Читать книгу Ветер нимфоманки - - Страница 2

Я всё думаю: неужели то, чего достигали древние толтеки через особые практики – эту удивительную способность фокусировать и расфокусировать сознание, выходить на иной уровень осознания себя и мира, – можно обрести иначе? Мне удалось нащупать это движение чувственного восприятия, научиться ему в близком чувственном трипе с Артёмом.

Мне кажется, музыкальные гении чем-то похожи на нас: они умеют улавливать и закреплять вибрации – те, что передают и настроение, и малейшие переливы душевных состояний. И то, и другое – загадка: как движение, стимуляция, вибрации влияют на человека? Я пытаюсь разгадать эту тайну по-своему.

Я больше не вижу в человеческом теле лишь набор физиологических функций, которые можно настроить – как музыкальный инструмент – силой, частотой, темпом прикосновений, чтобы вызвать нужную реакцию: судороги, вздохи, возгласы. Я воспринимаю вспышки вдохновения на ином, эмоциональном уровне – они меняют то, как я вижу реальность и себя в ней. В эти мгновения образ меня словно растворяется, выходит за границы привычного тела.

Именно в эмоционально-чувственном переживании себя, в образе человека, я ощущаю разрыв непрерывности времени и пространства. И тогда понимаю: я уже не здесь, не в теле – сознание разворачивается во всю Вселенную. В этот миг я не различаю, где я, а где моё тело. Я чувствую: я и Вселенная – едины, огромны, невероятны, не ограничены ни временем, ни пространством.

Древние толтеки расширяли обыденное сознание до магического: они использовали особые растения и практики, разрушающие привычное восприятие мира. У них был свой путь. Но, как выяснилось, для меня – а может, и для других – есть иной путь: через чувственный трип открыть в себе способность ощущать себя иначе, не так, как большую часть времени. Внимание словно переходит с внешнего мира на внутреннее осознание себя.

В моменты вспышек вдохновения моё внимание проваливается в импульсы электрической бури, бушующей в мозге. И тогда представление о теле как о чём-то конечном, ограниченном в пространстве и времени, искажается. Ведь человек рано или поздно умрёт – мы, как организмы, конечны.

Мы – аватары плоти, воплощающие сознание в этом мире. Наш аватар медленно меняется: мы растём, взрослеем, стареем. Характеристики его развиваются, а потом угасают, но он остаётся компактным в пространстве и конечным во времени.

Однако через иллюзию разрыва этой конечности – через переживания в чувственном трипе – я внезапно обретаю опыт внечувственного восприятия. Я понимаю: человек может быть бесконечным. Моё внимание уходит с тела, с реакций организма – в надпространство, в мир чувственных экстазов. Там я обретаю бесчисленную бесконечность, сливаюсь со Вселенной, становлюсь вневременной и внепространственной.

В эти мгновения Вселенная сливается с моим разумом. Я осознаю: мой опыт восприятия шире, глубже, чем в иные моменты. Это погружение в сверхсмыслы.

Сознание в моменты вспышек вдохновения становится сверхсознанием. Я уже не ощущаю себя человеком – я расфокусирую себя из той точки пространства, где обычно собрана, и разворачиваюсь во Вселенную.