Читать книгу Приключения попаданки в каменном веке Книга 2 - Группа авторов - Страница 8

Утро добрым не бывает!

Бабуля трясла меня за плечо, пытаясь разбудить, а я бессвязно мычала и отмахивалась.

– Доню, проснись, – настаивала бабка, – Зорик сгорает. Мечется, что-то бормочет. Не знаем мы, что делать? Ты щепку вытаскивала, тебе и дальше его смотреть.

– Горит, говоришь? – поднялась, но глаза разлепить так и не смогла – не было сил. – Это плохо! Но, что-то делать надо? В голове роем носились идеи, но неожиданно выхватила одну. – Ба, а куда ты дела вчерашнюю шкуру кролика, в которой мы держали воду, когда я оперировала?

– На улице, шо с ней буде? А шо такое опяриворала?

– Ба, оперировала! – прыснула со смеху, просыпаясь окончательно. – Я тебе потом объясню, что это такое? – посмотрела по сторонам, у камня, на котором, скорее всего, разделывают мясо, потому что он был весь красно-коричневый и вокруг него роились мухи, валялась никому ненужная шкура вчерашнего кролика. Она немного подсохла и стала жесткой. Но воду в нее можно налить. – А где мне найти Рома? Он сейчас нужен как никогда.

Стоило произнести имя парня, как его заспанная голова, высунулась из соседнего шалашика.

– Сол, ты че хотела?

– Воды принеси – недоразумение, – распорядилась, передавая шкуру подошедшему парню. – И веток от куста, что у воды растет, наломай.

– Доню, – подошла, проявляя интерес бабуля, – ты, шо удумала?

– Ба, разжигай костер пожарче, и кидай в него камни, небольшие, но чистые. Есть у меня задумка одна. Лишь бы все получилось.

Бабуля вернулась к костру и, разворошив в середине угли, подсунула сухих веток, а сверху накидала коротких бревнышек. Огонь, жадно съел наживку и перекинулся на более крупную еду, объяв пламенем.

Пока разгорался костер, решила наведаться к раненому. Едва вошла в шалашик, как в нос ударил едкий запах гноя.

– Фу! – выдохнула, приблизившись к мечущемуся в жару мужчине. – Ну и вонища! Как он? – спросила, сидевшую рядом женщину, не надеясь на ответ, и дотронулась тыльной стороной ладони до лба. По прикидкам, жар был под сорок. – Давно он такой?

– Это ты виновата! Ты! – словно очнулась баба и, подскочив с места, кинулась на меня, пытаясь уцепиться за волосы.

Перехватив вовремя тянущиеся ко мне руки, сделала ей подсечку и повалила на пол.

– Ты, совсем сума сошла? – прошипела, удерживая ладонями ее за запястья, зажатые над головой. – Мужик еще жив, и я буду бороться за его жизнь своими методами, хоть ни разу и не врач! И, запомни, будешь мешать – убью!

Напуганная моей реакцией баба и прижатая моим маленьким, но тренированным телом, затихла и тихонько подвывала.

– Его надо обтирать прохладной водой, – прошептала, глядя в глаза дикарке, но тут же, спохватилась: тряпок-то нет! И где выход? Но вспомнила, как сама металась в бреду, а рысь поливала мое лицо водой. – Где шкуры? Неси все!

Тетка, освобожденная из захвата, но продолжая всхлипывать, поднялась и на коленках выползла на улицу.

Я вернулась к больному и, сняв с него защитный фартук, стала обтирать тело от пота. Пока там тетка возилась со шкурами, я быстро управилась и вернула шкуру, прикрывая причинное место.

Воспаленные края раны мне не понравились, но и что делать в этой ситуации я не знала. Ну, не было у меня опыта в лечении таких больных, от слова – совсем. Что-то подсмотрела в сериалах по телевизору, что-то вычитала, а что-то услышала на лекциях по санитарному минимуму.

Оставив больного, выглянула на улицу, высматривая бабу. Из-за вороха шкур, зажатых в руках, я ее сначала не рассмотрела, а когда она кинула мне в ноги ношу – узнала. Перебирая кучу шкур, выискивала одну: с мягким, но длинным ворсом.

Мороз пробежал по коже, когда рука коснулась небольшой шкурки со знакомым окрасом. Кисуля, моя доверчивая Кисуля, пала жертвой своего любопытства.

– Откуда это у вас? – ткнула шкуру в нос тетке и ядовито процедила. – И как давно? – спасать мужика сразу расхотелось. Это будет моя месть за убитую рысь!

– Сол, ты чего? – не нашлась, что ответить побледневшая женщина. – Это же хищник! Зорик на охоте убил. Много ночей уже прошло. Шкура-то старая уже – смотри, – баба, выхватив из моих рук шкурку, перевернула внутренней стороной. В местах, где когда-то была жировая прослойка, имелись ходы и дырочки, оставленные молью.

– Фу-ф! – выдохнула, осев на землю. Рванув, стала разделять шкуру на полоски, по ширине лба. – Теперь воды надо. Много воды и желательно холодной. Из речки не пойдет, она – теплая и грязная. Может быть где-то тут, родник есть?

– Шо це родник? – удивилась баба.

– Вода из земли, – стала объяснять и показывать раками.

– Тут недалече есть, – указала тетка куда-то в сторону за поселение. – Ходим пить туда.

– Мне нужна вода, – я сложила ладони лодочкой, – твоему Зорику надо много пить, – поднесла ладони ко рту и втянула воздух, имитируя воду.

Но, тут подошел Ром, держа в одной руке шкуру, наполненную водой, а в другой ветки ивы. Вот их я разглядела еще в то время, когда меня укусила змея.

– Что делать дальше, Сол?

– Пойдем к бабе, – забрав ветки у парня, направилась к своему вигваму. – А ты, ищи что-нибудь, из чего будем поить Зорика, – обратилась, не поворачиваясь к тетке.

Подойдя к своему костру, капнув на камни водой, убедилась, что они достаточно прогрелись.

– Ром, подойди ближе к костру и открой мешок, – парень недоверчиво сделал пару шагов и остановился. – Не бойся, тебе ничего не грозит, лучше присядь.

Ром присел, поставил на землю шкуру и развернул, в которую, я тут же кинула поломанные ветки ивы. Взяв в руки две крепкие палки, выгребла из костра на край один из камней и, подхватив его подручными средствами, поднесла к мешку с водой.

– Не суй нос! Отвернись, а то мало ли паром обдаст.

Ром отвернулся, продолжая наблюдать краем глаза за моими манипуляциями. Я же, раздвинула палки, и камень, плюхнулся в воду, шипя, поднимая клубы пара. Я удовлетворенно вздохнула и отправила в мешок еще один камень. Вода в мешке постепенно стала приобретать бледный, коричнево-зеленый цвет. Потрогав пальцем воду, убедилась, что она нагрелась и это радовало. Бабуля стояла рядом и, не проронив ни слова, следила за моими действиями.

– Ба, помоги Рому нести мешок, – попросила любопытную старушку, – пойдем к Зорику, будем бедолагу спасать.

Подойдя к шалашу Зорика, обнаружила, что нас встречает все население поселка, а его жена, откинув полог, пропустила нас вовнутрь.

– Тихонько садитесь здесь, – указала бабуле и Рому их место. Коснулась рукой по-прежнему горячего лба потерпевшего. – Протирала тело? – женщина утвердительно кивнула, а я заметила около тела горку использованных шкурок. – Продолжай! Надо найти из чего будем поить больного. Пойду, народ потревожу. Может быть, что-нибудь подберем.

Выбираясь на улицу, заметила половинку скорлупы от мелкого яйца. Было бы чуть побольше, как раз бы сгодилось. Подхватив на крайний случай скорлупку, вышла к толпе. На меня напряженно уставилась сотня глаз.

Обведя взглядом дикарей, подняла руку, демонстрируя половинку скорлупы, произнесла:

– Внимательно смотрите на это. Мне нужна емкость, похожая на эту, но больше, чтобы поить Зорика. Несите все! А я посмотрю, и выберу наиболее подходящую посудину.

Народ, как ветром сдуло. Я даже расстроилась, подумав, что больше никого не увижу.

Когда я уже направилась в шалаш Зорика, ко мне кинулась девчушка, прижимая что-то к себе.

– Ну, что там у тебя, милая? – потрепала ребенка по волосам. Девочка разжала руки и я увидела яйцо, и даже подумала, что оно целое. Повертев в руках, обнаружила небольшое отверстие, а заглянув в дырочку, разочаровалась – скорлупа была испещрена мелкими трещинами. – Малышка, мне очень жаль, но оно не выдержит и лопнет, прежде, чем я напою Зорика.

Оторвавшись от девчушки, увидела дикарей, которых я уже гордо могла назвать людьми.

Каждый член поселения держал в руках что-либо, по их мнению, подходящее, но я была вынуждена их разочаровать. Ничего, из того что принесли жители – не годилось!

Неожиданно, я увидела стоящую в стороне женщину и прижимающую к груди, что-то до боли знакомое.

Подойдя к ней, я взяла из ее рук предмет, уверенная в своей догадке. Рог! Это был коровий рог! А может и не от коровы, а буйвола? Коров я в поселении не видела, видимо еще не приручили. Заглянув вовнутрь, обнаружила, что емкость чистая. Растрогавшись, обняла женщину и как можно быстрее вернулась в шалаш.

Зачерпнув из мешка настоянной жидкости светло-коричневого цвета, попробовала на вкус. Настой был готов! Теперь оставалось напоить больного.

Жена Зорика, подняла его голову, а я, поднеся к губам емкость с настоем, надавила на нижнюю губу и влила немного жидкости в образовавшуюся щелочку.

Очень боялась, что больной не сможет сделать глоток, но все прошло как по маслу. Споив Зорику целый рог настоя, зачерпнула еще порцию и стала обмывать ранку, придерживая полоской шкуры воду.

– Ром, я где-то у реки видела такие большие листья. Сбегай, а я подержу вместо тебя мешок. Только побултыхай в воде, чтобы пыль смыть.

Парнишка, мигом юркнул на улицу. Не прошло и пяти минут, по моим подсчетам, как мне в руки сунули целую охапку листьев лопуха.

То, что надо! Взяв один из листьев, стала его мять в ладошках, пока не появился сок. Мятый увлажненный лист я приложила к ране, а сверху закрыла целым, и закрепила все куском шкуры.

Пока возилась с ногой больного, обратила внимание, что жена Зорика тщательно вытирала пот с его лба.

– Вот, теперь давай вот этим настоем, его оботрем, хуже не будет.

Бабуля держала мешок с настоем, и молча, наблюдала за моими манипуляциями. Думаю, вопросы еще будут. Как же без этого.

Мы сидели у импровизированной постели и практически каждый час: я вливала в рот порцию настоя, и меняла повязку на ране. Какая находка этот рог! Интересно, от какого он все-таки животного? Когда настоя в мешке оставалось на донышке, тело Зорика покрылось испариной, а я, вздохнув, отметила, что температура больного пошла на убыль. Значит, будет жить!

– Ба, – обратилась к заметно уставшей старушке, – ты, иди – отдохни, да пришли кого на замену в помощь. И еды бы какой-нибудь.