Читать книгу Приключения попаданки в каменном веке Книга 2 - Группа авторов - Страница 10

Лепкой из глины я никогда не занималась, и то, что я задумала, будет стоить мне больших усилий и нервов.

Почему я решила попробовать изготовить посуду из глины? Да, потому что это единственная посуда, в которой можно готовить на огне.

Если, я все правильно запомнила на единственном мастер-классе по лепке из глины, куда возила внуков, то есть шанс, подарить племени, а может и миру первый глиняный сосуд.

Конечно, насколько я помню из истории, глиняные горшки – амфоры, находили в гробницах фараонов, на затонувших греческих суднах, но это будет позже. Гораздо позже!

Сейчас же, передо мной стояла задача изготовить из глины хотя бы миску, но и для этого придется потрудиться.

Ребятня принесли ношу породой к нашему жилищу и, уселись, ожидая моих распоряжений.

– Так, мелюзга! – я стояла перед детишками, рассевшимися у потухшего костра и смотрящими на меня округлившимися глазами, так похожими на моих воспитанников, оставшихся в будущем. Дети – они во всех мирах дети! – Устали? – дружно отрицая, все помотали головами. – Тогда чего сидим? Берем, то, что принесли, несем на бережок, и ждем моих дальнейших указаний.

Дважды просить не пришлось, мальчуганы, и девчонки тут же подскочили, схватили ношу и поволокли к реке.

– Ба, можешь прислать к реке ребят постарше, надо яму выкопать на берегу.

– Иди, доню, сейчас кликну, – ба пошла вглубь поселения, а я, посмотрев старушке всед, шустро перебирающей ногами, направилась к реке.

Не доходя воды, ко мне присоединились мальчики.

– Ну, что поработаем? – окинула смеющимся взглядом рабочую силу. – Будем копать ямку, не глубокую, но широкую, а дальше посмотрим.

Присев, стала руками разгребать рыхлую почву и откидывать в сторону грунт. Ко мне тут же присоединились помощники, а малышня, стояли поодаль и наблюдали за процессом.

– Ай, – вскрикнул один из парней и, выдернув, наскоро руку из углубления, показал окровавленный палец.

– Всем стоп! – приказала помощникам. – Бегом к реке, – крикнула мальчишке, испугавшись, – и промой хорошенько, а потом в кустики сбегай и поссы: «Боже, ну и лекарь из меня: то промой, то поссы. Никаких подручных средств по обеззараживанию ран».

Парень кинулся к реке и, побултыхав рукой, помчался к кустикам. Спустя время вышел, держась за палец, но уже обмотанным каким-то листиком. Приглядевшись внимательнее к растению, поняла, что мне оно напоминает подорожник. Ладно, позже разберусь. Похоже, здесь можно найти всю энциклопедию лекарственных растений, и даже еще не внесенных в Красную книгу.

Взяв палку, стала ковыряться в опасной воронке. Зацепившись за что-то твердое, стала с трудом вытягивать, постепенно расширяя место. К моему огорчению и удивлению, это оказалась всего лишь осколок кости, достаточно крупный: не то от животного, не то от птицы. Ее острый конец, и оказался причиной ранения парня. Второй конец, поломанной кости обнаружился рядом.

Ребят от работы отстранила, опасаясь еще ранений. Для безопасности стала дальше расширять углубление, поддевая одну за другой косточки разных размеров существа. Да, похоже, тут когда-то целая тушка была похоронена и довольно-таки крупная особь.

Кое-кто из ребят изъявил желание мне помочь, но был остановлен моим грозным рыком.

Когда уже около меня образовалась приличная кучка костей различных размеров, палка зацепилась за что-то, более крупное, неподдающееся выковыриванию. Меня это разозлило. Как так?

По костям, изъятым из ямы, прикинула, что существо похоже на птицу, потому что почти все кости были полые – трубчатые, напоминая куриные. Несколько штук я соотнесла к шейным позвонкам. Похоже, я сейчас наткнулась на голову. Но не может же, она быть такой большой? Почему нет? Много ли я знаю про этот исторический период? Да, ученые находили скелеты различных животных и птиц, но, опять же, я это знала вскользь, из очередных новостей по телевизору.

Размышляя, я не заметила, как расковыряла вокруг находки довольно-таки большое углубление. Прервавшись, стала разглядывать то, что все еще находилось в земле, но по его очертаниям можно было понять, что это все же птица. Но, какая большая!

Огромный череп птицы, размером с ведерный казан, выпучивался из грунта, а его продолжением был такой же крупный, но короткий клюв, загнутый на конце, как у попугая.

– Ого! – вырвалось у меня. Обведя взглядом бригаду помощников, увидела такое же удивление на их лицах. – Ну, что замерли? Копайте ямку для глины в другом месте. А эта у нас теперь для дальнейших раскопок. Надо же откопать находку до конца.

Ребятня, поглядывая на меня, отошли в сторону шагов на десять, на мой взгляд, и возобновили работу над моим заданием.

Периодически отрываясь от собственных раскопок, наблюдала за детишками. Работа у них спорилась, и вскоре, можно будет поместить шкуру с глиной в подготовленную воронку.

Я же, почти закончила откапывать голову неизвестного животного, вернее птицы.

Старшие ребята, тоже не стояли без дела. Их я обязала оттаскивать грунт, который я вынимала, в сторонку, чтобы не обваливался в яму. Моими усилиями, его скопилось уже приличная горка, и он мешал дальнейшей работе по откапыванию объекта.

– Сол, – отвлекли меня дети, – посмотри, сколько еще рыть?

– Заканчивайте, я сейчас подойду, только тут закончу.

– Ах, какие вы молодцы! – похвалила детвору за труд. – Что бы я без вас делала? Вот и запомните ребятки на будущее: «Дружно за дело взяться и пустыня зацветет!» – опять во мне заговорил голос бывшего воспитателя. Но, может, это и хорошо? Труд-то он объединяет, на глупости меньше времени остается. – Давайте, теперь все вместе подтащим то, что мы принесли, и поместим в эту ямку и зальем водичкой. Ведер у нас нет, так что носим в ладошках, чтобы все было покрыто водой.

Детворе все было в радость, и мою оговорку про ведра, пропустили мимо ушей. Но это малыши, а вот старшенькие, незнакомое слово быстро уловили.

– Сол, а что такое ведра? – на меня с недоумением уставились около десятка глаз. – Ведра? А, ведра, – включила я дурочку. – Ну, это такое… такое? Ну, как вот эта штука, что еще до сих пор в земле и в них носят воду.

Мальчишки перевели взгляд в яму, где покоилась голова крупной птицы, и до ее извлечения оставалось совсем немного.

Фу-х! Вроде пронесло! Вот же любопытные! Вот тебе и каменный век!

Вернувшись к работе, продолжала вынимать грунт, все больше освобождая от него находку.

– Ну-ка помогите, – попросила старшеньких, краем глаза заметив, что младшие, справившись с работой, выстроились полукругом и наблюдали за нашими потугами.

А мы, подхватив оголившийся череп, стали вытягивать его из ямы в сторону реки, чтобы смыть прилипшую грязь.

В реке, череп, наполнившись водой, стал увесистее и потянул нас на дно. Держать такой груз было тяжело, и кое-кто из ребят убрал руки.

Да! Ноша эта детям не по зубам!

– Бросайте! – крикнула. – Я сама!

Нырнув вслед за пошедшим ко дну черепом, стала вымывать из его полости землю. Пару раз выныривая, чтобы вдохнуть полной грудью, снова возвращалась к находке.

Убедившись, что череп освободился от земли, еще немного его промыла и, набрав чистой воды, поднатужившись, стала вытаскивать его на берег. Наблюдающие за мной парни, тут же кинулись на помощь.

Общими усилиями, мы наконец-то справились с непосильной ношей.

Я еще не была до конца уверенна в своей задумке, но увидев, что вода из черепа не вытекает, чуть ли – не заплясала вокруг, как шаман с бубном.

Но, радоваться еще было рано. Ведь надо еще опробовать в деле.

– Ребят, сейчас идем и несем это к бабуле. Воду постарайтесь не разливать.

Как мы не покалечились, пока несли эту махину – одному Богу известно! Но когда донесли, собрали всех любопытных, так и сопровождавших нас до самого вигвама бабули.

Бережно опустив на землю ношу, приказала ребятам продолжать поддерживать.

– Ба, мясо есть? – спросила удивленную старушку. Видано ли это, снова собрать всю деревню в течение нескольких дней моего пребывания в поселении.

– Да вот, отец принис з охоти, – бабуля на весу держала небольшую, уже освежованную, тушку не то оленя, не то косули.

– Хорошо! Просто отлично! Режь ее на куски! Ребят, переносим наше «ведро», на костер и, очень, аккуратненько ставим на центр, – командовала я, оценивая ситуацию. – А вы чего стоите? – обратилась к подошедшим мужикам. – Видите, ребята надрываются – помогите им!

Встрепенувшиеся мужчины, подскочили к парням и стали поддерживать ношу, а я обкладывала череп камнями так, чтобы под низ можно было подсунуть дрова.

– Ба, а какие-нибудь коренья или клубни есть, которые вы едите сырые, или запекаете?

– От чого же не быть. Усе у нас есть, – не отвлекаясь от работы бабуля, крикнула в толпу, – Нэя, принись шо учора найшли!

Закончив обкладывать камнями наш «казан», положила дрова в виде колодца и приказала мужикам отойти.

Подсунула под поленья тлеющие угольки, и подула. Кора на дровах задымила, и тут же вспыхнула, объятая пламенем.

Заметив мои потуги, ребята то же самое проделали с других сторон. Огонь дружно пожирал дрова, а те под его натиском потрескивали, меча искры.

– Ну, ба, – подошла я к старушке, заканчивающей разделывать тушку, – теперь давай положим мясо в воду и будем ждать.

– Чого ждать? – спросил любопытный мужчина, стоявший ближе всех к костру.

– Ждать… – с усмешкой смотря на поселянина, процедила сквозь зубы, – когда огонь поджарит твои яйца.

Те, кто услышал мои слова, заржали. И по цепочке стали передавать мой ответ. Вскоре, все поселение гоготало над наивным мужиком.

Когда на поверхности воды с мясом стала появляться коричневая пена, обрадовалась – процесс варки идет! Значит черепок целый, и я смогу накормить поселение вареным мясом.

Подошедшая женщина протянула мне чистый клубень, желтоватого цвета.

Взяв его, я покрутила, разглядывая, а затем поднесла к носу и понюхала – репа. Так может пахнуть только репа. Нет, редька тоже имела почти такой запах, но более острый. Для надежности, куснула бочек плода. Смакуя во рту сладко-острый вкус овоща, еще раз убеждаясь, что это репа. Заметила, что женщина держит еще два таких же корнеплода.

Хотела положить их к мясу, но там уже плотной грязной шапкой скопилась пена, и ее надо было срочно убрать, иначе сейчас как вылезет за края и загасит костер.

Но тут не растерялась бабуля. Резво подскочив к «чану» стала снимать пену, каким-то приспособлением, напоминающим ложку.

Покончив с пеной, бабуля положила в воду чистые корнеплоды и подошла ко мне, протягивая палку, утолщенную с одного конца, но имеющего небольшое углубление.

«Поварешка же это! – обрадовалась про себя, продолжая рассматривать изделие. – Интересно – это дело рук природы? Или все же – рук человека?»

– Ба, а еще такие штуки есть?

– Да, у лису мижно скико хошь знайти, – пожала плечами старушка. – Нам то зачем?

– Теперь надо будет много! Чтобы в каждом шалаше было и на каждого человека. Потому что – это ложка, и ей мы будем хлебать суп, – сказав это, зачерпнула, кипящего бульона, и поднесла к губам. Слегка подув, втянула жидкость в рот и тут же выплюнула.

Да! Это был бульон, и он уже насыщался ароматом мяса и репы, но был совершенно не соленым.

Ошарашенные моими действиями поселяне с испугом смотрели на меня.

– Соль! Нужна соль! – выкрикнула я, вытирая рукой жирные губы.

– Силь? А шо цэ таке? – поинтересовалась бабуля.

– Соль? – я задумалась, как объяснить дикарям вкус необходимого продукта. Я-то ее случайно нашла в горе, но здесь-то долина, а, насколько мне известно, солончаки можно найти и в степях. – Ну, она такая бяка, – я скривилась, чтобы хоть как-то объяснить, – может в ямах лежать или на земле, як каменюка, но била, як у тэбе волосья.

– Сол, – обратился ко мне мужик, над которым давеча смеялась вся деревня, – я тут видел недалече. Ее вот эти лизали, – он приставил пальцы рук к голове, изображая рога, – ну и я тож попробовал. И плюнул як и ты. Но, у мэне чуток есть.

– Неси! – скомандовала я, обрадовавшись сообразительности мужика: «Не так уж он и глуп!»

Дрова вокруг «казана» прогорели. Мясо больше не выпускало пену. Я сгребла еще схватывающие, перекатывающимся огнем угли и разложила их под емкостью.

Бульон, в который я добавила грязноватую соль, едва кипя, уже издавал аромат, собирая вокруг «казана» сельчан.

– Ба, прикажи им, чтобы ложки несли, сейчас пробовать будем. Да не забудь про Зорика! Ему в первую очередь отобрать надо. Да хоть в тот же рог!

Бабуля даже рот не успела открыть, как около нас никого не осталось. Вот, что делает с людьми голодный интерес.

Полог нашего вигвама откинулся и, щурясь от солнца, появился мой папуля. По раздувающимся ноздрям поняла – его разбудил аромат супчика.

– Па, давай просыпайся, а то самое интересное проспишь! Сейчас поселяне сбегутся, все до капли вычерпают.

Действительно, к нам быстрым шагом устремились от мала до велика. Всем хотелось попробовать то, что сотворила Сол. Лишь бы хватило, а то обидно будет, если кто-то останется обделенным.

Где бы еще такой черепок найти? Тогда уж точно проблема решится. Лида, там же глина вымачивается! Буду пытаться из нее ваять посуду.

Самую первую ложку пробы супа, как старейшине поселения, я протянула бабуле. Сложив губы трубочкой, она втянула жидкость и вытаращилась на меня.

– Что? – спросила я испугавшись. – Не годится?

– Сол, – шепотом проговорила ба, – что это?

– Ба, – пожала я плечами, – это суп! И его надо варить. А для этого нужны горшки. А для горшков глина. Вот ее мы и начнем завтра носить к реке. А для этого нам понадобится много, много рук. И много, много ног, чтобы ее вымесить.

Пока мы беседовали с бабулей, очередь по дегустации супа пошла по второму кругу. Мясо я вытащила и, разделив на мелкие кусочки, также предложила попробовать каждому.

Конечно, с двух ложек не наешься, но интерес к такой еде я у соседей точно пробудила. И теперь передо мной стояла задача, научиться делать горшки из глины и обеспечить ими все поселение.