Читать книгу Его сильная слабая женщина - - Страница 10

Юля

Закрываю дверь в свою комнату, приваливаюсь к ней спиной и некоторое время так и стою. Не шевелясь и не спеша скидывать верхнюю одежду.

«Очень сильно…»

Именно такой ответ дал мне Стас на последний вопрос, после чего распахнул дверь в дом и жестом дал понять, чтобы я заходила внутрь.

Сам следом не пошел.

Так и остался стоять на улице в распахнутом настежь пальто. Но даже закрывшаяся за мной дверь не сумела отсечь того пронзительно взгляда, которым он меня одарил на прощание. Будто клеймо на спине выжег.

И сейчас оно, зудя и пульсируя, – и неважно, что фантом – все больше разрастается и, как в воронку, старательно затягивает в прошлое.

– Нет, не хочу…

Скидывая морок, резким движением отталкиваюсь от дверного полотна и отхожу к шкафу. Стаскиваю с себя пуховик, определяю его на плечики. Шарф идет следом. Дальше избавляюсь от черной водолазки с воротом под горло и теплых шерстяных брюк.

Я такая мерзлячка, что при выходе на улицу зимой выбираю вариант утепляться по максимуму.

«Форс мороза не боится», – точно не про меня.

Последними снимаю носки, бросаю их на стул и, полностью игнорируя свое отражение в зеркале, достаю футболку и спортивный костюм.

Последний – довольно старый, переживший, как говорится, пятьдесят стирок, две весны и гордо подобравшийся к третьей, но такой любимый, что нет никаких сил с ним расстаться. Даже то, что есть новый, качественный и удобный, купленный больше полугода назад, отглаженный и полностью готовый к носке, ситуации не меняет.

Старый словно ближе к телу, а новый… он точно чего-то ждет.

Хм… но чего?

Убрав собственноручно созданный беспорядок и закинув сумку на полку, обуваю балетки, разношенные до состояния любимых тапочек, и выхожу в коридор.

Вроде бы у Тани после всяких вкусностей выпила большую чашку чая, а мне мало и еще хочется. Горячего, крепкого, душистого. С ярко-зелеными листиками мяты и тоненьким, почти прозрачным, кружочком лимона.

А раз хочется, так зачем себе отказывать? Сна всё равно ни в одном глазу.

На кухне в этот час пусто.

Оно и понятно. На постоянке в огромном доме, кроме меня, отвечающей за все хозяйство в целом, только Захар Тимурович живет. Но, судя по отсутствию под навесом его машины, он сейчас где-то в отъезде. Вернется или нет – только богу известно.

Раньше еще жила Злата, его младшая сестренка. Восемнадцатилетняя хохотушка и очаровашка, которую я всем сердцем любила… ее все любили. Но она… умерла. Два года назад. А других женщин здесь отродясь не было.

Что же касается мужчин… Нилов – частый гость. Хотя, если вдуматься, то и не гость вовсе. Он почти член семьи Дорохова. Давний лучший друг, еще со времен учебы, к тому же его правая рука во всех делах и начальник службы безопасности. В общем, тот еще адский коктейль с неограниченными правами и полномочиями.

У Стаса, конечно же, где-то в городе и собственное жилье куплено, но здесь он свой угол тоже имеет. Как раз по соседству с моим. Небольшую, но уютную комнатку, где в последнее время частенько остается ночевать.

Однако, кажется, не сегодня.

Еще в доме изредка появляются парни из охраны. Но те делают это только если того требуют обстоятельства. Без дела – нет, никогда. Для проживания у них свой гостевой одноэтажный коттедж имеется. И еще к нам три раза в неделю уборщица заглядывает, помогает мне наводить чистоту в комнатах. Но работает она строго с десяти утра до четырех дня.

Так что да, в этот час в кухне пусто.

Заварив чай, обхватываю толстые стенки чашки обеими ладонями и подхожу к окну. Отпиваю мелкими глоточками ароматный напиток и наблюдаю за Стифом. Бело-рыжий алабай пытается что-то отрыть в снегу возле поленницы. Сует любопытный нос в подкоп, нюхает, чихает. Обегает круг. Потом вновь роет, вновь нюхает и чихает. Тявкает, припадая на передние лапы.

Улыбаюсь, смешной такой. По сравнению со степенной Айной этот молодой пес – просто клубок энергии и задора.

Уже планирую отвернуться, чтобы пойти вымыть опустевшую чашку и удалиться к себе, но до слуха вдруг доносится какой-то шум. Во дворе прибавляется света. А буквально через минуту входная дверь с грохотом распахивается. Устремляюсь в холл, чтобы встретить вошедшего, и дар речи теряю.

Дорохов держит на руках закутанную в плед девушку. Та вся бледная до синевы и без сознания. А Захар Тимурович не то в бешенстве, не то в панике, хоть и старается этого не показывать.

Но я его так давно знаю и в таких разных ситуациях видела… что нутром чую: ни в себе он точно. Да и глаза – вон какие дикие, зрачки чрезмерно широкие.

– Юля! Ты мне понадобишься. Давай за мной, – произносит он рваными предложениями, устремляясь через холл к лестнице на второй этаж.

Его голос бьет по взбудораженным нервам и заставляет вынырнуть из ступора.

Дергаюсь вперед и только тут замечаю Нилова. Наверное, он вошел следом. Я точно не видела, сосредоточившись на другом.

Стас тоже весь смурной. Желваки под впалыми щеками перекатываются. Взгляд, который он кидает в спину Дорохова, напряжен. А исходящая от него волнами энергия словно вибрирует и заставляет воздух потрескивать.