Читать книгу Я в Крым - Евгений Матерёв - Страница 9

В среду с утра я совершил первую самостоятельную поездку – в дом-музей Чехова. Не то чтобы я фанат его творчества. Просто когда пишешь о человеке в своей книге, проникаешься к нему какими-то чувствами. Поэтому было любопытно поглядеть – как всё было в то время.

В общем, приведу небольшой отрывок из своей книги2, чтобы понять, какие переживания я имею ввиду.

Так и стояла у стены, смотрела невидяще вперёд. Свежий воздух, проникавший между створок, потихоньку успокаивал. Навеяло – мыслями Лика перенеслась в Мелихово. Открылось – не было дней счастливее.

Лика с Машей3 решили прогуляться вокруг дома: подышать свежим воздухом, поделиться впечатлениями, ещё раз посмеяться шутливым импровизациям. Идут подружки, заглядывают в окна: сердце замирает от удовольствия, когда видишь эти уютные комнаты со стороны. А тут так морозно, свежо, снега хруст, и от неба высокого захватывает дух.

По памяти Лика может восстановить атмосферу в доме в мельчайших подробностях: как освещена та или иная комната в зависимости от погоды за окном, как пахнет в каждой из них, каждый звук дверей и скрип половиц. И фотографии на стенах, и ощущение тайны, сокрытой за цветными витражами, и многое, многое другое.

Всё более отчётливо становились слышны звуки рояля, смех, как танцуют гости.

Подружки подходят ближе, за углом веранда. Поднимаются, будто по трапу корабля, с тем же радостным предвкушением путешествия, стучат в окно, машут руками. Сидящие на диване гости оборачиваются – что за неожиданность?

Какая душевная, дружеская атмосфера в зале. В тёплое время года из него можно выйти на веранду, спуститься в сад, залитый лунным светом, и если так сложится – послушать романс.

Лика с Машей, стоя под ручку, прислушались к новому музыкальному мотиву – сейчас Игнатий и Николай развлекали гостей, один заиграл на рояле, второй запел «Серенаду Дон Жуана».

– О, музыка Петра Ильича всегда вдохновляет Антона.

Когда подруги проходили мимо тройного окна, то заметили, как блеснуло его пенсне. Антон Павлович садился за свой стол, чтобы наскоро записать новую идею.

– Что я говорила, – шепнула Маша.

Для Лики это было равноценно присутствию на священнодействии. Ей представилось, что они с Машей находятся сейчас в голове Антона. Только видят они над собой миллиарды звёзд, всего-то. А вот он может разгадывать их шифр – понимает их мерцающую азбуку.

Когда смотришь на личные вещи, одежду, например, то представляешь реального, живого человека. Нам же интересно прийти к другу в гости; хоть ты и знаешь его как облупленного. То же самое и здесь; в независимости от того, жив человек или нет: домашняя обстановка может поведать о хозяине.

Ялтинский горный амфитеатр красив – манит к себе, сулит волшебства, припрятанные под облачной дымкой.

«Скоро, скоро», – шепчу я.

Тем более погода подталкивает туда.

«Прохладно – самое время по горам гулять. Иначе какое удовольствие потом обливаться?»

Но и купаться хочется. После Чехова, после обеда у меня был поход в бассейн: хотелось разнообразить досуг, поплавать – проверить иммунитет. Затем с удовольствием почитал купленную книгу.

Вообще, когда читаешь в номере, создаётся ощущение, что находишься в каюте теплохода: и чайки за окном летают, и море в раскрытой двери отражается. Класс! Такая камерная атмосфера – самое то для чтения. А если сам пишешь – так вообще! Как суслик: нахапал впечатлений и принёс их в свою норку.