Читать книгу Я в Крым - Евгений Матерёв - Страница 7

Проснулся ни свет ни заря, а вновь провалиться в сон даже не пытался, я себя знаю – мыслям нет удержу. Чтобы не зря терпеть недосып – пошёл снимать восход, тем более что мне нравятся такие ранние вылазки.

Я балдею, когда за листвой виднеется море, а тут – вид просто завораживает. Синее море, отделённое от неба розово-жёлтой полоской восхода, в обрамлении ветвистых сосен и стройных кипарисов! Я мечтал – и вот, вижу! От этого отсвета и многое кругом приобретает смолистый оттенок.

На юго-западе светит луна, и будто от неё исходят волны по морю – как радиосигнал от внеземных цивилизаций.

Я дошёл до края пристани, прислушался к всплескам волн, к ветру, к себе. Пока солнце только готовилось выглянуть из-за мыса. На фоне восходного неба красиво просвечивались верхушки деревьев. Пиния делала эти линии более экзотичными.

Сейчас бы столкнуть в море лодку да отплыть от берега, чтобы увидеть, как светится чело Ай-Петри!

Вот уже и солнечная дорожка проложена по морю. Оно сейчас спокойное, ласковое, оттенки свои меняет плавно – будто и в нём смоль. И ты сам залипаешь, глядя на эти перекаты волн, на солнечные блёстки.

Вот оно – золото! Душа твоя становится богаче такими моментами.

«Привет, новый я!»

Слушаешь шуршание камней, наблюдаешь пенные рисунки у берега, наслаждаешься прозрачным видением.

Однако не всё идеально в этом мире. Недосып отразился на моей креативности – в безыдейном ступоре просидел до обеда в номере; даже телевизор включил, Карл! Я был растерян – не знал, за что взяться, куда пойти. Ещё акклиматизация вносила сумятицу, и ветер, который дул, холодный, с юго-востока, с Кавказа. Планировал до обеда поплавать в бассейне, но отключили воду.

Хоть купил две экскурсии – уже хорошо: есть досуг, есть уже вектор.

В столовой моего санатория такая система, при которой каждый раз ты можешь чревоугодничать в новой компании. Мне попалась загадочная дама из Улан-Удэ. Взгляд – с какой-то поволокой, в то же время цепкий: я живо представил её действующей в шаманском обряде. Вот она-то и задала мне вектор на сегодня – от неё я узнал, что до Воронцовского парка, оказывается, недолго идти – минут двадцать.

«Почему бы и нет? Всё равно на более капитальное приключение уже не хватит времени».

Вижу цель, не вижу препятствий. Не прошло и получаса после обеда, как я уже вышел за ворота. Дорогу только заасфальтировали, поэтому запах можжевельника смешался с запахом асфальта. На одном из поворотов открылся величественный вид на Ай-Петри; по склонам ещё так классно плыли тени облаков, от чего горы казались совсем рядом.

И в самом парке было на что посмотреть. Без экскурсионного цейтнота. Походить там, где тебе хочется, а не там, куда ведут. Справедливости ради нужно сказать, что туристов водят по козырным местам, и редко когда увидишь что-то ещё более интригующее – куда не повёл экскурсовод. Но весь кайф именно в неспешном созерцании – в твоём темпе.

Может быть, ты даже увидишь меньше, чем покажет тебе экскурсовод, – зато насытишься духовно. Хотя с экскурсоводом интереснее – места, вещи обретают свою историю от его рассказов. Но это потом; сначала-то хочется просто осмотреться.

Главная ценность этого дня для меня – цитата из книги, которую я купил в Воронцовском дворце. И до этого мне было известно, что Евгений Львович Марков – мастер слова, но так, чтобы в одном абзаце описать все мои чувства к Крыму!

Когда я читал эту фразу в его книге, то как-то не обратил внимание. А сейчас, подыскивая слова для описания своей душевной работы, понял – лучше не написать: тут и про детские ощущения мои крымские, и про огонь, до сих пор горящий в душе.

«В непочатой свежести раннего детства всё в мире кажется добро – зело уже потому, что в жизни впервые раскрываются душевные глаза, и сердце впервые начинает трепетать счастьем бытия. Но когда стихнет и отуманится летами это детское трепетание, тогда, читатель, ступайте на юг, ступайте в Крым. Вы напьётесь в его воздухе живой воды и воскресите незабвенные мгновения вашего детского счастья»1.

Как написано!