Читать книгу Я в Крым - Евгений Матерёв - Страница 8

Со всего санатория не нашлось ценителя вина, окромя меня. Но они нашлись в других санаториях. И вот, представители интеллигенции своих, не побоюсь новомодного словечка, кластеров собрались воедино.

Чувствуется уже, да, игривая интонация в моих словах? Душой я уже там! Я уже повеселел.

И вот мы приехали. Пройдя территорией какого-то полузаброшенного санатория, мы, словно уже изрядно подвыпившие – чего только не привидится! – попадаем в царскую резиденцию. Сам по себе такой контраст любопытен.

Вдоль анфилады стояли столы, за которые пригласили новоиспечённых сомелье. Красиво играл свет свечей в бокалах, особенно в наполненных солнечным и хмельным напитком. Тем более сумерки уже сгущались – обстановка становилась томной.

Сначала мне больше нравились солёные палочки и крекеры. После экватора пошли вина интересные. Что там рассказывала главная по бутылочкам я, увы, не слышал, поэтому пришлось развлекать себя наблюдениями.

Первое, что мне бросилось в глаза, а точнее в нос – это мадам бальзаковского возраста, усевшаяся рядом со мной. Она так удушающе надушилась, что моим рецепторам понадобилась перезагрузка. Хорошо, что стало прохладно, и, несомненно, тонкая ценительница оттенков и винных букетов накинула на себя «абибас», чем изрядно заглушила своё благоухание. Остальные ничем, к сожалению, не выделялись: сидели чинно, с умным видом сосали вино из бокалов и пытались услышать нотки напитка. Я и сам причмокивал, только вряд ли с умным видом, потому что уже витал где-то в поднебесье.

Но был момент, когда мои брови грозно сдвигались – кто-то мог недопить вино и слить его в специальный кувшин. Настоящее варварство.

Увы, одинокой и симпатичной барышни в нашей группе не нашлось: все с мужьями или великовозрастные. С ними глазками не постреляешь. Санаторий – одним словом. Поэтому пришлось довольствоваться необычной атмосферой: тёмное небо было в обрамлении аркады итальянского дворика. Зелень кустарников создавала красивый контраст с белыми колоннами, стенами. Резные двери распахнуты, а за ними интригующая тьма.

Воображение гонит всех прочь. Появляется ещё один контраст, не только цветовой, но и душевный.

Сколько радости испытываешь, глядя на этот девичий стан в алом платье, на эти изгибы. Ещё больше манит игра в глазах.

Засмотревшись, я неловким движением опрокинул бокал. Он прокатился по радиусу и разбился об пол. Алое на белом – под цвет платья незнакомки. Потом погас электрический свет; только свечи пульсировали на столе…

Это было моей ошибкой – думать наперёд. Никому неизвестно, что будет впереди, особенно когда дела решаются движением души.

«Ого, как заговорил – стихами!»

Своенравное выражение появилось на лице красотки. Послышался звон – она отшвырнула свой бокал в сторону и направилась к дверям. Я, сконфуженно, за ней, чуть погодя.

«Никому неизвестно, что будет впереди», – ещё раз пронеслось в моей голове.

Я растерялся ещё больше – не ожидал увидеть такую картину – это какой-то сюр. Девушка вышла из дворца и легко вспорхнула на коня; так умело, залихватски.

Видно вино меня чуть раскрепостило, ибо мысль моя работала, не натыкаясь на преграды, коими полна моя мнительная сущность. Стало понятно – не прощу себе. Этот перестук копыт будет всю жизнь слышаться – в осуждение.

Рассуждать было некогда – кинулся наперерез. Схватил за упряжь. Толчок. Толком не соображал – чего делал; всё вот так вот, ходуном.

«Неадекват какой-то», – глянул я на свои действия со стороны.

Видать, от тряски возвратились преграды на пути мыслей. Рифма, однако, никуда не делась. Когда всё успокоилось, я твёрдо встал на ноги и, глядя в прекрасные глаза, выдал:

Но вернёмся в реальность. Не всё же время фантазировать. Тем более если внимательнее посмотреть вокруг.

Веселила меня сомельиха и её подопечная, которая подливала нам новые сорта. Первая – тем, что чуть ли не залпом опрокидывала вино в себя: не ловила она никакие мелодии, просто – хлоп! – и всё! И нет хереса. А у второй к каждому выходу причёска становилась всё растрёпанней и растрёпанней. Видимо мы последняя группа на сегодня, и дамы решили снять напряжение.

«Вот с ними я бы поговорил за жизнь, – спрятал я улыбку за фужером. – Помудрствовал глюкаво, ха-ха».

Представленное мной было так смешно, что мне пришлось приложить усилия, чтобы не рассмеяться в голос. А не то – крекеры через нос повылетали бы.

Обыкновенно, на обратном пути, экскурсоводы мало что рассказывают. Но так как экскурсия короткая, то по дороге домой мы услышали много легенд на винную тему. Перед моим выходом из динамиков донеслось:

– …писателя губят женщины, вино и дети. А что же вдохновляет их? То же самое.

Я, лишь, усмехнулся: «Какую галиматью я, значит, пишу. Без двух слагаемых-то».

Неожиданно для себя, я не пошёл сразу в номер. Мне захотелось побродить во хмелю по пляжу, посидеть рядом с морем.

Мы сейчас с ним как старые друзья, которые давно не виделись. Между нами ощущаются какие-то нестыковки – момент узнавания, привыкания заново. Но это пройдёт.

Я попросил ветра сменить гнев на милость: хочется уже тепла. Хочется погрузиться в эти волны и прикоснуться к солнцу, которое поблёскивает в них.