Читать книгу Ведьмы тоже пьют латте - - Страница 2

Городок, где чудеса пахнут корицей

Серебрянск не отмечали на картах. Он прятался в долине меж холмов, словно стыдливый котёнок в траве, и знали о нём лишь те, кому нужно было знать. Здесь фонари зажигались от звонкого смеха, река отражала не облака, а обрывки снов – сегодня апельсиновые паруса, завтра летающих котов. В палисадниках цвели розы-сплетницы, шелестя лепестками по вечерам, а старухи вязали разговоры в узоры на шерстяных носках.

Именно сюда, под шёпот дождя и скрип флюгера, пришла ведьма Ася. Не с посохом и звёздным плащом – с потёртым чемоданом, пакетом кофейных зёрен и верой в то, что самое сильное волшебство рождается между паром от чашки и шелестом страниц.

Старый дом на Углу Луны и Перекрёстка ждал её. Его стены пахли ванилью и забытыми историями, скрипучие ступеньки пели колыбельные, а в печи дремал ворчливый дух Огонёк, свернувшись в угольке. Когда Ася коснулась дверной ручки, та радостно щёлкнула – будто говорила: «Наконец-то!».

Она назвала кафе «Лунный крендель». Не потому, что пекла их (хотя пекла – с миндальной крошкой и намёком на предсказания), а потому, что луна здесь была особенной: мягкой, выбеленной, как сахарная глазурь, и вечно запутавшейся в дымоходе.

В первое утро Ася разговаривала с посудой: – Чашки, учились держать тепло подольше, – Ложки – размешивать грусть в сладость, – Кофемолка бубнила, как старый профессор, но молола зёрна в бархатную пыль.

А ещё… в углу, на дубовом табурете, примостился рыжий кот. Не обычный – с шерстью цвета закатного эспрессо и глазами, как два зелёных матча. Он вылизывал лапу с видом дегустатора и тыкался носом в кружку Аси. – Хочешь помочь? – улыбнулась она. Кот ткнул лапой в кофемашину. Аппарат фыркнул, взорвался облаком пара – и выдал идеальный латте с пенкой в форме крошечного сердца.

– Добро пожаловать, бариста, – прошептала Ася.

За окном просыпался городок: – Булочник подкидывал бублики, те ловили солнечных зайцев и румянились, – Травница развешивала сныть, шепча ей сплетни ручья, – Даже лужа у крыльца светилась радужным маслом – след от вчерашнего пролёта домового.

Ася вдыхала воздух, густой от корицы, мокрой сирени и обещаний. Она знала: здесь не будет великих битв. Её магия жила в трещинках на керамике, в первой улыбке сонного гостя, в урчании кота, замешивающего лапками тесто.

Серебрянск открывал объятия. Оставалось лишь налить первую чашку.