Читать книгу Цыганская верность - Natasha Dol - Страница 5

Как Софья не успокаивала Елену, что та и так отличница, Астахова волновалась больше всех.

По литературе ей достался билет с вопросом «Как героиня „Евгения Онегина“ Татьяна Ларина воплощает идеал русской женщины?»

Она задумалась, покраснела и ответила:

– Татьяна – это прообраз наших выпускниц гимназии. Она так же наивна и чиста, так же смотрит на мир с доверием. Для нее не существует условностей и жестких правил. Только веление сердца. Страх осуждений? – Нет, она не задумывается о чужом предвзятом мнении, потому что современная женщина должна уметь постоять за себя, за свою любовь. Она умеет быть гордой и в тоже время не боится унизиться, сказав свое мнение.

Федор Андреевич довольно кивнул и пошептался с остальными экзаменаторами. Галочку поставили.

Задача по арифметике была не сложной: «Приданое невесты составляет 1200 рублей. 25% этой суммы идёт на бельё, 40% – на посуду. Сколько остаётся на прочие нужды?»

Елена записала:

«Приданое: 1200 рублей.

На бельё: 25% от 1200 = 0,25 × 1200 = 300 рублей.

На посуду: 40% от 1200 = 0,40 × 1200 = 480 рублей.

Всего потратили: 300 + 480 = 780 рублей.

Осталось на прочие нужды: 1200 − 780 = 420 рублей.

Ответ: 420 рублей остаётся на прочие нужды.»

На рояле она сыграла Моцарта.

Результаты зачитали всем на следующий день. Успешно сдавшим вручили синий обычный аттестат – его получила и Софья. Елене и еще двум девушкам – красный, с отличием. Не сдавшим пятерым разрешили переэкзаменовку осенью, а если опять не сдадут – оставят на второй год.

Звание для отличниц «Домашняя учительница» давало право преподавать. Остальные могли устроиться секретарями. Кто-то из выпускниц уже подписал контракт на работу медсестер в военный госпиталь.

Давыдов подошел к Елене, поздравил с дипломом и предложил остаться:

– Если вы хотите получить звание «Домашней наставницы», то это требует дополнительного года обучения. Вы можете остаться.

– Спасибо, я подумаю, – улыбалась счастливая девушка.

– Ну подумайте до выпускного бала. Тогда я вас еще раз спрошу.

– Спасибо, – поклонилась преподавателю и поспешила поздравить других сокурсниц.

Девушки и радовались, и плакали. За эти годы они успели сдружиться, сто раз перессориться и помириться, а теперь им предстояло расстаться, и может быть навсегда.

После экзаменов на второй день назначили бал с вручением ценных памятных подарков.

По традиции, введенной именно в этот год, выпускной акт с молебном, вручением книг (обычно Некрасов или «Домострой» в роскошном переплёте – Елене достался второй) организовывали в губернаторской ложе и созывали выпускников не только женских гимназий, но и военно-инженерного училища. Это был отличный повод сэкономить на мероприятии и заодно познакомить молодых людей.

Позже, в своих дневниковых записях Софья сделает заметку:

«Самые бедные выпускницы уезжали из города почти сразу после бала – их ждали места гувернанток в купеческих семьях в новообразованных поселках. И я была в их числе. Те, у кого были надежды на замужество, оставались в Хабаровске, бережно храня аттестат в комоде рядом с единственным шелковым платьем…»

Прошлогодний бал проходил в зале гимназии и был посредственным: кадриль под рояль, скромные угощения в виде морса и пирожных. А в этот раз девушки аж побледнели от раскрывшейся перед ними роскоши. Высокие белые колонны, мраморные фигуры античных богов, хрустальные вазы с тюльпанами, на столиках горячий шоколад, эклеры и барбекю из стерляди.

– Наверное, кто-то из родителей военного училища постарался, – шепнула Софья подруге.

Елена поддакнула: у кого еще могло оказаться столько средств.

Девушки прошли в зал и скромно присели в дальний от входа угол на бархатные стулья с резными спинками. Оттуда им удобно было наблюдать за тем, кто входит, кто с кем общается, обсуждали кто во что нарядился.

Когда зал уже наполнился выпускниками и гостями, заявились двое спорщиков. Николай поискал глазами Елену и кивнул приятелю:

– Вон она. Будем ждать начала танцев.

Алексей пожал плечами:

– А почему ждать? Сходи сейчас познакомься.

Елисеев хмыкнул, приподняв брови:

– А ты прав, не успею, так тулупа лишусь.

Он уже решил подойти к девушке, как раздались громкие аплодисменты: губернатор торжественно объявил о начале бала. Отличникам раздали богато украшенные книги, а остальным по часам и записной книжке с пером.

– Вот теперь пора, – подтолкнул приятеля Алексей. – Беги, а то начнется танец.

Николай подскочил к подругам, которые весело щебетали, разглядывая подарки, и уже протянул руку, чтобы представиться, как дорогу ему загородил седеющий мужчина в черном сюртуке.

– Елена Николаевна! – позвал он Астахову.

– О, я Николай, а она Николаевна, – удивился Елисеев. – Это отличный знак!

– Федор Андреевич, – поприветствовала она учителя литературы. – Как здорово, что и вы здесь.

Давыдов поздоровался и с Софьей, пожелав ей удачи.

Чуть отведя девушку в сторону, он в неком смятении начал:

– Я предлагал вам остаться еще на год. Что вы решили?

Елена пожала плечами:

– Это было бы отлично, если бы не нужда. Я и так долго была нахлебницей, пора потрудится.

– Значит вы передумали?

Она кивнула.

– А вы уже решили куда пойдете на службу?

Астахова глубоко вздохнула:

– Пока еще нет. Но я думаю это будет не трудно.

– Замечательно! – воскликнул он и улыбнулся. – У меня к вам предложение.

– Да? Какое? – она насторожилась от волнения.

– У меня есть друг, отставной военный. Кстати, его тоже зовут как и меня.

– Федор Андреевич? – расплылась в довольной улыбке, словно сам учитель решил остаться с ней.

– Да. Он живет в Казакевиче, почти рядом от Вяземского. Селение пока не большое, но будущее для него перспективное. Он открыл школу и туда требуется учитель. Зарплата пока маленькая, всего 15 рублей в месяц, но со временем он прибавит до 20-25.

Елена раскрыла рот. Давыдов перебил:

– Не спешите с ответом. Если вам этого мало и вы боитесь, что вам столько не хватит, то не волнуйтесь. Григорьев – так его фамилия – предоставит вам бесплатно дом с участком и с помощницей, и дрова. А остальное – все дешевое там. Что думаете?

Елена вся зажалась: с одной стороны она беспокоилась о поиске работы, и тут неожиданно поступило предложение. С другой – как и любой выпускнице, ей хотелось бы остаться в городе, но пришлось бы самой искать купеческую семью или ходить по собеседованиям в канцелярию.

– Да, я поеду, – вырвалось самопроизвольно, что она сама удивилась своему решению.

Мужчина обрадовался и вытащил красную купюру с Петром I.

– Это вам на дорогу. Езжайте первым классом, с удобствами, чтобы безопасно было. Доедите до Вяземского, а там вас встретят.

– 10 рублей?! – изумилась Елена и сделала шаг назад. – Я не могу взять, это много!

– Да что вы такое говорите, девочка?! – принял попечительный тон воспитателя. – Считайте это авансом, – и всунул ей купюру в ладонь.

Девушка зажала деньги и робко улыбнулась:

– Ну если аванс, тогда ладно.

– Тогда дело заметано. Сегодня же я телеграфирую Григорьеву что вы едите.

Только он отошел, подскочил Елисеев:

– Поздравляю! Не успели отучиться, уже заработали прямо на балу!

– Что?! – оскорбилась Елена. – Да как вы смеете такое говорить? Это…

Тут подоспел и племянник Григорьева, попытался нейтрализовать недопонимание:

– Я извиняюсь за приятеля. Он просто не так выразился.

– Я и вижу, не так выразился, – фыркнула Астахова и отвернулась.

Заиграла музыка.

– Кадриль! – раздалось громкое и кавалеры поспешили пригласить девушек на танец.

– Ну пробуй, – усмехнулся Алексей.

Николай, получив штрафной, с опущенной головой встал напротив Елены и протянул ей руку:

– Может помиримся и потанцуем?

Она окинула его пренебрежительно и хмыкнула:

– Я не танцую.

– Хех, – усмехнулся Алексей, подмигивая: – тулупчик мой.

И тут же пригласил обрадованную Софью.