина.

И крик.

Не ее крик.

Маленький, слабый, но такой живой.

Тана упала на подушки, задыхаясь, но в груди расцвел свет.

– Она… – она не могла закончить фразу.

Рэйв подняла младенца – крошечное, мокрое, красное существо, орущее на весь мир.

– Девочка, – сказала демоница, и в ее голосе прозвучало что-то, похожее на благоговение. – У тебя девочка.

Тана протянула руки.

Рэйв осторожно положила на них ребенка – такого маленького, что казалось, он может сломаться. Но он был крепким. Он дергал ручками, морщил личико, а потом вдруг затих, почувствовав тепло матери.

Тана заплакала.

– Привет, – прошептала она, касаясь крошечной ладошки. – Привет, моя маленькая.

Девочка моргнула, будто пытаясь разглядеть ее.

– Как назовешь ее? – тихо спросила Рэйв, стоя рядом.

Тана задумалась. Смотрела на это чудо, на ее темные волосики, на глаза.

– Хлоя, – сказала она наконец. – Ее будут звать Хлоя.

– Красивое имя, – кивнула Рэйв. – Светлое.

Хлоя уснула у груди Таны – маленькая, теплая, настоящая.

Тана не сводила с нее глаз. Она боялась закрыть их, боялась пропустить хоть миг.

– Ты справилась, – сказала Рэйв, сидя рядом в кресле. Ее одежда была в пятнах крови, руки дрожали от усталости, но она не жаловалась.

– Мы справились, – поправила Тана.

Рэйв улыбнулась – устало, но искренне.

– Я всегда буду рядом.

– Знаю. – Тана потянулась к ней, взяла ее руку. – Спасибо.

Они сидели молча, слушая дыхание Хлои, стук ее маленького сердца.

За окном поднималось солнце.

Новый день. Новая жизнь.

На второй день после родов замок погрузился в непривычную тишину – ту, что бывает лишь перед бурей. Тана кормила Хлою, убаюкивала, шептала ей нежные слова.

Первые часы новорожденная спала мирно, изредка издавая тихие звуки, свойственные всем младенцам.

Но с наступлением темноты все изменилось.

Хлоя вдруг резко вскрикнула – не капризно, не от голода, а с такой пронзительной тревогой, что у Таны кровь застыла в жилах.

– Что такое, маленькая? – Тана прижала ее к груди, но девочка продолжала кричать, извиваясь в пеленках.

Рэйв, дремавшая в кресле неподалеку, мгновенно очнулась.

– В чем дело?

– Не знаю! – голос Таны дрогнул. – Она еще так не кричала…

Часы тянулись, а Хлоя не успокаивалась. Она дергалась, сжимала кулачки, ее личико краснело от крика.

Тана осторожно взяла Хлою, прижала к груди, начала тихо напевать старинную колыбельную – ту самую, которую когда-то пела ей сама мать.

– Спи, мое солнышко, в тишине, Звезды хранят твой сон во тьме…

Но девочка лишь всхлипнула, сжала кулачки, ее личико снова покраснело от напряжения.

– Тише, тише, – шептала Тана, укачивая ее плавными, размеренными движениями. – Я здесь. Все хорошо.

Она ходила по комнате, прижимая дочь к сердцу, чувствуя, как ее собственное бьется неровно, то и дело сбиваясь.

Рэйв не отходила ни на шаг. Она следила за тенями в углах, за колебаниями воздуха, за малейшим шорохом. Ее рука то и дело опускалась к рукояти клинка – привычка, выработанная годами сражений.

– Попробуй еще раз положить ее в колыбель, – предложила она тихо. – Может, ей просто неудобно.

Тана кивнула.

Осторожно переложила Хлою в резную деревянную колыбельку, которую они подготовили заранее.

Накрыла мягким одеялом с вышитыми звездами – такими же, как на небе за окном.

– Вот так, – прошептала она, начиная медленно качать колыбель. – Спи, моя хорошая.

Но едва движение стало ритмичным, Хлоя вскрикнула снова – пронзительно, отчаянно.

Рэйв подошла ближе, опустилась на колени рядом с колыбельной. Она протянула руку, осторожно коснулась крошечной ладошки.

– Ш-ш-ш, – ее голос звучал низко, успокаивающе, как в те моменты, когда она вела Тану через бурю ее магии. – Я здесь. Никто не причинит тебе вреда.

И снова – чудо: Хлоя затихла. Ее глаза, широко раскрытые, уставились на Рэйв. В них не было страха – скорее любопытство, будто она пыталась что-то разглядеть.

– Смотри, – тихо сказала Тана. – Она слушает тебя.

– Может, ей нужен другой голос? – предположила Рэйв, не убирая руки. – Или другое тепло.

Она осторожно взяла девочку на руки, прижала к плечу. Ее движения были непривычными, но удивительно бережными. Рэйв начала ходить по комнате, мягко покачивая Хлою, напевая что-то на древнем языке – не колыбельную, а скорее боевой гимн, но в ее исполнении он звучал как колыбельная.

Хлоя затихла. Ее веки начали тяжелеть.

– Получилось, – выдохнула Тана, прижимая ладонь к груди. – Как ты это сделала?

– Не знаю, – Рэйв улыбнулась. – Но она чувствует силу. И доверие.

Однако через несколько часов Хлоя снова закричала – еще пронзительнее, еще отчаяннее.

Они обошли все покои, проверили окна, двери, даже стены – но не нашли ни следа вторжения, ни намека на угрозу.

– Может, это просто колики? – предположила Тана, но сама не верила в это.

– Нет, – Рэйв покачала головой. – Это не боль тела. Это… страх.

Она замолчала, прислушиваясь к себе. Ее магия, обычно холодная и собранная, вдруг зашевелилась – не агрессивно, а настороженно, как зверь, почуявший хищника.

– Кто-то рядом, – сказала она тихо. – Кто-то наблюдает.

Тана похолодела.

– Но как? Замок охраняется. Никто не мог проникнуть…

– Не обязательно проникать через двери, – Рэйв крепче прижала Хлое к себе. – Есть другие пути.

Они сидели рядом – Тана в кресле, Рэйв на низком пуфе у колыбели. Хлоя спала, ее дыхание было ровным, но время от времени она вздрагивала, будто видела тревожные сны.

– Я поставлю защиту, – сказала Рэйв, поднимаясь. – Древнюю. Такую, что не пробьет даже тень.

Она достала из сундука мешочек с травами, рассыпала их по кругу у порога, у окна, у колыбели.

Затем достала тонкий серебряный нож, провела им по воздуху, очерчивая невидимые границы.

Ее губы шептали слова заклинания – тихие, но твердые.

Воздух сгустился, наполнился запахом дождя и металла.

– Теперь никто не войдет, – заявила она, закончив ритуал. – И никто не увидит, что здесь происходит.

Тана подошла к ней, взяла ее руку.

– Спасибо. Я не знаю, что бы делала без тебя.

– Ты бы справилась, – Рэйв сжала ее пальцы. – Но нам не нужно справляться в одиночку. Мы вместе.

Под утро Хлоя снова проснулась.

На этот раз она не кричала – просто смотрела в темноту широко раскрытыми глазами. Ее маленькие пальчики шевелились, будто пытались ухватить что-то невидимое.

– Что ты видишь? – прошептала Тана, наклоняясь к ней.

Девочка повернула голову – не к матери, а к Рэйв. Улыбнулась.

– Она… улыбается? – удивилась демоница.

– Да, – Тана почувствовала, как сердце наполняется теплом. – Она улыбается тебе.

Рэйв осторожно коснулась ее щеки.

– Ты храбрая. Даже сейчас.

Хлоя издала тихий звук – не плач, не смех, а что-то среднее. Ее взгляд снова скользнул в сторону, будто следил за кем-то.

– Она видит, – сказала Тана тихо. – Видит то, что скрыто от нас.

– Значит, ее дар пробуждается раньше, чем мы думали, – Рэйв села рядом, обняла Тану за плечи. – Но это не страшно. Мы защитим ее.

– Мы защитим, – повторила Тана, прижимая дочку к груди.

Когда первые лучи солнца коснулись окон, Хлоя наконец уснула глубоко и спокойно.

Ее дыхание стало ровным, лицо расслабилось, а на губах осталась тень улыбки.

– Она устала, – сказала Тана, опускаясь в кресло. – Но теперь ей ничего не угрожает.

– Пока мы рядом – ничего, – подтвердила Рэйв, садясь рядом. – И мы не уйдем.

Тана закрыла глаза, чувствуя, как уходит напряжение, как возвращается покой.

– Спасибо, – повторила она. – За все.

Рэйв улыбнулась, взяла ее за руку.

– Это только начало.

А в колыбели, под теплым одеялом, Хлоя спала – и в ее сновидениях, возможно, уже танцевали те невидимые существа, которых она одна могла видеть.