Читать книгу Ведунья для Его Высочества - - Страница 8

С каждым шагом Лайонел все дальше уходил от пещеры. На рассвете он оставил свою мышку, пообещав вернуться через три дня. За это время ему нужно было привести в порядок дела – двухдневное исчезновение, конечно же, не могло остаться незамеченным.

Ноги ступили на гравийную дорожку, огибающую пекарню, и Лай остановился, оборачиваясь. В груди неприятно шевельнулось беспокойство. Он не позволит прошлому повториться. Никогда. Сейчас, когда он только нашёл её после стольких лет, всё внутри рвалось обратно. Хотелось бросить всё – расследование, обязательства – вернуться, прижать Мередит к себя так крепко, чтобы никто и никогда не посмел приблизиться к ней. Запереть её за семью замками и стеречь, как преданный ликон, охраняя свою драгоценность.

Ко всем теням Ириды, да он был готов хоть сейчас всё бросить. Схватить в охапку свою ведунью и увезти на побережье Верая. В это время года там особенно красиво.

Гранатовый камень в кармане штанов нагрелся. Лайонел удивлённо вскинул бровь. И, все-таки, великая эта женщина, мать Мередит – артефакт полностью был заблокирован в убежище. Хмыкнув собственным мыслям, Нортон зажал камень между пальцами и с треском раздавил, превратив в пыль.

– Вот поэтому Леон и отказывается выдавать тебе артефакты. И, знаешь, он прав. Ты – небрежный принц.

Лайонел не обернулся. Только один человек мог позволить себе говорить с ним таким тоном, без должного обращения. Друзья они и в Тёмных землях друзья.

– Мне нужен новый артефакт связи, Гейл. Старый я потерял, – коротко бросил, на что услышал сдавленное покашливание.

Старина Гейл, кудрявый, высокий и вечно натянутый как стрела, вновь был в своём репертуаре: в рваных лохмотьях вместо королевской формы, с перевязанным глазом и посохом в руке. Со здоровьем у него всё было в порядке, как всегда. Немного игры, немного харизмы – и всё у его ног. Всё, кроме нужных сведений о заговорщиках. Заговорщик был где-то рядом. Лайонел это чувствовал. Они гнали его с Флинских земель … и след потеряли.

– Есть что-то, что я должен знать?

Он запрыгнул на белоснежного коня, которого оставлял на окраине Ширана в стойле небольшой таверны перед каждым походом в Эршерский лес. Конь с завидным упрямством отказывался переступать его границу.

– Вчера я обнаружил заброшенный дом. Внутри не был, жду приказа, – отчитался Гейл, поправляя повязку.

– Что говорят местные?

– Лекарница. Хозяин пропал. Предполагают, что он сгинул в Эршере, когда отправился за целебными травами, – Гейл сомнительно хмыкнул, крутя в руке посох.

Лайонел не верил в такие совпадения, как и всему, что его окружало. Тем более теперь, когда кто-то очень ловко водил его за нос по всему королевству.

– Лекари?

– Проверены, переписаны. Всем жителям на запястье поставили метку.

Солнце поднималось всё выше, по узким улицам уже шёл гул голосов, но ничто не мешало ему слушать. Не в таких ли условиях он привык работать? Лайонел повёл плечами, разминая затёкшие мышцы, и пришпорил коня.

– Лайонел! – бодро крикнул Гейл, как будто и не был оборванным хромым бедняком. – Нашёл?

Лучезарная улыбка коснулась губ принца, и лицо разгладилось, когда он взглянул на рыжеволосого хромого бедолагу.

– Нашёл. Я её нашёл.

В спину раздался звонкий свист, и Лай улыбнулся во весь рот, пустив коня галопом.

Нортон и его войско остановились в загородном доме градоначальника Ширана. Хотя домом это величественное здание назвать сложно – скорее, уменьшенная копия замка. Четырёхэтажное строение, окружённое со всех сторон белоснежными колоннами, изысканными барельефами и высокими лестницами, напоминало замок Эршера. Если не заглядывать в окна, вполне можно было поверить, что ты действительно у королевского двора. Поэтому Лайонел чувствовал себя здесь немного неудобно.

Широкий жест доброты со стороны градоначальника даже немного умилял. Принцу и его воинам было позволено разместиться в главном корпусе. Правда, наивный Вист и представить не мог, что Лайонел не оставит своих людей за порогом. Их спины, привыкшие к настилу из земли и листьев, заслужили право на мягкие кровати. Да и сам градоначальник не догадывался, какие последствия могут быть у такого «гостеприимства».

Когда Вист узнал о визите принца, он, конечно, напрягся. Но этого было недостаточно.

Дом буквально кишел слугами – и это Лайонела раздражало больше всего. Чем больше ушей – тем выше шанс утечки информации. Вист, старый и довольно простодушный человек, был далёк от понимания тех дел, что обсуждались в его же доме. Ни к чему такому маленькому служебному человеку знать больше, чем положено. Он, по своему слабоумию, думал, что второй наследный принц прибыл ловить беглеца из подземелья Серана. Такова была официальная версия. А что на самом деле? Этого пока не знал даже сам Лайонел.

На подъездной дороге, ведущей к парадному входу через аллею раскидистых дубов, Лай спешился, передал коня местному конюху и с головой ушёл в дела. Пока шёл к дому, успел выслушать два отчёта и отдать распоряжения об усилении охраны границ Эршерского леса.

– Ваше Высочество. Как вы и просили, – королевский воин, охраняющий вход, учтиво поклонился и, открыв перед ним дверь, протянул небольшую деревянную коробочку.

Лайонел кивнул и поспешил в свой кабинет. Скорость работы тронника опережала его самого. Именно за это Гейл и получил своё звание. Звание «глаз и ушей» трона.

Несколько лестничных пролётов, помпезный коридор – и вот он, временный кабинет Его Высочества. Светлая, просторная комната, занимавшая почти половину этажа. Именно эта особенность и стала определяющей при выборе. Меньше комнат – меньше ушей и ненужных проблем. А старых проблем у него хватало. Он их разгребал с запозданием, и это изрядно раздражало.

Устроившись в огромном бархатном кресле, похожем на трон, Лайонел оглядел стол из белоснежного камня и начал изучать бумаги. Отчёты, доклады, накладные, сведения о раненых и погибших. И ещё – подозрительно роскошные траты простого градоначальника самого маленького города королевства. Лайонел давно заметил: чем меньше город, тем пышнее и выше дом у местной власти.

Но ворох бумаг его не раздражал. Наоборот – в этот момент он чувствовал себя сильным, готовым переворачивать горы и осушать реки. Он нашёл её. Свою маковую мышку. Свою Мередит. Девушку, которую видел во снах и наяву каждый Иридов день. Видел – и не мог добраться. Видел – и боялся, что найдёт лишь пустую оболочку, погрязшую во тьме. И за эти восемь лет почти забыл, какая она упёртая.

Тёплые воспоминания о прикосновениях тонких пальцев вызвали дрожь во всём теле. Сердце забилось быстро и шумно. Губы сами собой растянулись в широкой улыбке, и Лай откинулся на спинку кресла, отложив предпоследнюю стопку документов.

За окном солнце клонилось к горизонту, и золотисто-розовые лучи заливали кабинет. Свет ложился на пол, на стены, на мебель, оставляя нетронутым только его. Даже здесь и сейчас полумрак, как и тьма Мередит, будто тянулся к нему, заявляя свои права. Мысли унеслись далеко отсюда – туда, где маленькая светлая кухня пропитана запахом медового сиропа, а Мередит сидит у него на коленях и тихо дышит в шею. Тонкие пальцы скользят по плечам, разминая мышцы. И Лай почти почувствовал это снова.

Но прикосновения были другими, немного резкими, торопливыми и … чужими.

– Делия? – Лай склонил голову набок, щурясь от досады. – Что ты здесь делаешь?

Сказать, что это дамочка сильно выводила его, значит не сказать ничего. Она преследовала его везде, находя глупые поводы для «неожиданных» встреч. Один раз умудрилась потащиться в лес и, как бы случайно, подвернула ногу. Воины чуть в драку не полезли, решая, кто понесёт ценный груз. Лай не спорил, там было на что посмотреть. Плавные гибкие формы, всегда выгодно подчеркнутые изысканными платьями, длинные шелковистые волосы, обрамляющие кукольное личико с большими голубыми глазами и густыми ресницами. В ней было все прекрасно и красиво. От внешности до жестов. От кокетливого взгляда до быстрых прикосновений. Но она не Мередит. И для Лайонела как женщина не существовала.

– Ваше Высочество, я стучала, но ответа не последовало, – Делия вынырнула из-за спинки кресла и засияла.

– И ты решила? – поторопил её Лай, вопросительно вскинув брови.

– Подумала, вы наверняка голодны. Я сейчас распоряжусь, чтобы накрыли на стол.

Лайонел устало потёр лицо.

– Это всё?

Делия замялась, как и всегда перед тем как выдать какую-то глупость. Единственная дочь советника, племянница градоначальника, она привыкла брать от жизни всё. И в это всё, конечно же, входил и младший Нортон – самый лакомый трофей.

– Мы так долго не виделись, – раздалось кокетливое, – может, я присоединюсь к вам и помогу …

Девушка замолчала, и Лай, почувствовал неладное, нехорошо прищурился.

– … расслабиться.

Ровно минуту Нортон сверлил дамочку напротив стальным тяжёлым взглядом, а потом резко выдохнул.

– Боюсь, у тебя не хватит сил, Делия, – сурово отчеканил, сбрасывая тонкую руку с плеча. – Иди и займись своими обязанностями. Или мне велеть Висту отправить свою ненаглядную племянницу в столицу?

Лай вернулся к бумагам, ставя точку в их странном диалоге. Делия стояла неподвижно, словно статуя, и когда уже казалось, что она не сдвинется с места, зашелестел подол платья.

– Как пожелаете, Ваше Высочество.

Милостивая Ирида, она ещё и обижается! Глупая девчонка ходила по острию. Лайонел не отличался терпением – это знали все его воины. Еще один влюбленный выпад, и придется ставить вопрос ребром. Что этим женщинам вечно не хватает?

Со стороны двери послышались тяжёлые, неторопливые шаги.

– Любви? – холодный голос рассек пропитанный бумажной пылью воздух. – Возможно, внимания?

Лайонел медленно поднял голову и выругался. Ко всем теням Ириды, что он тут забыл? Почему Лай не в курсе?! Он что, спросил вслух?

– Вижу, ты не сильно рад меня видеть, братец.

Аластэр холодно улыбнулся, с интересом осматривая кабинет. Высокий, сдержанный и всегда собранный, Нортон-старший казался выточенным из тёмного камня. Пепельно-русые волосы, чуть темнее, чем у Лайонела, были аккуратно зачёсаны назад, открывая высокий лоб и холодные серо-стальные глаза. В них не было тепла, только безмолвная сила будущего правителя.

– Что ты здесь забыл? – Лай подписал последнюю бумагу и развалился в кресле. Вставать он не собирался. С Аластэром они не ладили с самой смерти матери.

– Приехал узнать, как продвигается твоё… – Ал задумался, подбирая слово, – расследование.

– Тебе разве не выдали артефакт связи? Ради такого пустяка пересечь все королевство …

Нортон не скрывал своей неприязни. И в другое время, может, и постарался бы ради развлечения. Но сейчас его интересовало одно – как он прошёл через границу Ширана и остался незамеченным королевским патрулем. Почему ни один тронник не знал о прибытии первого наследника?

Пока Лай сурово давил взглядом на брата, тот поправил чёрный камзол с серебряной вышивкой рода и устроился в кресле напротив.

– Надеюсь, ты не против?

Лай махнул рукой. Хотя… разрешения всё равно никто не ждал. Аластэр уже вёл себя как хозяин.

– Отцу стало лучше. Я решил сообщить это лично. – Ал покосился на стопку бумаг и сдержанно улыбнулся, отчего серые глаза сверкнули. – Ты ведь не всех заговорщиков ещё поймал, я прав? Мало ли, что может случиться? Новый заговор?

Верхняя губа Лая дернулась от ярости. Он весь напрягся, как пружина.

– Жаль, Дреарин так быстро сдался. Возможно, ты бы уже значительно продвинулся в поисках. – Аластэр хмыкнул, ему самому стало смешно от сказанного. – Твой горячий нрав не помогает делу, братец. Я тебе помогу.

Пружина с треском лопнула, и Лай нехорошо так рассмеялся, не веря своим ушам.

– Поможешь? Утомишь всех до смерти своим превосходством?

Наследник нарочито медленно поправил знак принадлежности к короне на вороте камзола.

– Научу тебя правильно допрашивать. Не убивая их слишком рано.

Лай стиснул зубы и подался вперёд. Внутри всё бурлило от сражения здравомыслия с неконтролируемым гневом. Эмоции почти прорвались. Но Аластэр вовремя начал стучать пальцами по каменной столешнице.

– Мы с Элиной решили отметить нашу годовщину. А какой же праздник без тебя? – между прочим продолжал издеваться брат, рассматривая стол. – И раз ты не собираешься бросать своё расследование, – на последнем слове он хмыкнул. – Приехали к тебе. Мы же семья.

И пока Лай пытался переварить услышанное, Нортон-старший его добил.

– Заодно устроим тебе помолвку. Ты засиделся, братец.