Читать книгу Его сильная слабая женщина - - Страница 5

Юля

Признаюсь честно, у меня до сих пор нет чёткого ответа на вопрос: смогла бы я вынырнуть из «кипятка» абьюза самостоятельно или нет?

Хочется верить, что всё же да. Со временем смогла.

Но явно не так быстро и резко, как помогла это сделать Таня.

Ведь, даже где-то на самом краю сознания понимая нездоровость происходящего, я продолжала бы терпеть и цепляться за наши отношения.

Причин было предостаточно.

Самую важную роль во всем этом, конечно же, играло поведение самого Дёмина. Он не перебарщивал, вываливая на меня всё и сразу. Упреки, недовольство и прочие «фэ» им подавались в умеренных дозах, очень плавно, по нарастающей, поэтому сразу идентифицировать опасность я не могла.

А как виртуозно он манипулировал…

Постепенно, одного за другим, убирал из моего окружения всех: друзей, подруг, коллег, родителей, пока я не осталась в полном вакууме. Представьте себе, я даже не заметила, как мама с папой из частых гостей превратились в редких. Общение с ними свелось к недолгим разговорам по телефону, а Аленку к ним Паша теперь отвозил исключительно сам.

– Зачем нам ехать вдвоем, Юль, сама подумай? Хочешь просто покататься? Лучше уж займись чем-то полезным – уборкой, стиркой, глажкой, чтобы, когда я вернусь уставший, ты могла посвятить все свое время мне. Знаешь же, как я много ради нас работаю.

Я была уверена: мой муж на самом деле самый лучший человек на счете. Мне несказанно с ним повезло. А ему со мной – нет. И теперь он страдает из-за моего неправильного поведения. Оттого с его стороны проскакивают игнор, злобные высказывания и оскорбления.

Да, в этом лишь моя вина.

Желая исправиться, я всячески старалась угодить.

Убеждала себя, что во всех семьях в начале совместной жизни не обходится без острых углов, но долг жены – уметь их сглаживать. И я сглаживала, набираясь мудрости и терпению. Безропотно прогибалась, подстраивалась и лавировала.

Прикрываясь благими целями, я фактически, сама себе рыла могилу. Причем, охотно.

Дура?

Кто-то скажет именно так. А я не стану оправдываться. Не вижу смысла.

Еще одной причиной цепляться за отношения был пример родителей. Они всегда жили мирно, дружно, с юмором. Смеялись и шутили друг над другом, гуляя, держались за руки и целовались по углам, как молодожены. И это спустя почти четверть века вместе.

Отец ни разу не повысил на маму голос, оберегал. А мама на него надышаться не могла. Какие унижения?!

Господи, я по-доброму ими восхищалась и хотела иметь такую же прекрасную и любящую семью, такие же крепкие отношения! Не сложилось, увы.

Немаловажную роль сыграл и мой страх остаться одиночкой.

Я, как огня, боялась самостоятельной жизни. Мне казалось, что без Павла я не смогу, не выкарабкаюсь. Ведь это он – моя опора, крепость, столп. А я – ноль без палочки. Всего лишь слабохарактерная особь, ничего по себе не значащая без поддержки. Его поддержки.

Это смешно выглядит лишь со стороны. А когда тебе об этом ненавязчиво намекают почти ежедневно… сам муж, его родители, твоя душевная, всё понимающая начальница – совсем другое дело.

О да, много попозже я узнала, что дизайнер, чьей помощницей я отработала без малого пару лет, была любовницей моего мужа. Старой доброй подружкой, играющей за его команду ради каких-то собственных целей. Потому даже в офисе я не отдыхала от абьюза, а продолжала вязнуть, как в болоте, считая себя полной бездарностью.

А Павел умело и вовремя подкидывал дровишек:

– Надо радоваться тому, что есть, Юля, и не прыгать выше головы, раз не дано!

– Какой самостоятельный проект, дорогая? Будь благодарна, что Дарья Семеновна с тобой возится и прикрывает косяки. Да, работа за копейки, но так зато постоянная, близко к дому и график нормированный. Где ты лучше найдешь? Или тебе из дома почаще отлучаться приспичило? Любимый муж надоел? Жопой вертеть перед мужиками захотелось?

Украдкой давилась слезами, упрекала себя за отсутствие силы воли и стержня, позволившего бы попытаться пробиться вверх по карьерной лестнице, и соглашалась с мужем: да, я – никчемность!

Моя самооценка была такой низкой, что, когда узнала об изменах Дёмина, первая мысль, пришедшая вслед за шоком, заключалась во вполне привычном: я сама во всем виновата!

Нормально?

Абсолютно нет.

Хорошо, что Татьяна, нагрянувшая ко мне без предупредительного звонка и заставшая дома одну, сумела узреть эту «срань господню!» (ее слова!) и не махнуть рукой, а вцепиться бульдожьей хваткой и начать вытягивать.

– Твою ж ма-а-ать… – выдала она, в потрясении меня разглядывая. – Меня не было в городе всего пять месяцев… Пять месяцев, Юлька! А он тебя вот в это всё превратил…

Я стояла у входной двери, недоуменно смотрела на Травкину, уехавшую после рождения сына к родителям, чтобы те ей помогали, пока муж на вахте, а теперь вернувшуюся и явившуюся ко мне на порог.

Явившуюся, как позже поняла, чтобы поддержать любимую подружку, которой изменяет муж.

Представьте размер звездеца: я, вконец затюканная, что даже гулянки мужа, как и его частые командировки, пропускала мимо сознания. И Таня, осевшая в Твери, но узнавшая «новости» и примчавшаяся на помощь.

– Юлька, не пугай меня, родная! Раскрой глаза!

И тут во мне что-то произошло. Будто в темном мрачном помещении тумблер перещёлкнулся, и появился свет.

Я вдруг посмотрела на себя словно со стороны и не узнала.

Строгое закрытое платье, волосы, собранные в безукоризненную прическу, отсутствие макияжа. А подо всем этим тощая до изнеможения девчонка с бледной, немного синюшней кожей. И что самое жуткое – с отсутствием эмоций на лице.

Будто кукла.

– Документы твои и Алёнки где? – внезапно сипло и зло спросила Травкина, решительно шагая ко мне, чтобы отпихнуть от двери и закрыть ее за собой. Но тут же широко улыбнулась моей доченьке, выглянувшей из гостиной, где мы с ней играли. – О, привет, моя сладкая булочка! Иди скорее обниматься с крестной!

Я все еще страшно тупила. А шквал эмоций, которым безжалостно фонтанировала подруга, заставлял морщиться и теряться.

– В столе Павла. В нижнем ящике слева. А зачем тебе?

– Сюрприз твоему недоумку-мужу сделаем!

Натискавшись с Аленкой и отправив ее изучать подарок, который я сразу не заметила, Таня вцепилась в мое предплечье, едва не прошивая кожу ногтями, и потащила растерявшуюся меня в сторону кабинета Дёмина.

– Работы у нее дофига! Семья – полная чаша! Все хорошо у нее, ага! Как же?! Ох-хо-хо!!! Блядь, Юлька, а я ведь, дурилка картонная, пыталась тебе верить, хотя внутри червячок точил… и ведь не зря! Не зря же!!! Ах, какой же он скот, а?! Ну ничего, ничего… мы все исправим!

Воспоминания, даже несмотря на прошедшее время, заставляют ежиться.

А тогда Танюха сделала то, что посчитала нужным. Взяла меня за шкирку, а Аленку на ручки и увезла к своим родителям под Тверь. Почти месяц ей удавалось нас «прятать» и с помощью жёсткой терапии возвращать мой поплывший мозг на его законное место.

– Моль на издыхании! – раздраженно припечатывала она, с громким стуком ставя перед моим носом стакан с «отверткой».

О да, Травкина использовала все методы, какие приходили ей в голову. И с привлечением специалистов, и народные.

– Яйца этому мудаку надо отрезать! И заговор у бабки сделать, чтоб его вонючая морковка всегда вялой была!

– Тань, но Паша…

Зависимость не желала меня отпускать.

– На хуй твоего Пашу, усекла? – яростно рычала она.

– Танюш, а как же работа?

– Поебота! Ты к этой шмаре, которую трахает твой долбоящер, не вернешься!

– А мама с папой…

– Точно! Сейчас я и с ними беседу проведу!

Моим родителям тоже от нее досталось, что не углядели за дочерью, поверив в идеального и заботливого зятя. Именно тогда у мамы начались первые проблемы с сердцем.

И все же Дёмин нас нашел. Но к тому времени я подала на развод.

Думаете, выдохнула?

Как бы не так. Мои беды еще только начинались. Как маятник, который всего лишь набирает раскачку.

Главный удар пришел по нам с дочерью. Демин отобрал ее у меня и, по решению суда, заставил платить алименты.

Знаете, нет ничего страшнее нашего законодательства, которое при сильном желании и неограниченных возможностях можно поворачивать в нужную тебе сторону. Вот Павел и повернул.

Сколько я не билась, изменить ничего не удавалось. Дёмин умело затягивал процесс и беспощадно мстил за то, что решила взбрыкнуть и осмелилась пойти против него.

Силы и близко были не равны.

Еще бы. Вполне себе успешный адвокат с большой практикой, связями в нужных кругах, деньгами, собственным жильем и незапятнанной репутацией, с одной стороны.

И с другой – я. Уже безработная, ограниченная в средствах и друзьях, а еще с плохими отзывами бывшего руководителя и соседей, как один убеждавшими суд в том, что я – плохая мать, безответственная, психически неустойчивая, гулящая и алкозависимая.

Не поверите, меня даже из уборщиц с такой характеристикой турнули.

Без дочери я сходила с ума. Готова была на коленях ползти к Демину назад и соглашаться на все его условия. Да я и ползала, забывая о чести и достоинстве. К черту характер, когда твоя кровиночка непонятно как, где и с кем.

О, сколько раз я караулила Павла у офиса и умоляла дать мне последний шанс. А он, это видя и смакуя, тянул время.

Тянул, пока не стало слишком поздно…

– Девушка… девушка! – врывается в затуманенное сознание голос таксиста, заставляя проморгаться и осмотреться. – Магазин детских игрушек слева. Или вы передумали идти?

– Кхм… – прокашливаюсь и качаю головой, – нет, не передумала. Извините, просто задумалась немного. Спасибо вам. Я постараюсь недолго.

– Да мне-то что, – отмахивается мужчина и кивает в сторону. – Я чуть дальше по улице припаркуюсь, а то тут знак.