Читать книгу Эльдорадо Педро де Вальдеррамы - Константин Хайт, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 6

Северная окраина Кито пахла пылью, навозом и кожей. Педро миновал последние каменные дома и вышел на открытое пространство, где сотни людей собирались в подобие порядка. Солдаты таскали тюки, носильщики из местных племён привязывали поклажу к мулам, кузнецы били молотами по наковальням, чиня пряжки и латы. Шум стоял сплошной — лязг металла, крики погонщиков, топот копыт.

Педро остановился у края лагеря и оглядел толпу. Отряд Рохаса насчитывал около двухсот испанцев и столько же индейцев-носильщиков. Беспорядок был полный: кто-то грузил порох в промокшие мешки, кто-то пытался седлать непокорную лошадь, двое солдат ругались из-за мушкета. Педро поправил ремень на поясе — старая привычка, оставшаяся со времён службы в Куско, — и двинулся вперед.

— Опять к востоку, старина?

Голос прозвучал справа, насмешливый и знакомый. Педро обернулся. Диего Мальдонадо стоял у костра, держа в руках котелок с кипящей водой. Лицо его было обветренным, глаза блестели весело, на губах играла обычная лукавая усмешка.

— Опять, — коротко ответил Педро.

— Значит, ничему тебя жизнь не научила. — Диего поставил котелок на землю и вытер руки о штаны. — Помнишь, как мы шли с Писарро? Обещали золото — получили лихорадку и стрелы.

— Получили Куско, — возразил Педро.

— Получили Куско Писарро и его братья. Мы с тобой получили жалованье, которое ушло на вино и долги. — Диего усмехнулся и мотнул подбородком в сторону лагеря. — Теперь снова то же самое. Только капитан другой.

Педро промолчал.

— Рохас жёсткий, — продолжил Диего, наклоняясь ближе. — Не то, что старый Гонсало. Этот не простит слабости.

— Я и не собираюсь быть слабым, — сказал Педро и пошёл дальше.

Он миновал группу солдат, которые спорили о распределении носильщиков. Один из них, молодой рекрут с редкой бородкой, размахивал руками и кричал, что ему дали слишком мало людей для поклажи. Другой, постарше, отвечал, что всем мало и пусть несёт сам.

Педро остановился рядом.

— Сколько у тебя мешков? — спросил он молодого.

Тот обернулся, недовольно сощурившись.

— Пять. А носильщиков трое.

— Два мешка привяжи к мулу. Три раздели на троих. — Педро указал на стоящего неподалёку мула, к которому ничего не было привязано. — Этот свободен?

Старший солдат вздохнул.

— Свободен, но капрал сказал, его оставить под порох.

— Порох уже погружен, — сказал Педро, глядя на штабель ящиков у дальнего костра. — Берите мула.

Молодой рекрут замолчал, затем кивнул и пошёл к животному. Старший посмотрел на Педро с уважением.

— Ты офицер?

— Был, — ответил Педро и двинулся дальше.

«И есть. И буду», — подумал он про себя.

Он обошёл ещё несколько групп, помогая распределять груз, указывая, где привязать верёвки, где переложить тюки. Никто не спрашивал, кто дал ему право командовать. Он говорил чётко, без лишних слов, и люди слушались. Порядок появлялся сам собой — не по приказу, а по действию.

У дальнего края лагеря Педро заметил давнишнего молодого человека, сидящего на камне с раскрытой книгой на коленях. Перо двигалось по бумаге быстро, оставляя за собой строки. Педро подошёл ближе.

— Хуанчо Наварро?

Юноша поднял голову. Лицо его было худым, глаза тёмными и внимательными. Он выглядел не старше двадцати, но держался с серьёзностью писаря.

— Да, господин. — Хуанчо встал, прижимая книгу к груди. — Вы Педро де Вальдеррама?

— Откуда знаешь?

— Капитан Рохас упомянул вас. Сказал, что вы ветеран Куско. — Хуанчо застенчиво улыбнулся. — Я веду хронику экспедиции. Записываю имена, события, маршруты.

— А сейчас что пишешь?

— Список рекрутов. — Хуанчо открыл книгу и показал страницу, исписанную мелким четким почерком. — Здесь имена, откуда пришли, какое оружие несут. Хочу зафиксировать всё, чтобы потом…

— Потом что?

Хуанчо замялся.

— Чтобы осталась память. О тех, кто шёл. И о том, что мы нашли.

Педро посмотрел на него внимательно.

— Пиши о дороге, — сказал он. — Не о чудесах. Дорога — это факт. Чудеса — домыслы.

— Но если мы найдём Эльдорадо…

— Если найдём, напишешь. А пока пиши, что видишь. — Педро указал на лагерь. — Вот это — сотни людей, мулы, порох, мешки. Это и есть начало.

Хуанчо поклонился, опустив взгляд на книгу.

— Понял, сеньор.

Педро оставил его и пошёл к центру лагеря, где стоял шатёр капитана. У входа двое солдат проверяли оружие. Один из них поднял голову и кивнул Педро.

— Капитан внутри. Велел позвать тебя, как увидим.

Педро вошёл в шатёр. Внутри пахло кожей и табаком. Гонсало де Рохас стоял у стола, на котором лежала карта. Он не поднял головы, когда Педро вошёл.

— Ты навёл порядок снаружи, — сказал Рохас, не отрываясь от карты. — Хорошо.

— Люди не знали, как распределить груз.

— Теперь знают. — Рохас выпрямился и посмотрел на Педро. Глаза его были тёмными, взгляд жёстким. — Выступаем на рассвете. Я поведу авангард. Ты возьмёшь арьергард. Следи, чтобы никто не отставал. Если кто-то начнёт хромать или жаловаться — заставь идти. Слабых оставим в первом же селении.

— Понял.

Рохас снова склонился над картой.

— Иди. Проверь, чтобы мушкеты были сухими. Если порох отсыреет, пеняй на себя.

Педро вышел из шатра и направился к месту, где хранился порох. Ящики стояли под навесом, накрытые брезентом. Он проверил верёвки, убедился, что ткань натянута плотно, затем обошёл весь лагерь ещё раз. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в оранжевый.

Костры разгорались один за другим, солдаты садились кругами, передавая котелки с едой.

Диего окликнул его снова, махнув рукой.

— Иди сюда, Педро. Поешь с нами.

Педро подошёл и сел на землю у костра. Диего протянул ему миску с тушёным мясом. Педро взял её, но не стал есть сразу. Он смотрел на огонь, на лица солдат вокруг, на тени, которые плясали на стенах шатров.

— Завтра выступаем, — сказал Диего. — Готов?

— Готов, — ответил Педро.

Он поднял миску и начал есть. Мясо было жёстким, но горячим. Вокруг звучали голоса — шутки, споры, рассказы о прошлых походах. Педро слушал, не вмешиваясь.

Он знал, что завтра всё изменится. Лагерь у ворот Кито — это ещё покой, ещё граница между прошлым и будущим. Впереди — горы, леса, реки.

Он доел мясо, поставил миску на землю и встал. Диего посмотрел на него вопросительно.

— Куда?

— Проверить арьергард, — сказал Педро. — Рохас велел.

Диего усмехнулся.

— Уже офицер, а ещё не вышли из города. Умеешь.

Педро не ответил. Он пошёл к дальнему краю лагеря, где собирались солдаты арьергарда. Они сидели у костра, чинили сапоги, точили ножи. Педро остановился рядом и окинул их взглядом.

Один из солдат поднял голову.

— Ты наш командир?

— Я, — сказал Педро. — Проверьте оружие и обувь. Кто не готов — останется.

Солдат сделал понимающий жест и вернулся к работе. Остальные молча продолжили свои дела. Педро постоял ещё немного, затем развернулся и пошёл к своему месту у костра.

Ночь опустилась на лагерь быстро. Звёзды высыпали на небо густо, будто кем-то рассыпанные. Педро лёг на землю, подложив под голову мешок с одеждой. Вокруг шумели голоса, трещали костры, где-то ржала лошадь.

Он закрыл глаза, но сон не шёл. В голове крутились мысли — о дороге, о золоте, о том, что ждёт впереди.

Он вспомнил слова Диего: «Обещали золото — получили лихорадку и стрелы». Может быть, так и будет снова.

Педро повернулся на бок и открыл глаза. Костёр догорал, угли тлели красным. Он посмотрел на них, затем снова закрыл глаза.

Завтра начнётся путь.

*

Рассвет пришёл холодным и серым. Педро проснулся от звука трубы — резкого и пронзительного, как всегда. Он сел, потянулся и встал. Вокруг солдаты поднимались с земли, сворачивали одеяла, проверяли оружие.

Лагерь ожил, как растревоженный улей.

Педро подошёл к арьергарду. Люди уже стояли в строю, держа мушкеты и сабли. Он окинул их взглядом — сорок пять человек, все готовы. Сколько из них он приведет обратно?

Вальдеррама критически оглядел колонну.

— Хорошо, — сказал он, непроизвольно хмурясь. — Ждём сигнала.

Труба прозвучала снова. Педро обернулся и увидел, как авангард начал движение. Рохас ехал впереди на лошади, выпрямившись в седле. За ним шли солдаты, затем носильщики с мулами.

Колонна растянулась по дороге, медленно, но уверенно двигаясь к востоку.

Педро поднял руку.

— Вперёд.

Арьергард двинулся следом. Педро шёл в конце, оглядываясь назад. Кито оставался позади — каменные дома, церкви, площади. Город, где он жил, где копил долги, где унижался перед кредиторами.

Он повернулся лицом к дороге и пошёл вперёд. Шаги были твёрдыми, ровными. Вокруг звучали голоса, лязг оружия, топот ног. Впереди поднимались горы — тёмные, покрытые туманом.

Где-то за ними лежал восток, джунгли, реки. Там было золото, там должно было быть золото.

Или смерть.