Читать книгу Невесты Рогатого бога - - Страница 10

– Запоминай, – привязывая девушку к стулу, старуха монотонно вбивала в её голову свои знания. – Первый раз будет немного больно, а потом даже приятно, но постарайся отстраниться от этого. Когда ты услышишь своего фамильяра, то через его шум, ты должна сама проложить дорогу к своему дару.

– Почему опять боль? – удручённо выдохнула она.

– Потому, что всё лучшее приходит с болью, – усмехнулась Долорес, – Рождение, смерть…

– Смерть – не лучшее, – буркнула Элеонора.

– Для кого-то смерть может стать долгожданным подарком.

Девушка не стала спорить, но по её скептическому выражению лица было понятно, что она не согласна.

– Что у тебя за дар?

– Я могу насылать и лечить болезни, и так… по мелочи.

– Оспа… – нахмурившись, прошептала девушка и тут же вызверилась на старуху, – Это ты наслала болезнь на колонию?

– Конечно я, – пожала она плечами, проверяя узлы.

– Но никто не умер. Все выжили! Кроме моего мужа и дочери! – взревела Элеонора в попытке высвободиться.

– Я же говорила, что без Верховной, мы слабы. Если бы она была, то к утру не выжило бы половины форта.

– Но моя семья была бы жива, если бы я не призвала…

– Тихо! – Долорес со всей силы зажала рот девушки. – Ты хочешь разгневать его? Ты даже ещё не вкусила своей силы, а уже хочешь лишиться её? Ай!

Вскрикнула она, когда Элеонора укусила её.

– Я убью тебя, ведьма! – завизжала девушка, дёргаясь на стуле, в попытке ослабить узлы. – Я придушу тебя собственными руками и буду плясать на твоих костях, пока их не обглодают черви!

– Вот! – восторженно захохотала она в ответ. – Вот! Слова настоящей ведьмы, а не глупой дурёхи. Скоро ты будешь благодарить меня и Цернунна за его дары и за то, что я привела тебя к нему, а дочь…

– Не смей говорить о моей дочери!

– Она вернётся. Но не мясом для похотливого мужлана, за которого её решит отдать твой муженёк. Не безмолвной овечкой, а свободной девой, под покровительством своей могучей матери.

– Ты грязная, жалкая, старуха, – продолжала плеваться и брыкаться она. – И твой Бог – лжец! Зверь!

– Чшшш, – приложила к её губам скрюченный палец и резко отдёрнула, когда девушка попыталась за него цапнуть. – Я уже слышу его.

– Кого? – насторожилась она, но старуха не ответила, а медленно попятилась, растворяясь в тёмной комнате.

– Кто здесь? Кого ты слышишь? – дрожащим голосом спросила Элеонора, крутя головой, но вместо ответа, в углу комнаты раздался непонятный стрёкот и скрежет. Словно кто-то топотал множеством ног, шаркая по сухому дереву. – Кто тут?

Она вглядывалась в темноту, но в комнате было пусто, даже Долорес, казалось, не дышала, стоя тёмным пятном в углу комнаты. Первое, что она почувствовала – это ползущее нечто по ноге. Нервы были натянуты до предела, а перебирающееся по ноге существо щекотало кожу, и в то же время, от страха все волоски на теле встали дыбом.

– Долорес, – сдавленным от ужаса горлом, тихо позвала она, – Долорес! По мне кто-то ползёт.

Насекомое проследовало по ноге под сорочку девушки, прощупывая и прокладывая множеством своих лапок путь вверх.

– Долорес! Сними это с меня! – заорала она, когда оно поползло под грудь. Чуть царапая нежную кожу и неприятно перебирая множеством острых ножек. – Прошу, сними!

– Ты должна его накормить, – тихо отозвалась старуха, – и принять, как своё дитя.

– Что? – взвизгнула девушка, – Что это? А-а-а!

Многоножка пристроилось на животе девушки, впившись своими желваками в родинку под грудью.

– Это твой фамильяр, – ведьма вышла из темноты и, неспешно подойдя к связанной, распустила шнурки на её сорочке, оголяя грудь.

Под левой грудью уверенно держалась множеством лапок большая сколопендра. Она мирно питалась кровью из родинки под грудью, принявшей вид небольшого соска.

– Сосредоточься, – напомнила старуха, – ищи свой дар.

– Убери эту гадость!

– Закрой глаза и успокойся!

Элеонора дёргалась и пыталась скинуть с себя насекомое, но, поняв бесполезность своих действий, всё же прикрыла глаза. Страх и омерзение не позволяли расслабиться. В голове зашуршал знакомый скрежет хитиновых пластин, от которого она непроизвольно сморщилась. Как и в ночь её призыва, когда многоногая тварь заползла в ухо. Шум нарастал и оглушал, причиняя боль. Она сосчитала до десяти и постаралась отпустить ситуацию. На удивление, ей это удалось легко. Тьма и тишина разлилась под веками, принося долгожданный покой и умиротворение. Что-то звало её вперёд. Казалось, что сама вечность и невидимая сила тянули её по невидимому тоннелю за насекомым, пока в лицо не ударил сильный порыв ветра. Но не обычный ветер, а радужно-переливающий свои потоки из стороны в сторону и устремляясь к ней. Он обволакивал конечности и путался в волосах со всех сторон, поднимая в воздух и подкидывая её воображению всевозможные живописные виды и картинки. От прекрасных, умиротворяющих в гуще королевских садов, до тёмных и угрюмых полуразрушенных склепов. Их разнообразие завораживало и восхищало. Она, словно воздушный змей, качалась на потоках ветра, перемещаясь по неизвестным местам и помещениям. Разглядывала диковинных морских гадов и мохнатых зверей, болтающихся на заросших мхом ветвях.

Всё, что казалось важным, отошло на задний план. Сила, которая впитывалась в неё с каждым дуновением ветра, будоражила и возбуждала. Расходилась приятными потоками под кожей и приятно покалывала кончики пальцев. На груди что-то зашевелилось и сползло. Она не открывала глаза, продолжая изучать то, что приобрела. Знакомилась с новыми чувствами и брала их под свой контроль.

– Молодец, девочка. Всё правильно, – воодушевлённо шептала старуха. – Редкий дар. Нашей Верховной повезёт. Даже сейчас в мире не так много тех, кто владеет иллюзиями.

– Я буду обязана поделиться с ней своим даром? – чуть с ревностью поинтересовалась Элеонора, открывая глаза и тут же улыбаясь тому, что она и Долорес сейчас находятся не в доме, а на пике снежной горы.

– Мы берём силы у Верховной. Каждая из нас усилит свой дар, но Верховная будет обладать всеми дарами своего ковена, – старуха помогала снять путы и с восторгом окидывала белоснежные пейзажи вокруг. – Чем больше и разнообразнее наш ковен, тем виртуознее будет Верховная, но, чтобы она и мы не теряли силы, мы должны к её приходу взрастить и напитать Древо ведем.

– Где оно? – убирая иллюзию, девушка потёрла следы на кистях от въевшейся верёвки.

– Его ещё надо найти, но ты поймёшь, когда его увидишь. Оно уже начало произрастать с моим появлением. Ведь ведьма без ковена – как грибница без грибов. А благодаря твоему дару, ты ещё и сможешь его скрыть от любопытных глаз и уберечь от вырубки.

– А если его срубят?

– Это источник силы Верховной и врата в мир Рогатого Бога. Вырубят Древо – ослабят её, а значит – и нас. Оно ценно и его надо постоянно напитывать. Через него является наш Бог, отвечая на призыв. И через него он может провести свою королеву в свой мир. Верховная же сможет позаботиться о нём и сохранить его место в тайне. Древо будет следовать за нами, но только Верховная сможет перенести его в недоступную местность, а пока её нет – это будет наша забота.

– А мой сын? Он будет обладать даром?

– Конечно, но по силе он всегда будет равный тебе сейчас и не будет иметь фамильяра.

– Почему?

– Потому, что все колдуны – это наследие Цернунна, который должен возродиться, а не Гекаты… Сейчас это не важно. Сейчас надо закрепить связь, – старуха начала наводить порядок в комнате, скрывая следы всего, что может показаться подозрительным.

– Что значит не важно? – возмутилась Элеонора, перехватывая её за локоть и разворачивая к себе. – Что значит возродиться? В моём сыне?

– Лучше призови своего фамильяра. Он должен услышать и запомнить твой призыв.

– Как?

– Произнеси «Venire» (приди).

Элеонора несколько раз проговорила про себя слово и чуть шёпотом выдавила:

– Venire (приди).

Из темноты тут же выбежала сколопендра и, подбежав к хозяйке, привстала на задние лапки. Девушка склонилась и протянула руку, нежно улыбаясь уродливому существу. Почему-то насекомое, которого она всегда боялась и которое вызывало чувство опасности и омерзения, показалось милым и дружелюбным. Погладив по твёрдой хитиновой спинке насекомое, она поднесла его к носу, внимательно рассматривая маленькие чёрные глазки.

– Спасибо тебе за дар, – прошептала она, прижимая его к себе.

– Будешь использовать его в каждой ворожбе, – забирая из рук девушки сколопендру, старуха скинула её на пол и топнула ногой, раздавливая.

Элеонор заорала, прикрывая уши от неимоверного шума трескающихся чешуек в голове и отвратительно чвакающего нутра сколопендры. Когда шум умолк, она с кулаками и слезами кинулась на Долорес, но та ловко увернулась, расхохотавшись.

– Что ты наделала? – она хотела поднять труп нового друга, но он исчез.

– Пока ты жива, и он жив. Призови его, – приказала старуха.

– Venire (приди), – гневно проговорила она, сжимая кулаки и готовая вот-вот сорваться снова.

Насекомое в целости и сохранности, так же резво выбежало из темноты. Элеонора счастливо улыбнулась, но как только она протянула руку, Долорес снова наступила на него, раздавливая. Девушка опять вскрикнула, прикрывая уши ладошками.

– Привыкай! Иначе тебя быстро вычислят охотники на ведем. К тому же, во время ворожбы, тебе придётся вспарывать его брюхо каждый раз. От шума не избавиться, но можно научиться терпеть его, не выдавая себя.

Когда девушка посмотрела на пол, то мёртвого насекомого уже не было.

– Я поняла, – она несколько раз кивнула головой.

– Молодец, – одобряюще улыбнулась Долорес, расстилая постель. – Тогда завтра попытаемся разузнать всё о местных племенах и займёмся поисками Древа. Надо начинать его напитывать.

– Чем? – укладываясь и пряча нос под одеялом, девушка затаила дыхание, уже догадываясь.

– Кровью, конечно же, – удивилась Долорес.

– Нашей?

– Нет, – хихикнула она. – Кровью всех жителей форта.

– Ты с ума сошла? – запротестовала Элеонора. – Так нельзя!

– Ты дочь хочешь вернуть? – злобно проскрежетала старуха, задувая свечи. – Они никто. Запомни это! Отныне, твоя семья – это ковен, который мы создадим. И твой сын.

– Но женщины, – растерянно пробормотала Элеонора, – их же можно уговорить примкнуть к нам.

– Не всех, – расстроенно выдохнула старуха. – Среди них я нашла только двоих, которых можно склонить на нашу сторону.

– Откуда ты знаешь? – не сдавалась она.

– Я вижу, кому есть, что терять.

– Но, может?

– Нет. Спи, – захлопнув дверь, Долорес побрела в свою комнату, оставив молодую ведьму в тягостных размышлениях.