Читать книгу Дворец Америго - - Страница 7

На следующее утро, сразу после завтрака, О’Брайены сели в электромобиль и, пользуясь возможностью поспать ещё лишний часик, доверили вождение автопилоту.

Косметологическая клиника находилась в самом центре города, в одном из элитных районов, где всё выглядело настолько новым, что казалось ненастоящим. Майк ожидал увидеть небольшое здание, но когда автомобиль припарковался у огромного семиэтажного медицинского центра, то сильно удивился. Спектр предоставляемых услуг поражал, специально для интересующихся клиентов в клинике лежали толстые брошюры с иллюстрациями и описаниями каждой процедуры. Можно было предположить, что здесь с человеком могут сделать вообще что угодно, будь у него только на это деньги. О большей части процедур Майк никогда даже и не слышал. Бегло пролистав брошюру, О’Брайен задумался о том, не пришли ли все те, кто его когда-то восхищал своей внешностью, к своей красоте именно таким способом. Такие мысли уже несколько раз посещали его, когда он видел друзей сенатора рядом с их детьми: разница была, что говорится, налицо.

О’Брайены поднялись по широкой лестнице на шестой этаж, прошли по длинному коридору и оказались у нужного кабинета. Их встретил низкорослый смуглый доктор, он вкратце описал предстоящие процедуры и тут же выставил внушительный счёт. О’Брайен оплатил лечение и оставил жену у кабинета, приём должен был занять несколько часов. Пообещав Софи, что вернётся сразу, как решит маленькую проблему сенатора, Майк направился в находившийся неподалёку спальный район, где накануне напали на активиста Джеймса Тейлора.

Способов решения подобных проблем было много, и далеко не все они подразумевали прямое насилие. К этому варианту что Майк, что все остальные сотрудники сенатора, выполнявшие разного рода «серые» задачи, старались прибегать как можно реже, но особенно Майк, предпочитавший зачастую превратить жизнь человека в пытку более умным и мягким путём. На этот раз потребовалось подготовиться заранее. О’Брайен нашёл на сайте движения за цифровизацию правительства адреса штабов и направился в ближайший из них, чтобы посетить там магазин с мерчандайзом, приносившим движению неплохие деньги.

Штаб располагался в крохотном здании, площадь рекламных объявлений снаружи чуть ли не превосходила саму его площадь. Работали в нём в основном студенты, которым, кроме как тут, негде было найти временную подработку. В штабе можно было ознакомиться с политическими листовками, поставить свою подпись за проект реформ или купить фирменную одежду. Майк приобрёл плохо сидевшую на голове кепку и на размер больше нужного футболку с символом политического движения, потому что подходящей не нашлось. Он также захватил с собой несколько листовок на тот случай, если его внешний вид окажется недостаточно убедительным.

Спустя полчаса О’Брайен стоял перед аккуратно выкрашенным в бежевый цвет деревянным забором, за которым до самого дома тянулся идеально подстриженный газон с редкими деревьями, чьи кроны были обрезаны по всем правилам. Идеально подметённые дорожки, чистые окна, которые будто только что помыли, и крыша без единого намёка на мох или грязь вызывали стойкую уверенность, что в этом доме живёт какой-то психопат. Майк поправил бейсболку, вытащил из кармана листовки и зашёл во двор.

Стоило О’Брайену подойти к крыльцу, как дверь настежь распахнулась, и наружу вышел мужчина в тёмной водолазке и зауженных снизу синих джинсах. Он взглянул на незваного гостя и с заметным раздражением в голосе спросил:

– Что вам нужно?

– Мы, – начал Майк и слегка закашлялся от непривычного ему тона голоса, который он выбрал для этого разговора, – мы обходим весь район, рассказываем о будущем, которого вы все заслуживаете. И вы в том числе. Что-нибудь слышали о нашем движении?

– Да, слышал. Вы приходили сюда две недели назад – какого чёрта вы снова заявились ко мне домой? Хотите денег? Я их не дам, у меня всё равно их нет.

– Неужели мы вас уже беспокоили? – с удивлением спросил Майк и, сделав вид, что проверяет что-то в своей записной книжке, попытался придумать новый угол нападения. – Послушайте, вышла небольшая ошибка. Я к вам пришёл не совсем по этому поводу.

– А зачем тогда? Давайте быстрее.

– Дело в том, что мы собираем координационный совет для проработки некоторых деталей реформы. Сами понимаете, это тектонический сдвиг в политическом устройстве нашей страны, поэтому без шероховатостей никак. Мы сначала думали нанять каких-нибудь политологов, но в конце концов решили, что было бы глупо снова отдать власть таким людям, и теперь хотим найти желающих среди обычных граждан.

– У меня нет на это времени. Проваливайте.

– Погодите, мы получили отличные рекомендации от ваших соседей. К тому же встречи совета проходят всего раз в две недели. И зарплата полагается. Неужели вам было бы такое не интересно?

– Я не знаю, я вообще ни о чём таком не думал никогда.

– Это вы зря. Участие в координационном совете – отличный способ расширить свои связи, познакомиться с умными людьми, для которых будущее страны важнее всего на свете. Кроме того, по пятницам у нас фуршеты, на которых бывают очень красивые девушки. Могу поспорить, что от такой компании вы бы не отказались. В своём роде вы будете отцом-основателем нового поколения. Но если вы не готовы поучаствовать, то мы не можем вас заставить. Это большая потеря, да, но что поделать.

– Говорите, что за это платят?

– Да, и довольно неплохо. Сами понимаете, на вас ляжет серьёзная ответственность. Абсолютно разумно достойно вознаграждать такую деятельность.

– Ладно, я подумаю, может быть. Что мне нужно сделать?

– Если вы не против, то я бы зашёл внутрь, объяснил бы вам все детали. Всё-таки разговаривать здесь, на крыльце, немного неудобно, – с улыбкой сказал О’Брайен.

– Хорошо, заходите.

Мужчина неохотно впустил в дом Майка и закрыл за собой дверь. О’Брайен взглянул на пол – тот был недавно помыт, и местами вода ещё не до конца высохла. Хозяин дома предложил Майку пару тапок, но тот проигнорировал предложение и, не разуваясь, вошёл в гостиную. Она была выполнена в скандинавском стиле, вещей и мебели было немного. Обычно считается, что такой подход к планированию интерьера делает дом уютным и спокойным, но О’Брайен всегда думал, что ничего более скучного и быть не может. Впрочем, для психопата, помешанного на чистоте, это было просто идеально.

Майк заметил глубокое кресло, явно предназначавшееся для хозяина, и тут же сел в него. Удивлённый мужчина был вынужден довольствоваться диваном. Майк открыл записную книжку, нашёл имя владельца дома, которое он уже успел забыть, и продолжил разговор.

– Джон, я очень рад, что смог вас убедить присоединиться к нашему движению. Не хочу звучать высокомерно, но в его рядах по большей части именно образованные, серьёзные люди. Такова демография, оппонирующие нам ретрограды едва ли бы смогли даже прочитать, что здесь написано, – громко заявил Майк и швырнул листовки на журнальный столик перед собой. Одна из них залетела под диван.

– Да, это правда. Я учился в хорошем университете. Как раз в том, где вчера случилось покушение. Бедняга…

– Вы же про студента? – заговорщическим тоном спросил Майк.

– Не знаю ни одного здорового человека, которому было бы жалко этого лысеющего дегенерата в костюме за двадцать моих годовых окладов, – резко ответил Джон.

Майк разразился громким хохотом и смеялся не переставая секунд двадцать, стараясь довести ситуацию до абсолютного абсурда. Хозяин дома не знал, как ответить на такую эмоциональную реакцию, а потому просто скромно улыбнулся, будто стыдясь успеха своей шутки. Майк закашлялся, чихнул в руку и вытер её об кресло.

– Я знал, что мы в вас не ошиблись. Да, очень жаль, что сенатор не сыграл в ящик. Очень жаль. Но, как бы там ни было, его карьера в ближайшее время всё равно закончится. И вы можете нам в этом помочь, – сказал Майк, вытирая подошвы ботинок о белый ковёр.

– Послушайте…

– Если хотите знать моё мнение, я бы не стал стрелять в этого сенатора. Слишком простая смерть для такого ублюдка. Да, я бы придумал для него что-то более достойное. Я купил на днях гвоздомёт для своего сарая. Отличная штука. Опробовал на мышах – раздирает на раз-два. Очень забавно смотреть, как они дёргаются, – сказал Майк и снова начал истерично хохотать.

– Да-да, городу было бы лучше без этого подонка. Но давайте поговорим о координационном комитете.

– Конечно! У вас не найдётся воды?

– Да, на кухне есть графин. Вам принести?

– Очень пить хочу. Жара на улице страшная.

Джон вышел из гостиной, оставив Майка одного. Тот тут же вскочил из кресла и подошёл к ближайшей стене. Между стеной и плинтусом было небольшое расстояние, О’Брайен достал из кармана несколько крохотных сферических устройств и закатил их в щель. Металлические шарики с внутренними батарейками изначально предназначались для разного рода розыгрышей, но, когда они попались в интернете на глаза О’Брайену, тот сразу же придумал, как их можно использовать для того, чтобы сводить с ума особенно неприятных людей. По ночам сферы начинали тихонько шуршать, издавая звуки, похожие на те, что издают скребущиеся мыши. Опробовав их на себе, Майк точно знал, сколь быстро это может свести человека с ума.

– Вы не уточнили размер оплаты участия в комитете, – сказал Джон, заходя в комнату со стаканом воды.

– Сейчас уточню, не вопрос, – ответил ему Майк и взял в руки стакан.

О’Брайен сел обратно в кресло и начал жадно пить воду, стараясь то и дело двигать стакан из стороны в сторону, чтобы вода проливалась мимо рта. Допив, Майк вытер влажный рот рукой, а её уже, в свою очередь, снова вытер о кресло, затем поставил пустой стакан на самый край журнального столика.

– Вы знали, что зарплата за участие в политических комитетах не облагается налогами? – спросил Майк Джона, который с отвращением смотрел на этот водопой.

– Нет, не знал. Это очень удобно. Но всё-таки, что по поводу конкретной суммы?

– Семьдесят тысяч кредитов в месяц. Приходите в кассу штаба, показываете удостоверение, получаете деньги. Никаких вопросов.

– Ого! Вот это замечательно, мне как раз нужно было сдать автомобиль в ремонт. Видимо, проще будет просто купить новый.

– Правильно мыслите, – отметил Майк и снова засмеялся. – Ладно, мне нужны будут все ваши данные для внесения в базу. Вам позвонит наш сотрудник из отдела кадров и пришлёт нужные документы, но кое-что мне придётся уточнить уже сейчас.

Майк достал из кармана блокнот и ручку и потянулся к журнальному столику, чтобы писать на нём, но столкнул стоявший на краю стакан, и тот звонко разбился на сотню осколков, ударившись об пол.

– Ох, простите, – засмеялся Майк. – Стекло дерьмовое. Хорошее так легко не бьётся, знаете, да? Вы, видимо, купили дешёвые стаканы. Ну ничего, теперь-то ваше финансовое положение поправится. Продиктуйте мне ваш номер телефона, социальные сети, может, у вас есть какие-то. Ну, вот это всё.

– А это правда нужно? – засомневался Джон.

– Нужно, да. В конце концов, вы же публичный представитель нашего движения. Было бы странно, если бы вы захотели ограничить возможность связаться с вами. Но если не хотите, то мы, конечно, не будем настаивать на вашем членстве.

– Нет-нет, я не против, – забеспокоился мужчина и тут же продиктовал все данные О’Брайену.

– Вот и замечательно. Осталась всего одна вещь. Первичный взнос на вашу униформу. Подскажите мне ваши размеры, я сразу создам заказ в ателье.

– Неужели и это необходимо?

– Почему нет? Нужно выглядеть презентабельно во время открытых собраний. Опять же…

– Я не знаю свои размеры, откуда мне их, чёрт побери, знать? – вдруг вспылил Джон.

– А мы их с вами сейчас вместе снимем! – с энтузиазмом воскликнул Майк и вскочил с кресла. – У вас должна же быть здесь где-то измерительная лента!

– Да, была где-то, – подуспокоившись, сказал Джон и, подойдя к комоду, начал искать в одном из ящиков измерительную ленту. Наконец обнаружив её на самом дне, протянул Майку.

О’Брайен подошёл к мужчине и начал снимать мерки. Он никогда раньше этого не делал, но подозревал, что Джон тоже вряд ли себе представляет, как это правильно делать. Копошась вокруг мужчины, Майк начал кашлять, даже не пытаясь прикрывать рот. Джон с каждой минутой становился всё более и более неспокойным, он переминался с ноги на ногу и явно ждал того момента, когда весь этот фарс наконец закончится.

– Итак, с вас три тысячи, – спокойно произнёс Майк, записывая в блокнот случайные числа.

– Три тысячи на униформу?

– А что такого? Мы можем, конечно, вычесть их из следующей зарплаты, но там куча бухгалтерских заморочек. У вас что, трёх тысяч на костюм не найдётся? – спросил Майк и подошёл к стене. – У такого успешного человека, как вы, денег должно быть до хохота. Вы, наверное, наличные в стенах прячете. А?

Майк начал стучать по стене, смеясь и одобрительно поглядывая на взволнованного Джона.

– Ну что, а? Звук-то глухой – должно быть, куча денег внутри лежит? Ну вы и молодец, я вам завидую! – продолжая стучать по стене, прокричал Майк.

Наконец гипсокартон не выдержал, и на месте удара образовалась большая дыра. Майк заглянул внутрь, посветил в щель фонариком и, не обнаружив никаких денег, сказал:

– Ну, может, в другой стене. Ладно, мне пора. Джон, поздравляю вас, вы без двух минут член координационного совета. Без двух минут, потому что столько я буду сидеть на автоответчике этой дуры из отдела кадров! – бешеным голосом прокричал Майк и ударил стену ещё раз, в этот раз оставив всего лишь небольшую вмятину.

– Прошу, оставьте стену. Если у вас больше нет вопросов, то я бы хотел заняться своими делами, – пробормотал Джон и попробовал вывести буйного Майка из гостиной, но тот не успокаивался и во весь голос проклинал несуществующую начальницу отдела кадров.

Наконец О’Брайен решил, что с Джона на сегодня хватит издевательств, и, мгновенно успокоившись, улыбнулся мужчине и спокойно вышел из дома.

– За деньгами зайду в другой раз! – напоследок крикнул Майк в сторону спешно закрывающейся двери.

Но на этом воспитательная работа не заканчивалась. Собрав все личные данные Джона, Майк планировал сделать несколько простых вещей, которые способны превратить жизнь обычного человека в настоящий ад. Уже через полчаса номер телефона, адрес и никнеймы в соцсетях, которые мужчина передал О’Брайену, оказались во всевозможных спам-базах и на непристойных сайтах и форумах. Поскольку Майк делал это не в первый раз, то он предполагал, что ближайший визит сектанты Джону нанесут дня через три, попрошайки из благотворительных фондов будут появляться на пороге его дома ещё как минимум четыре месяца, а звонки от кредиторов, риелторов, рекрутеров и пользователей сайтов знакомств продолжатся ещё полгода.

Взглянув на часы, Майк понял, что уже скоро у его жены закончится приём у врача, прошёл несколько кварталов до припаркованного электромобиля и направился в клинику. О’Брайен очень спешил, но всё-таки немного опоздал, простояв с пятнадцать минут в пробке. Софи ждала мужа в фойе, она выглядела спокойно, на лице в районе подбородка у неё была наложена небольшая повязка, призванная скрыть последствия процедуры и ускорить заживление. Увидев мужа, жена слабо улыбнулась, – эффект от анестезии ещё не полностью прошёл.

– Ну как ты? – с беспокойством спросил Майк, подсаживаясь на скамейку к Софи.

– В порядке. Ещё придётся несколько раз сходить, но уже на следующей неделе. Все очень мило со мной обходились. Приятно.

– Ещё бы, за такие-то деньги, – усмехнулся О’Брайен.

– Думаешь, не стоило так тратиться?

– Что ты, для тебя – всё что угодно, за любые деньги. Я просто пошутил, – тут же успокоил жену Майк и приобнял её за плечо. – Ты не проголодалась? Давай зайдём в кафетерий.

Супруги спустились в подвальное помещение, в котором располагались гардероб, детская комната и огромный кафетерий, скорее похожий на ресторан, чем на место для быстрого перекуса. По всей видимости, управление клиники стремилось держать высокий уровень абсолютно во всём. Софи взяла себе кофе и несколько пирожных с заварным кремом, Майк же предпочёл серьёзный обед. Они сели за столик в углу кафе и принялись за еду. Софи ела очень осторожно, страшно боясь укусить язык непослушными челюстями.

За соседним столиком сидела небольшая девочка, уплетающая за обе щеки мороженое из стеклянной креманки. Рядом с ней, на соседнем стуле, лежала дорогая дамская сумочка, по всей видимости принадлежавшая её маме или старшей сестре, оставившей девочку в кафетерии на время приёма. О’Брайены почти не говорили, Софи растерянно смотрела на ребёнка и лениво ковыряла десертной ложкой последнее пирожное, а Майк всё думал о том, что случилось с Джимом в посёлке. На всякий случай он проверил электронную почту – от Кельвина как раз пришло письмо с данными погибших мужчин. Майк бегло пробежался глазами по личным делам и убрал телефон, решив изучить эти сведения внимательнее ближе к вечеру.

К сидевшей за соседним столом девочке подошёл официант с платёжным терминалом и попросил оплатить еду. Ребёнок достал из сумки карточку и попытался расплатиться. После нескольких неудачных попыток стало ясно, что девочка забыла пароль. Официант подозрительно взглянул на неё и что-то негромко сказал. Девочка тут же съёжилась и потупила взгляд. Майк хотел было подойти к столу и спросить, в чём дело, но Софи его опередила. Она отвела официанта в сторону и оплатила мороженое самостоятельно, девочка удивлённо взглянула на неё и застеснялась ещё сильнее: ей стало вдвойне неудобно. Софи спрятала карту в карман и присела за стол к ребёнку.

– А где твоя мама? Неужели ты тут одна?

– Мама у врача, – смущённо ответила девочка.

– Сколько тебе лет? Восемь?

– Семь. Восемь мне будет в октябре. Я забыла пароль, – сказала девочка и показала Софи банковскую карточку матери. – Мама мне разрешает. Когда она вернётся, я попрошу вам всё вернуть.

– Не беспокойся по поводу денег, – успокоила ребёнка Софи. – Всякое бывает. Часто здесь бываешь?

– Каждую среду. А по четвергам у нас танцы. В прошлом месяце мы даже ездили на соревнования. Я заняла пятое место, и мама купила мне самокат.

– Ничего себе!

– Но я его дома оставила. Он весь такой зелёный.

– Повезло тебе. Хочешь ещё мороженого?

– А можно? – с удивлением спросила девочка.

– А почему нет? Летом можно ничего другого и не есть, – весело ответила Софи и попросила официанта принести ещё две креманки – одну себе и одну девочке.

– Большое спасибо. А как вас зовут? Меня Элиза.

– Очень приятно, а меня Софи. Давай будем друзьями, – сказала жена Майка и протянула девочке ладонь.

– Вы где-то поранились? – заботливо спросила девочка.

– Вроде того. Но уже всё хорошо. Тут замечательные врачи.

– А мне они не нравятся, – со вздохом ответил ребёнок. – Мама всё время с ними ругается.

– Почему?

– Говорит, что они ей всю жизнь испортили.

– Вот как. Ну, раз вы продолжаете сюда ходить, то, должно быть, они пытаются исправить ситуацию.

– Наверное, – пожав плечами, ответила девочка. – Но я лучше бы оставалась дома.

– Может, твоя мама боится одна сюда ходить. Вот и берёт тебя с собой.

– Но здесь очень скучно, а в детскую комнату я ходить не хочу. Там только маленькие играют.

– А ты не маленькая? – с усмешкой спросила Софи.

– Нет. Мне скоро будет восемь.

– Да, в октябре.

– А это ваш шофёр? – спросила девочка, указав на сидевшего позади Майка. – У моей мамы тоже есть шофёр. Он возит меня в школу.

– Мой шофёр? – рассмеявшись, спросила Софи. – Вроде того. Это мой муж. Я тоже боюсь одна сюда ходить, поэтому взяла его с собой.

– То есть шофёра у вас нет?

– Нет, так что ему приходится меня везде возить.

– Жалко. Должно быть, у вас очень мало денег, раз нет шофёра. Моя мама так говорит про других детей в школе.

– Да что ты говоришь, – плохо скрывая улыбку, сказала Софи. – Но, скажу тебе по секрету, я бы не хотела ездить ни с кем другим, кроме моего мужа.

– Значит, ему сильно повезло. Вы очень красивая, – сделала комплимент девочка, доедая мороженое.

– Это правда. Мне тоже очень повезло, – ответила Софи и погладила ребёнка по голове. – Ну, нам пора. Передавай своей маме привет. Может, ещё увидимся.

– Я попрошу маму пригласить вас в гости.

Софи снова рассмеялась и, придвинув к девочке своё неначатое мороженое, жестом позвала за собой Майка и вышла из кафе. О’Брайены забрали одежду из гардероба и направились к подземной парковке, где их ждал электромобиль.

– Хорошая девочка, – сказала мужу Софи.

– Это правда. Так странно, что её мама оставляет без присмотра.

– Знаешь, иногда я думаю, что…

– Что?

– Не важно, – увернулась от вопроса Софи. – Ерунда.

Супруги подошли к электромобилю, но как только Майк разблокировал двери, из глубины парковки его окликнул уже знакомый ему голос. О’Брайен повернулся и увидел хромающего к нему из дальнего угла помещения старика в красной лыжной шапке.

– Кто это? – взволнованно спросила Софи.

– Это по работе.

– Вот это? По работе? Во что тебя опять Джеймс втянул?

– Здравствуйте, очень приятно познакомиться, – сквозь кашель проговорил Джим, подойдя к автомобилю.

– Я думал, что с вами что-то случилось, – с заметным облегчением сказал Майк.

– Зря волновались. В следующий раз не стоит. Прошу, не пугайтесь, – попытался успокоить Софи старик, – я вас не задержу.

– Софи, сядь пока в машину, – попросил жену О’Брайен. – Я быстро.

– Вы уже получили результаты анализов? – спросил Джим.

– Да, только что. Ещё не успел их как следует изучить. Погодите, откуда вы знаете?

– Вы меня недооцениваете, – ответил Джим и улыбнулся. – Я так понимаю, что вы собираетесь домой? Не могли бы вы вернуться сюда, как только закончите с домашними делами? Боюсь, что нам не следует терять время.

– Хорошо, постараюсь поскорее, – согласился О’Брайен и, попрощавшись со стариком, сел в электромобиль.