Читать книгу Дитя рассвета - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 3

Дафна осторожно выглянула из своей комнаты, а когда услышала тему разговора — вышла целиком, приветственно кивнув нам. Джек кивнул ей в ответ и продолжил.

— Предположительно вальтурийцы и ликаны, — он пересёк комнату и тяжело, по-стариковски, опустился в кресло напротив моей кровати. Впервые я остро заметила, как сильно он устал. Обычно он сидел с прямой спиной, как и подобает воину, а сейчас словно сдулся — плечи округлились, ладони тяжело легли на колени. — Небольшой отряд. Думаю, большую часть они потеряли ещё в Мёртвом лесу, но всё равно сумели подобраться слишком близко. Гвардейцы отразили нападение, но командора Уильямса, к сожалению, смертельно ранили. Мне поручили принять командование вместо него.

Сердце тревожно забилось от зародившегося подозрения.

— Когда?

Он медлил с ответом. Но его рука, мозолистая и тяжелая, потянулась к моей и накрыла ее. Легко, почти невесомо, будто он боялся раздавить мои пальцы. Это было так неожиданно и по-отцовски, что у меня перехватило дыхание. Я отпустила чутьё наружу и тут же ощутила тягучую, словно смола, печаль и твердую, тяжёлую, словно каменная плита — решимость.

— Сейчас, Мира, — мои глаза округлились. — Я пришел попрощаться.

В другом углу комнаты ахнула Дафна. У меня же будто земля ушла из-под ног. Я не отпускала его руку. Наоборот, вцепилась в нее мертвой хваткой, как тонущий — за обломок мачты. Внутри нарастала паника. Так не может быть. Джек и Дафна — единственные люди во всем этом проклятом замке, которым я могу доверять и кого по-настоящему могу назвать близкими. И сейчас я лишаюсь одного из них?!

Я во все глаза смотрела на мужчину, который был моим хранителем с самого детства, который заменил мне отца, заботился, оберегал, давал советы и утирал слёзы в минуты отчаяния.

Внезапно во мне вспыхнул огонёк надежды.

— Постой, ты ведь должен сопровождать меня на церемонию Экзальтации! Значит, твой перевод — временная мера?

Джек вздохнул и поднял на меня полный печали взгляд. Он мягко, но решительно высвободил свою руку из моей и, прежде чем я успела возмутиться, осторожно, костяшками пальцев, провел по моей щеке, убирая несуществующую слезинку. Жест, который он делал тысячу раз, когда я была маленькой и падала, расшибая коленки.

— Мне приказано не покидать пост ни при каких обстоятельствах. Без исключений.

Я отказывалась верить в услышанное. Долгие годы Джека, так же, как и меня, готовили к церемонии Экзальтации. Он должен сопровождать меня, словно отец свою дочь к свадебному алтарю.

— Ты не можешь бросить меня… — сорвалось с губ, — не сейчас, когда до церемонии осталось меньше года…

Хранитель поднялся и подошёл ко мне, взяв мои руки в свои. Его темные, будто теплая летняя ночь, глаза установили с моими зрительный контакт. Во взгляде было столько боли, сколько я не видела даже в день своей первой порки.

— Мира, я бы всё отдал. — Он говорил тихо, но каждое слово било наотмашь. — Ты же знаешь, что бывает за неподчинение.

— Я пойду к герцогине! — я замотала головой, чувствуя, как защипало в глазах. — Буду просить! Меня они не тронут, я…

Джек вдруг улыбнулся. Криво, горько, но с той бесконечной теплотой, от которой у меня всегда таяло сердце. Он покачал головой, будто говорил с несмышленым ребенком, который требует луну с неба.

— Глупая моя девочка, — шепнул он, и это «моя» резануло по сердцу. Он обнял меня первым, прижав к груди так крепко, что затрещали кости. От него повеяло потом, старой кожей амуниции и железом — запах солдата, мой самый родной запах в этом мире. Я больше не сдерживала рыданий и уткнулась носом ему в плечо, как в детстве.

— Тебе назначат другого хранителя, — продолжил он, на что я замотала головой.

— Я не хочу другого хранителя… — всхлипывала я в его промокшую от моих слез рубашку. — Мне нужен ты…

Он ничего не ответил. Только гладил меня по голове и молчал.

****

Внутри меня образовалась черная дыра, грозящая поглотить всё вокруг.

— Мира, — осторожно произнесла Дафна, — тебе нужно позавтракать.

Я пыталась, но вместо этого у меня получалось лишь бесцельно ковыряться в тарелке.

Такой неожиданный отъезд Джека застал меня врасплох. Без него я будто утратила последние остатки чувства безопасности. Хотя… у меня итак его не было. Здесь для меня никогда не было безопасно. Это не мой дом. Это моя клетка. А вокруг — сплошные надзиратели.

Теперь мне даже из комнаты выходить нельзя, пока не пришлют нового хранителя. Каким он будет? Угрюмым и консервативным или снисходительным и добрым? Будет ли он со мной разговаривать? Или же спрячется за своей броней и притворится глухонемым?

Эх… чего гадать. Скоро всё узнаю. Я отодвинула от себя тарелку, проигнорировав недовольный вздох Дафны, и устремила взгляд на противоположную стену, где красовался мой рисунок, сделанный гуашью. Сердце с болью защемило. Несколько лет назад Джек тайком передал мне гуашь, которую стащил у художника, нанятого расписывать основные залы замка. Это случилось после того, как герцог впервые приказал выпороть меня за то, что я была недостаточно учтивой с жрицей, которая обучала меня истории королевства. Она заставляла меня заучивать огромные тексты наизусть и переписывать их на бумагу по памяти, а если я допускала ошибку или делала помарку, жрица била меня по рукам, чернила размазывались, и мне приходилось переписывать всё заново. Однажды я не выдержала и назвала её сукой, за что и получила свою первую порку.

Но больше всего мне запомнилось, с какой нежностью тогда заботился обо мне Джек. Он принёс откуда-то заживляющую мазь и, клянусь, едва не заплакал, когда наносил её мне на спину.

А потом принес краски, чтобы порадовать. Я решила нарисовать на стене место, которое часто видела во сне. Воспоминание из детства. Мы с мамой иногда ходили в необыкновенное, фантастическое место, когда нам хотелось убежать от всего мира. Оно находилось в скалах недалеко от дома. Нужно было только пересечь негустой лес. Скалы покрывала трава, похожая на плющ. Весной и летом она зацветала, и повсюду появлялись свёрнутые в трубочку цветы сиреневого цвета. Их аромат пропитывал теплый воздух и разносился на десятки метров вокруг. Со стороны казалось, что скала укрыта лёгким вязаным одеялом.

Однажды мама подвела меня к месту, которого я раньше не замечала. Оказалось, там был проход в пещеру, плотно прикрытый свисающими ветвями сиреневой травы, словно природным занавесом.

Внутри было темно и прохладно, но, когда мама, крепко держа меня за руку, провела нас немного вглубь и налево, мы оказались в небольшом пространстве прямо посреди скалы, где располагалось небольшое озеро с чистейшей лазурного цвета водой, в которой плескались лучики солнца, спускающиеся через дыру в потолке.

Озеро было маленьким и неглубоким, но, несмотря на то, что оно находилось под прямыми солнечными лучами — вода всегда оставалась довольно прохладной. В жаркий летний день окунуться в прохладную воду было огромным удовольствием, что мы частенько и делали с мамой.

Мы никому не рассказывали об этом месте, даже папе, только переглядывались и тихонько хихикали, когда он спрашивал, где мы пропадали.

И когда Джек вручил мне краски, я, не раздумывая и совсем забыв о боли, бросилась рисовать летнее голубое небо, парящих в нём птиц, густую зелёную траву под ногами, скалу и выделанный в ней вход в пещеру, укрытый цветочным занавесом. То, что находилось внутри пещеры, я нарочно не стала изображать, ведь это было нашей тайной. И останется ею навсегда…

Так как моя кровать стояла прямо напротив разрисованной стены, я часами разглядывала её перед сном, представляя себя там вместе с мамой. Это помогало уснуть и не чувствовать себя одиноко. Теперь эта картина напоминает ещё и о Джеке.

Тяжело вздохнув, я встала и, обойдя кровать, подошла к узкому стрельчатому окну, прижав ладони к холодному каменному подоконнику. Дафна проследила за мной взглядом. Сегодня она не пыталась отвлечь меня от тяжёлых мыслей лёгкими разговорами. Она понимала, как нелегко должно быть смириться с отъездом хранителя, заменившего мне отца, и давала пространство для мыслей и чувств, оставаясь при этом рядом. Я была ей очень за это благодарна.

Переведя взгляд, я заметила, что решётка, оплетенная ржавыми узорами, делит мир за стеклом на клетки, будто и пейзаж здесь — пленник. При этой мысли на моём лице появилась ухмылка.

Внизу я увидела кусочек сада, в который никогда не ходила. Там весна борется с зимой. Между голых ветвей магнолии пробиваются лиловые бутоны, но их лепестки покрыты инеем, словно кто-то выдохнул на них последний мороз.

Мой взгляд направился к Мёртвому лесу, виднеющемуся на горизонте. Этот лес — не просто скопление деревьев. Это живое наследие древних времён, место, где граница между мирами истончилась, как паутина.

Деревья стояли плотной стеной, словно сомкнутые ряды воинов. Их стволы черны, как обугленное железо, а кроны переплетаются между собой в единое покрывало. У корней стелется густой туман, будто молочные реки покрыли всю землю.

Говорят, что подлесок там усеян трупными цветами с лепестками цвета запекшейся крови. Они распускаются ранней весной, питаясь гнилью и пахнут сладковатой смертью.

Иногда, по ночам, мне кажется, будто из леса доносится хриплый вой — то ли волка, то ли существа пострашнее. Порой лес вздрагивает, и черные птицы взмывают в небо стаей, похожей на дым.

Моё внимание привлекло что-то мелькающее на соседней башне замка. Приглядевшись, я поняла, что ветер срывает с башни клочья плаката — обрывок приказа о «Великом празднике обновления», которого ждёт вся страна.

— Хочешь, я принесу тебе что-нибудь почитать? — Голос Дафны вырвал меня из размышлений. Я повернула голову в её сторону и кивнула с лёгкой улыбкой.

Думаю, на самом деле она дико устала сидеть в четырёх стенах вместе со мной и выбрала книгу как предлог, чтобы пройтись. Ведь, по сути, её здесь никто не запирал, в отличие от меня. Дафна вольна гулять, делиться сплетнями с другими леди, флиртовать и крутить романы с лордами и… да с кем угодно. Но большую часть времени она находится рядом со мной и пытается развлекать, зная, что больше некому. Но я не хотела, чтобы и она была пленницей, поэтому старалась давать ей как можно больше свободы.

Через некоторое время Дафна вернулась с бархатной книжицей в руках, которую протянула мне, сверкая широкой улыбкой.

— Ммм, ты принесла мне… — я взяла книгу в руки и, прочитав название, вытаращила глаза. — Дневник куртизанки?!

Дафна расхохоталась, и я вслед за ней.

— Должна же ты хоть как-то развиваться, — заливаясь смехом, проговорила она.

— Да уж, именно этих знаний мне и не хватало, чтобы достичь высокого развития, — парировала я.

— Ну а что? — Она невинно округлила глазки. — Там и рисунки есть. Для лучшего усвоения информации.

Мы снова разразились хохотом, но в этот самый момент в дверь постучали, и мы притихли, переглянувшись. Я прочистила горло и крикнула:

— Кто там?