Читать книгу Беги, ведьма, беги! - - Страница 8

Свет в конце туннеля оказался не метафорой. Он был настоящим – ослепительно-ярким, солнечным, пробивающимся через густую завесу дикого винограда и колючего кустарника, плотно затянувших арочный выход.

Лоренсо ловко раздвинул ветви, пропуская Алису вперед. Она сделала шаг и зажмурилась от нахлынувшей боли в глазах. После кромешной тьмы подземелья мир взорвался красками и звуками. Поля, поросшие выжженной на солнце травой, стройные кипарисы, указующие в безоблачную лазурь, и вдали – золотисто-серая стена города, из которого они только что сбежали. Воздух был горячим, сухим и потрясающе чистым. Он пах пылью, полынью и свободой.

Свободой, которая горькой пылью оседала на губах.

Алиса обернулась. Выход из галереи был практически невидим, скрытый склоном холма и буйной растительностью. Хорошее укрытие.

– Спасибо, – тихо сказала она Лоренсо. Без него она бы сгорела в том сарае или ее бы поймали в городе.

Мальчик пожал плечами, смущенно ковыряя палкой землю.

– Куда ты теперь пойдешь?

Куда? Отличный вопрос. Перед ней лежала холмистая, незнакомая местность. Дорога, уходящая вдаль. Поля, рощицы. Ни указателей, ни карты. Ни цели.

– Не знаю, – честно ответила она, и от этой честности стало еще страшнее.

Она опустилась на колени у небольшого ручья, бежавшего у подножия холма. Вода была прозрачной и холодной. Сначала она просто смотрела на свое отражение. Все то же худое, смуглое лицо с большими темными глазами. Но что-то в них изменилось. Исчез панический, олений испуг, который был там на площади. Появилась тяжесть. Закаменелость. Глубина, в которой пряталась тень.

Она зачерпнула воду и стала смывать с лица и рук копоть, грязь и засохшую кровь. Вода была ледяной и обжигающей, но Алиса не отдергивала рук. Она терла кожу, пока она не покраснела, пытаясь счистить с себя не только грязь, но и память о последних часах. О жаре костра. О хрипе стражника. О беззвучном падении бродяги в туннеле.

«Я чуть не убила второго», – пронеслось в голове. Она смотрела на свои пальцы, и ей казалось, что они все еще хранят тот странный, пульсирующий ток. Она боялась его. Но еще больше боялась того, что без него она была бы сейчас мертва.

Лоренсо сидел рядом, наблюдая за ней.

– Ты не похожа на них, – сказал он вдруг.

– На кого?

– На других ведьм. Которых они ловили. Ты не кричишь заклинания. Не кидаешься зельями. Ты просто… смотришь. И они падают.

Алиса горько усмехнулась.

– Я и не ведьма. По крайней мере, не такая, как они думают.

– А какая?

Она посмотрела на него. На его наивные, доверчивые глаза. Он видел в ней силу и справедливого мстителя. Как же она могла объяснить ему, что сама не понимает, что это? Что она из другого времени, где магия – это сказки, а не повод сжечь заживо?

И тут ее осенило. Она не могла рассказать правду. Никому и никогда. Этот секрет был опаснее, чем ее магия. Безумие или одержимость дьяволом – вот клеймо, которое на нее сразу же повесят. Ей придется играть по правилам этого мира. Быть ведьмой. Но ведьмой на своих условиях.

– Я… другая, – уклончиво сказала она. И мне нужно научиться это контролировать.

– О! – лицо Лоренсо просияло. Ты ищешь учителя! Я слышал, в горах, к северу, есть старый мавр. Говорят, он знается с духами и травами. Может, он тебя научит?

Учитель. Мысль была одновременно пугающей и соблазнительной. Кто-то, кто мог бы объяснить, что с ней происходит. Кто мог бы научить ее не убивать, а… лечить? Защищаться? Но доверять ли кому-то? Водить ли кого-то к себе в душу, когда за твою голову назначена награда?

– Может быть, – сказала она, снова глядя на воду. Сначала мне нужно просто… выжить. Я не знаю, как здесь все устроено. Я не знаю, где найти еду, как устроиться на ночь…

Она замолчала, чувствуя себя абсолютно беспомощной. Она могла случайным выбросом энергии свалить с ног взрослого мужчину, но понятия не имела, как добыть в этом мире кусок хлеба.

Лоренсо внимательно слушал, и на его лице появилось выражение странной, не по-детски серьезной сосредоточенности.

– Я могу тебе помочь, – заявил он. Я знаю, какие грибы можно есть, а какие нет. Я знаю, как ставить силки на кроликов. Я могу помочь.

Алиса смотрела на него. Этот хромой мальчишка-сирота, которого все обижали, предлагал ей стать ее проводником в этом новом, жестоком мире. Он был ее единственной ниточкой к реальности.

– Почему? – снова задала она свой главный вопрос. Почему ты хочешь идти со мной? Ты видел, что со мной происходит. Это опасно.

Лоренсо нахмурился, обдумывая ответ.

– Потому что с тобой я не один, – наконец сказал он просто. А еще… потому что ты первая, кто не прогнала меня. И первая, кто защитила.

В его словах не было романтики или расчета. Только голая, детская потребность в принадлежности. В том, чтобы быть нужным.

Алиса вздохнула. Оставить его – значит обречь на голод и одиночество в городе, который ему не друг. Взять с собой – значит подвергнуть смертельной опасности. Но разве она могла поступить иначе после того, как он рисковал ради нее?

– Хорошо, – сказала она, и в ее голосе прозвучала решимость. Но слушайся меня. И если я скажу «беги» – ты бежишь. Без вопросов. Договорились?

Лоренсо энергично кивнул, и его глаза загорелись азартом. Для него это было приключение. Для Алисы – новый виток борьбы за выживание. Теперь на ее плечи ложилась ответственность не только за себя, но и за этого ребенка.

Она встала, отряхивая подол платья. Оно было грязным, рваным, но чистым от копоти костра. Как и ее совесть. Она не была чиста. Она была испачкана кровью и страхом. Но она была жива.

– Идем, – сказала она, глядя на дорогу, уходящую на север. Найдем тебе новую палку. Покажи мне, как ставить эти силки.

Она сделала первый шаг. Не в бегстве от прошлого, а в движении к будущему. Неопределенному, страшному, но ее собственному. И впервые за все это время у нее появился спутник. И тень надежды, тонкая, как паутинка, но уже не рвущаяся.