Читать книгу Одна она - Елена Темнова - Страница 4

Пригород Иркутска. Следователь Соколов

Солнечный луч, пробившись между густыми сосновыми ветвями, угодил прямо на кровавую корочку отверстия с неестественно ровными краями в виске девушки, лежащей у края свежевырытой ямы. Ее тело в потерявших цвет майке и удлиненных шортах все еще сохраняло окоченение. Связанные перед смертью руки так и торчали за спиной, хотя скотч с них уже был удален.

Следователь Владислав Соколов присел на корточки, откинул со лба трупа слипшуюся от крови и грязи прядь длинных светлых волос и цепким взглядом всмотрелся в черты лица неизвестной жертвы, отмечая мельчайшие детали. Затем встал, снял перчатки и пролистал на телефоне фотографии тех, кто за последнее время арендовал дом в этом уединенном месте. Сканы их паспортов ему только что прислал примчавшийся на новом кроссовере Geely Monjaro мордатый владелец гостиничного комплекса, на территории которого обнаружили тело. На одном из снимков следователь остановился, увеличив изображение. Хотя, судя по дате выдачи паспорта, фото было сделано не менее восьми лет назад, сходство почти не оставляло сомнения, что убитая – Ева Липатова, двадцати восьми лет, проживающая в Иркутске. На вопрос следователя владелец тут же открыл в планшете таблицу и ткнул толстым коротким пальцем в одну из строк – клиентка сняла коттедж на двое суток и выехала по окончании срока аренды три дня назад.

– Должна была выехать, – с мрачной досадой добавил он и недоверчиво посмотрел на следователя, словно оценивая, сможет ли тот найти мерзавца, подгадившего репутации этого безмятежного места.

Следователь был невысокого роста, его тонкие прямые волосы еще не образовали прическу «озеро в лесу», но явно были готовы к моментальной рекомпозиции в любой удобный момент. Не таким представляли себе незнакомые люди следователя по фамилии Соколов. Они рассчитывали увидеть высокого брюнета с острым взглядом, крепкого и решительного, а не задумчивого коротышку с растерянным видом последнего гостя на свадьбе, в недоумении застывшего над пустым фуршетным столом. Светло-голубые глаза на круглом, почти по-детски пухлом лице часто выражали либо совсем искреннее изумление, либо легкое недопонимание.

Но первое ложное впечатление не раз играло на руку следователю, ведь именно оно заставляло в его присутствии чувствовать себя расслабленно тех, кому на допросах не стоило бы терять бдительности. Взгляд быстро менялся, когда Соколов выходил на след, и он становился той самой хищной птицей, которую нужно опасаться.

Соколов попросил судебного медика не уезжать, участкового оставил охранять труп, а сам с понятыми и экспертом-криминалистом направился в расположенный рядом двухэтажный коттедж в современном стиле. Гостиничный комплекс располагался в удалении от цивилизации, ближайший населенный пункт находился в полукилометре. Проходя мимо гармонично вписавшихся между соснами деревянных беседок, он видел, как опера, прикрикивая, наседали на дородную женщину лет шестидесяти в синем рабочем комбинезоне и на компанию из двух пар под сорок. Соколов подозвал старшего из оперов, угрюмого бурята по фамилии Шоноев, передал полученную от владельца комплекса информацию. Пусть отрабатывают, время дорого.

Внутри коттеджа все было без изысков, но это лишь продуманный минимализм. На первом этаже кухня-гостиная, небольшой спортзал, сауна, санузел, котельная. В зоне гостиной диван, стол и большое кресло с высокими подлокотниками. Наверху две спальни, гардеробная, второй санузел, бильярдная. Никаких заметных повреждений и следов конфликта в доме не было. Вероятного орудия преступления, вещей Липатовой, чего-то проливающего свет на то, что именно здесь произошло и кто был с жертвой, найти не удалось. Еще один минус – обстановка уже была изменена уборщицей и новыми жильцами. Лишь в гостиной под ножкой стола обнаружились следы чего-то, похожего на кровь. Однако еще требовалось установить, кому она принадлежит. Если Липатовой, то, возможно, убили ее именно в гостиной. Криминалист изъял десятка два следов рук, волосы, но с учетом частоты смены жильцов разбираться со всем этим предстояло долго. В общем, пока не густо.

Когда Соколов, застегивая кожаную папку, вышел на крыльцо, погода успела поменяться, солнце заволокло дождевыми тучами, с Ангары плотными клубами нагоняло туман. Он вдохнул прохладный воздух и вдруг почувствовал, как в районе солнечного сплетения снова болезненно сдавило. Зажмурился и провел ладонью со лба вниз по полному лицу, пытаясь сохранить спокойствие перед тем, что, как он уже знал, за этим последует.

Легкие обжег приступ удушливого кашля с мокротой, отозвался в теле болью, а в душе липким страхом. Это началось несколько месяцев назад с легкого покашливания, которое он списывал на застарелый бронхит и сигаретный дым. Курить бросил, но становилось только хуже, он уже не мог подняться в кабинет на второй этаж без одышки. Однако не шел к врачу, оправдываясь перед женой и самим собой загруженностью на работе.

Когда приступ закончился, Соколов немного посидел на ступеньке, в который раз пообещал себе, что запишется в поликлинику, и направился в одну из беседок, где собрал группу на импровизированное совещание.

– Что говорит уборщица? – его вопрос был адресован Шоноеву.

– Скорее уборщица-смотрительница. Живет в деревушке недалеко отсюда, ездит на старом «Рено», встречает-провожает жильцов, готовит дом к заселению. Бронирование и оплата происходят онлайн, этим она не занимается. Покойную сразу вспомнила. Та приехала под вечер пять суток назад на темно-синем внедорожнике, предъявила паспорт. Смотрительница убедилась по базе, что бронь оплачена, и выдала электронный ключ-карту. Пока девушка оформлялась, внедорожник кто-то припарковал на стоянке у коттеджа, но водителя смотрительница не видела, передав ключи, сразу уехала. В марках машин она не разбирается, номер не запомнила. На доме есть видеокамера, но уже месяц как не работает. Я пробил – Липатова собственником авто не числится, в официальном браке не состоит. Так что по ее компаньону пока глухо.

– Выяснили, кто оплатил бронь?

– Сама.

– Она что, бизнес-леди? – спросил Соколов, прикидывая, что арендовать такой коттедж удовольствие не из дешевых.

– Выясняем.

– Когда смотрительница появилась в доме в следующий раз?

– Через день к полудню. Липатова предупредила, что уборка не потребуется, также они обговорили, что если она решит уехать раньше, то оставит ключ-карту в доме на столе. Жильцы типа часто так делают. К моменту приезда смотрительницы в коттедже никого не было, ключ-карта лежала на столе, стоянка пустовала. Она ничего подозрительного не заметила, сделала уборку и в тот же день после обеда заселила новых жильцов. Тех, которые сейчас здесь, – опер махнул рукой в сторону дальней беседки.

– Во время уборки не заметила ничего странного?

– От простыни в гостиной была оторвана часть.

– Может, что-то пытались скрыть? Кровь или следы любви?

– Возможно. Кстати, со слов смотрительницы, расправленная постель была и на диване в гостиной, и на кровати наверху.

– То есть если с Липатовой был мужчина, то спали они порознь? Странно.

– Выходит так. Или она приезжала с подругой. Да, и еще: к появлению смотрительницы весь мусор уже был сложен в мешок, содержимое она не смотрела, выбросила вместе с порванной простынью. Мой человек уже отправился порыскать на свалке.

– Выложить круглую сумму, чтобы потрещать с подругой? Выглядит маловероятным, – задумчиво произнес Соколов. – Как обнаружили тело?

– Случайно. Компания туристов приехала из Красноярска на двух машинах, один из них, спасатель МЧС, взял с собой в путешествие по Байкалу служебную овчарку, недавно списанную на пенсию. В первый день они катались на лодке, а вчера остались дома и выпустили пса на территорию. Спустя время тот начал лаять и рыть под сосной. Сначала они не придали значения, но, поскольку пес не унимался, сегодня с утра решили посмотреть, в чем причина его интереса, дальше вы знаете. Собаку я закрыл в подсобном помещении, чтобы не путалась под ногами.

Из дальней беседки донеслись возмущенные голоса, все непроизвольно обернулись туда. Туристы хотели сейчас же покинуть «это ужасное место» и требовали от владельца вернуть оплату за следующие сутки, а тот доказывал, что смерть одного из прежних постояльцев – не уважительная причина для досрочного выезда, тем более, что труп скоро уберут, поэтому деньги он не вернет.

Туристы были готовы откочевать, плюнув на все, но их еще предстояло допросить.

– Какие будут версии? – завершая совещание, спросил Соколов.

Отозвался Шоноев:

– Думаю, надо найти, с кем Липатова состояла в отношениях, и крутить ему помидоры. Все указывает на то, что она приехала сюда с мужиком, они поссорились, он ее связал, возможно, чем-то накачал – на руке следы от инъекций, – потом проломил череп, а чтобы скрыть убийство, труп закопал, надеясь, что его не найдут.

– Важное уточнение, – подал голос судмедэксперт, – не проломил, а просверлил.

– Просверлил? – вскинув брови, переспросил Шоноев.

– Похоже на специальную черепную дрель, какую используют патологоанатомы.

– Я уточнял у владельца, таких инструментов в доме не было. Что вполне объяснимо. – Соколов усмехнулся. – Выходит, чувак подготовился заранее и притащил дрель с собой. Если это так, то у него серьезные проблемы с головой. Психдиспансер нам в помощь.