Читать книгу Самосожжение - - Страница 14

Девять лет назад

– Опять сбилось дыхание, – строго заметил Рейк, наблюдавший все это время за мной. От его острого взгляда ничего не ускользало.

Этот взрослый мужчина, который стал моим тренером, всегда сидел в метре от меня и щелкал свою потертую зажигалку, которую он почти никогда не выпускал из рук. Это крайне раздражало, из-за чего я часто сбивалась.

– Может хватит играться с зажигалкой? Раздражает! – как заведенная бросила я, все еще сидя с закрытыми глазами и пытаясь словить тот самый «дзен», о котором только слышала, но так и не смогла прочувствовать.

Свое недовольство от Рейка я никогда не скрывала. Сказать по правде, за эти дни я будто вновь начала дышать полной грудью. Из-за этого в голову стало лезть все меньше дурных мыслей и бессонница, преследовавшая меня со дня смерти родителей, стала потихоньку проходить.

– Если тебя отвлекает маленькая ни в чем неповинная зажигалка, то что ты будешь делать, если вдруг перед тобой встанет человек, который захочет тебя убить? – голос Рейка по большей части был расслабленным, хотя его низкий тембр придавал ему тяжести.

На плацу он выглядел гораздо счастливее, чем в обычной жизни. Скорее, в нем читалась жизнь.

– Сконцентрируйся на своем дыхании. Обрати внимание на вдох. Дыши глубоко и медленно, почувствуй, как бьется твое сердце, – спокойный голос Рейка звучал как медитация, и это успокаивало. – Не отвлекайся на зажигалку. Делай вдох, считай до пяти, выдох и начинай сначала. Возьми под контроль все свои эмоции и мысли.

Просидев так какое-то время, мое тело начало расслабляться. При том, общее восприятие окружающего мира стало ярче. Легкое дуновение ветра от образовавшегося сквозняка ощущалось острее, а подушечки пальцев рук, касающиеся спортивного костюма, становились чувствительнее.

Как только мое дыхание замедлилось, Рейк продолжил.

– Теперь сконцентрируйся на своих ощущениях. Почувствуй край футболки, который касается твоего предплечья, как кроссовки вплотную прилегают к твоей ступне…Выбери один отельный звук и обрати внимание только на него…Почувствуй запах, витающий в воздухе…

Рейк каждый раз делал паузы и наблюдал за мной, что я отчетливо ощущала даже с закрытыми глазами. После того, как я настраивалась и мое дыхание успокаивалось, я могла обратить внимание на отдельные вещи. Шелест листьев, пение птиц… Как будто отдельные звуки переставали для меня существовать. Со временем стало легче различать отдельные запахи, витающие в воздухе. Сидев так с закрытыми глазами, как будто весь мир был на твоей ладони. Это непередаваемое ощущением будоражило сознание.

И в этот самый момент я почувствовала движение рядом с собой. Не открывая глаза, я схватила руку Рейка, который оказался рядом со мной.

– Улучшила свой результат, убрав посторонний шум, – голос, полный поддержки и гордости раздался прямо передо мной.

Открыв глаза, я увидела стоящего рядом наставника. Это впервые, когда я смогла с легкостью ощутить его приближение. Он сказал это как замечание. Но для меня это звучало как похвала. Этого мне было достаточно.

_____

Пока я шла в компании Ника и Лиама к залу проведения аукциона, вспомнилось прошлое. Я всегда была осмотрительной, как учил меня отец. Но именно Рейк помог мне развить в себе навык отслеживания даже малейшего действия вокруг меня. Поначалу у меня были осечки, как и у всех новичков. Но шестое чувство никогда не подводило за эти девять лет.

Никогда…

За исключением сегодняшнего дня.

Я бы и могла списать притупление сознания на выпитый мною алкоголь, но это было в корне не так. Я слышала стук столкновения каблуков с мраморным полом каждого в радиусе двадцати метров от меня. Отслеживала даже малейшие передергивание плечами людей. Видела, как женщина, стоящая через три картины от меня, откинула выбившуюся прядь. Чувствовала каждое чертово дуновение небольшого сквозняка из-за кондиционеров, висящих под потолком.

Но шаги здорового мужчины, его приближение, его дыхание… Я не уловила. Это выводило меня из себя. Я не страдала синдромом отличницы, но, мать твою, осознание того, что я расслабилась и что-то упустила из виду просто разрывало на части. С таким рвением мне могли прямо сейчас пустить пулю в лоб, а я бы и глазом не успела моргнуть.

Но, как бы сейчас не хотела заняться самобичеванием, не время и место для этого. Сделав глубокий вдох, я на мгновение закрыла глаза и, нацепив на себя уже такую естественную маску сдержанности и хладнокровия, сосредоточилась на происходящем вокруг.

Войдя в зал, в котором должен был пройти аукцион, мы увидели перед собой маленькую сцену, а также стулья, стоящие в самом центре. Различные оттенки бордового, коричневого и золотого красиво сочетались между собой. Сама комната своим строением чем-то напоминала амфитеатр, где, помимо центрального размещения гостей, также были небольшие лоджии, которые едва ли просматривались за толстыми шторами в тон общей гаммы.

Никогда бы не подумала, что в картинной галерее могут быть такие комнаты. Обычно устраивают библиотеки, небольшие оранжереи или кафетерии. Но такое я вижу впервые.

Еще раз проверив на входе наш номерок, сопровождающий в белом костюме тройке и такой же белой маске без всяких излишеств отвел нас в одну из лоджий, расположенную в самом конце зала, откуда открывался прекрасный обзор на сцену. По всей видимости, на рассадку также влияет известность или же финансовый статус гостя. И то, что нас посадили не в центре, достойно отдельной похвалы для Джулл.

К той фальшивой личности, которую она для меня создала, было не подобраться. Антуанетта де Фонтайн. Молодая наследница великого состояния, которая любит коллекционировать различные предметы искусства. Картины импрессионистов, греческие вазы, артефакты из египетских гробниц, даже винтовки эпохи первой мировой войны. Ее лицо скрыто от всех, но в широких кругах она известна как охотница за самыми редкими предметами. Богатая, загадочная и интригующая. Та, кто сорит деньгами как умалишенная, лишь бы заполучить то, на что упал ее зоркий глаз. Находка для любого дилера. Я привлеку внимание.

Осечки быть не должно. Больше нет.

Спустя буквально пять минут, как нас провели в лоджию, началось главное событие этого вечера. В нем было представлено множество лотов, которые уходили в частные коллекции здесь присутствующих за баснословные деньги. Перед самой операцией я тщательно изучала структуру проведения аукционов, предполагаемые размеры ставок и ценовую политику в мире искусства. Я была подготовленной.

Понаблюдав какое-то время за тем, кто и с какой подачи поднимает ставки, я еще раз просмотрела каталог, который лежал передо мной на небольшом столике у кресла.

– Следующий лот – Револьвер «Кольт» Уайлета Эрпа…, – ведущий стал объявлять следующий лот, попутно рассказывая краткую предысторию, – начальная цена…

«Вот оно!»

Даже не дослушав первоначальную ставку, я сразу же подняла вверх руку с номерком в руках. Конечно, мы пришли сюда за картиной. Но, согласитесь, что может быть лучше оружия. Особенно для той, кто собирается пролить кровь.

Помимо меня этим револьвером заинтересовалось еще по меньшей мере шесть человек. Но, не сдавая позиции до самого конца, в итоге нас осталось двое.

– Эй, ты уверена, что у тебя есть такие деньги? – Лиам, стоящий все это время позади меня, подошел и тихо прошептал на ухо.

– Не переживай, я как никак единственная наследница своего дедушки, – не отвлекаясь от зала и пристально следя за происходящим, я шепотом с едва уловимой улыбкой в голосе ответила Лиаму.

Тот, в свою очередь, вернулся в исходное положение. Ставки продолжались. В какой-то момент она достигла размера пятьсот тысяч долларов. Чтобы привлечь внимание, этого недостаточно. Я прекрасно это понимала. Немного поразмыслив, я подняла шесть пальцев вверх, дабы дать понять ведущему, что я повышаю ставку. Как только ведущий озвучил ее, Лиам, стоящий позади меня, поперхнулся, а по залу разнеслись возбужденные голоса. Его можно понять, ведь этот револьвер не стоит дороже двухсот тысяч. Но мне нужно заплатить больше, чтобы план наверняка сработал.

– Дамы и господа, это самая крупная ставка за все время моего ведения аукциона. Три миллиона долларов раз… два… продано гостье номер тридцать семь, – восторженный голос ведущего звоном отзывался по всему залу, за которым последовали безудержные хлопки.

Я с облегчением выдохнула и посмотрела на своих компаньонов. Реакция зала была доказательством того, что я выполнила свою цель. Никто так не аплодировал раньше. Лиам стоял позади меня и вдумчиво почесывал затылок. Он не ожидал, что сегодня мы так сильно потратимся. Сумма, за которую я купила данный револьвер многим людям может только снится. Я же, можно сказать, избавилась от этих денег довольно легко, как будто для меня это и вовсе ничего не значит.

Ник же, напротив, был полностью сосредоточен на аукционе. Его данная ситуация ничуть не взволновала. Деньги, которые я сегодня потратила, не взялись из воздуха. С того момента, как я поселилась в резиденции, на мое имя уже был открыт достаточно внушительный счет, который с каждым месяцем становился только больше. Мой счет к этому моменту насчитывал миллиарды. Даже потратив такую сумму у меня все равно останутся еще сбережения. Можно сказать, что я просто вышла за кофе в ближайшее заведение.

У меня никогда не было какой-либо тяги к накоплению большой суммы денег. Но после встречи с председателем я поняла, что большинство возможностей берется именно благодаря им. Могу сказать наверняка, что моя любимая цифра – ноль. Раньше я считала, что это число – безграничная пустота, но сейчас же в ней я вижу истинное могущество. Это не только отсчет чего-то нового. Это абсолютная власть. Поистине, сила денег не в первой цифре, а в количестве нулей после нее.

Пока я находилась в размышлениях, в дверь, ведущую в лоджию, раздался тихий стук, после чего к нам зашел один из сопровождающих.

– Госпожа, добрый вечер, – мужчина учтиво поклонился. – Директор хотел бы встретиться с вами для заключения сделки о купле-продаже. Не хотели бы вы переместится в более уединенное место?

Улыбнувшись, я посмотрела на человека, стоящего передо мной, и сразу ответила.

– Пройдемте.

Выйдя из зала, где проводится аукцион, нас повели через основной зал картинной галереи прямо на второй этаж. Поднявшись по лестнице, мы перешли в крыло, где, в основном, судя по всему, были кабинеты. На втором этаже, в отличие от первого, охранников почти не было. А вот камеры были расположены так, что места для слепых зон не оставалось вовсе.

Когда мы только готовили наш план, Джулл раздобыла подробную планировку самого здания. Для этого она, на следующий же день, после того как мы начали первоначальное обсуждение, пришла сюда как обычный посетитель и подключилась к их основной системе. Мы уже прекрасно знали, где находится кабинет директора. И комната, к которой нас вели, явно им не являлась.

Подойдя к одной из дверей, сопровождающий нас мужчина распахнул ее и взмахом руки пригласил внутрь. Это была небольшая комната, больше похожая на ту, в которой могла хранится частная коллекция. Повсюду висели картины, а на небольших стойках под стеклянным кубом был представлен антиквариат. Мельком пробежав взглядом по интерьеру, я остановила взгляд на человеке, сидящем на диване прямо передо мной.

Уилл Грэйсон собственной персоной.

Его лучезарная улыбка, направленная на нас и оценивающий взгляд были весьма дружелюбны, хотя за ними скрывалась непомерная алчность. Я прекрасно знаю такой тип людей. Стоит перед ними поманить деньгами, как они сразу же начнут лебезить и вилять хвостом. Раздражающие до чертиков. Но в этом есть большой плюс. Их легко можно обвести вокруг пальца, стоит только дать то, чего так жаждет их прогнившее сердце.

– Добрый вечер, мадемуазель Антуанетта де Фонтайн. Рад с вами лично познакомиться, – мужчина, поднявшийся со своего законного места, подошел ко мне и улыбнулся своей белоснежной улыбкой. – Меня зовут Уилл Грэйсон. Я генеральный директор картинной галереи.

– Прошу вас, просто Антуанетта, – я протянула ему руку для приветствия и мягко улыбнулась. – Могу ли я к вам просто обращаться по имени?

– Конечно, – вместо рукопожатия, Уилл поцеловал тыльную сторону моей ладони, а затем жестом показал на диван. – Давайте присядем.

Обернувшись и слегка кивнув Лиаму и Нику, я уселась прямо напротив Грэйсона. Ник сел рядом со мной, Лиам же остался стоять позади, приняв вид отчужденности и холодности, как настоящий профессионал своего дела. На столе передо мной лежала небольшая папка с бумагами, а также стояло две чашки и чайник, выполненные в японском стиле.

Сопровождающий подошел к столу и разлил нам жидкость белого цвета.

– Хочу представить вам своего юриста, Леона Бофора, – указав рукой на Ника, я не сводила взгляда с Грэйсона.

– Смотрю, вы основательно подготовились, – Уилл сел, положив одну ногу на другую и, не переставая, изучал меня взглядом. В его глазах читался холодный расчет.

– Что ж, никогда не знаешь, какую диковинку можно встретить на аукционе. Я предпочитаю решать все вопросы сразу, чтобы не терять времени по чем зря, – слабо улыбнувшись, я склонила голову набок.

– А вы довольно интересная личность, как о вас и говорят, – Уилл слегка наклонился вперед. – Хотелось бы с вами познакомиться поближе. Вы же не сразу вернетесь на родину? Уверен, вас, как истинную ценительницу древних реликвий и редких предметов искусства, я могу заинтересовать несколькими предложениями.

По его поведению и манере речи, сразу стало понятно, что он изучал подготовленное Джулл досье. И то, что в планах моей личности вернуться на родину после завершения аукциона, тоже не было секретом. Тщательная подготовка. Что и следовало ожидать от приближенного к BSC.

– Поверьте, мы с вами встретимся и не раз, – ответив ему уклончиво, я сложила руки перед собой.

– Что ж, меня поразила ваша ставка. Никогда бы не подумал, что такая утонченная женщина, как вы, заинтересуется оружием, – Уилл все не переставал льстить и подхалимничать. Конечно же, я понимаю это его поведение, но такая игра порядком утомляет. Особенно то, что такому человеку приходится без конца улыбаться.

– А вы тот еще льстец. Неужели это ваша визитная карточка – льстить каждому гостю?

– Не любите льстецов?

– Скорее, не люблю излишнюю самонадеянность. Ведь что может соблазнительнее честности в своих чувствах, не согласны со мной?

– Вы правы, – слегка засмеявшись, Уилл посмотрел на сопровождающего, который стоял у стены и тот, в свою очередь, вышел из комнаты. – Что же, перейдем к делу.

Он протянул мне раскрытую папку, в которой лежали сертификат подлинности и куча других сопровождающих документов для моего револьвера. Кивнув в сторону Ника, я дала понять, что меня не волнуют бумаги.

Грэйсон изумленно посмотрел на меня, а затем передал папку Нику. Тот начал изучать содержимое, мы же с Уиллом пили чай и разговаривали о Франции. Спустя какое-то время настала пора включить все мое актерское мастерство.

– Угх, – схватившись за живот я немного скривила лицо, пытаясь изобразить на нем легкое беспокойство от боли. Я не была актрисой по образованию, но в своей игре уверена.

– Что-то случилось? – Уилл озадаченно посмотрел на меня.

– Ничего страшного, просто последствия долгого перелета и сытного ужина, – засмеявшись как будто от смущения, я продолжила. – Прошу прощения, не могу ли я пройти в уборную? Изучение бумаг займет какое-то время, а я не уверена, что смогу оставаться столь же собранной.

– Да, конечно, – Уилл было сразу встал, а после, посмотрев на Ника, держащего в руках папку с документами, остановился. – Сопровождающий стоит прямо у двери. Я попрошу, чтобы вас проводили в дамскую комнату.

Улыбнувшись ему в ответ, я взглянула на Лиама, и мы естественным образом вышли из комнаты. Что-то сказав сопровождающему, Уилл вернулся обратно на свое место, мы же пошли в указанном направлении.

Все идет по плану.