Читать книгу Эльдорадо Педро де Вальдеррамы - Константин Хайт, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 11

Облака стелились по склону, поглощая тропу впереди. Педро потирал затёкшие пальцы — мороз пробирался даже сквозь перчатки. Каждый вдох давался с усилием. Лёгкие словно сжимались.

Сзади доносились шаркающие шаги, приглушённые ругательства, лязг оружия, цепляющегося за скалы.

Впереди колонна замедлилась. Педро поднял голову. Два силуэта — Гарсия и юный Эрнандо — привалились к валуну, используя алебарды как посохи. Гарсия прижимал ладонь к рёбрам, судорожно глотая воздух.

Эрнандо осел на камни, уронив подбородок на грудь.

— Arriba! — рявкнул Ольмедо, шагая к отстающим. — Двигайтесь, чёрт вас дери!

Гарсия попробовал встать, но колени его не держали. Эрнандо тоже остался неподвижен, будто бы вообще не слышал капрала.

Колонна остановилась. Солдаты садились на камни, откидывали головы назад, тяжело дышали. Яноконас сбрасывали тюки, массировали затёкшие спины. Влажная пелена окутывала людей и камни.

Скалы вздымались в серую пустоту, теряясь где-то наверху.

Рохас вынырнул из облака, словно призрак. Походка как всегда ровная, осанка несгибаемая. Край плаща волочился по камням. Он остановился перед упавшими и холодно скрестил руки на груди.

— Как долго мы здесь торчим, капрал?

— Минуты четыре, капитан, — Ольмедо оглядел бойцов. — Эти не в силах двигаться.

— Не в силах или притворяются?

Гарсия открыл рот, но смог лишь закашляться. Эрнандо сидел молча, закрыв лицо рукой.

Рохас оглядел людей. Солдаты изучали камни под ногами. Яноконас уставились в небо.

— Ольмедо, поставь их первыми. Пусть задают темп. Если остановятся — лишить половины пайка на три дня.

Тишина. Только ветер свистел между камнями.

Педро шагнул вперёд.

— Капитан, люди не выдержат без пищи. Высота сама по себе отнимает силы.

Рохас повернулся к нему. Карие глаза — холодные, как камень.

— Де Вальдеррама, я не просил твоего совета.

— Но я его даю. Наказание убьёт их быстрее, чем усталость.

— Дисциплина важнее жалости. — Рохас сделал шаг вперёд, голос стал тише, но жёстче. — Если позволить одному упасть, упадут все. Если позволить одному остановиться, остановится вся колонна. А остановка в горах — смерть.

— Смерть настигнет и тех, кто идёт без сил.

— Тогда пусть умрут на ногах, а не на коленях.

Педро сжал кулаки. Кровь стучала в висках. Рохас смотрел на него в упор, не моргая.

— У тебя есть что добавить, идальго?

Педро медленно выдохнул. Посмотрел на Гарсию, на Эрнандо. Оба сидели, не поднимая глаз. Вокруг стояли солдаты — молчаливые, настороженные. Они переводили взгляд с одного спорщика на другого и, хотя Вальдеррама видел во многих глазах поддержку, но понимал, что никто не рискнет сказать за него хоть слово.

Диего смотрел на Педро с тревогой, но тоже не вмешивался. Фрай Томас сжимал чётки, шевеля губами в беззвучной молитве.

— Нет, капитан.

— Тогда займи своё место.

Рохас развернулся к Ольмедо.

— Выводи их. Колонна идёт через минуту.

Ольмедо схватил Гарсию за плечо, рывком поднял на ноги. Эрнандо встал сам, качаясь. Оба побрели вперёд, придерживаясь за скалу. Ольмедо шёл за ними, подгоняя окриком.

Рохас прошёл мимо Педро, не глядя на него.

— Adelante!

Колонна двинулась. Солдаты подхватили вьюки, яноконас согнулись под поклажей. Тропа вела вверх, в белую пелену тумана. Камни скользили под ногами.

Ветер усиливался.

Педро шёл в середине колонны, глядя в спину впереди идущего. Руки дрожали — и не от холода. Он сжал рукоять шпаги сильнее, чтобы остановить дрожь.

Диего поравнялся с ним.

— Ты не должен был спорить на людях.

— Я знаю.

— Рохас такого не прощает.

— Я знаю. — повторил Вальдеррама и демонстративно пожал плечами.

Диего помолчал, потом хмыкнул.

— Но ты прав. Эти двое не доживут до конца недели.

Педро не ответил. Впереди, сквозь туман, виднелись силуэты Гарсии и Эрнандо. Они шли, спотыкаясь и держась друг за друга. Ольмедо шёл позади, подбадривая их ударами древка алебарды по спинам.

Фрай Томас поравнялся с Педро с другой стороны. Лицо священника было бледным, губы сжаты.

— Господь видит всё, — тихо сказал он. — И судит.

— Господь далеко, — ответил Педро. — А мы здесь.

Фрай Томас перекрестился и отстал.

Тропа уходила вверх, в холодный туман. Колонна растянулась, превратилась в цепочку теней. Педро шёл, считая шаги, чтобы не думать. Но мысли возвращались.

Дисциплина выше жалости.

Рохас верил в это. Верил так же твёрдо, как Фрай Томас верил в Бога. И, может быть, капитан был прав. Может быть, в горах, где каждый шаг — борьба, жалость действительно убивает быстрее, чем холод.

Но Педро видел глаза Гарсии. Видел, как Эрнандо опустился на колени. И знал: дисциплина не спасёт их. Она только отсрочит смерть.

Впереди раздался крик. Педро поднял голову.

Эрнандо упал. Он лежал на тропе, не двигаясь. Гарсия остановился, протянул руку, но Ольмедо оттолкнул его.

— Вставай! — рявкнул капрал, пиная Эрнандо в бок. — Вставай, собака!

Эрнандо не шевелился.

Рохас прошёл мимо них, даже не взглянув.

— Поднимите его и ведите дальше. Колонна не останавливается.

Двое солдат подхватили Эрнандо под руки и поволокли вперёд. Голова юноши безвольно свесилась на грудь. Ноги волочились по камням.

Педро шёл мимо, глядя прямо перед собой. Не останавливался. Не оглядывался.

А позади, на камнях тропы, остались тёмные пятна крови.