Читать книгу Новое дело о мертвых душах - - Страница 13

Артемий уже почти два часа ехал на дачу к своей однокурснице. Удивительно: разгар июня, будний четверг, а электричка, как огурец семечками, набита раздраженными пожилыми дачницами. И почему они все еще не на своих участках? Сейчас же самый сезон посадок!

Мало того, что приходится стоять на ногах весь путь, так еще и слушай их перепалки, бесконечные разговоры о сортах помидоров и методах борьбы с проволочником и какими-то другими желающими подкрепиться их урожаем! И природа под стать ситуации нагнетает. Низкие фиолетовые тучи заполонили все небо: вот-вот разразится гроза. А самое ужасное то, что, кажется, начинается мигрень…

И угораздило же его так долго не отдавать учебник Ольге! Теперь вот ехать чёрт знает куда, потому что она решила, что готовиться к экзаменам будет на природе.

Когда электричка подползла к нужной станции, случилось невероятное: все бабушки, как по команде, покинули вагон за остановку до того как и ему надо было выходить. "Ну конечно, – подумал он, – закон подлости в действии". Тем временем мигрень обращала на себя всё больше внимания.

Стоило ему ступить на платформу – небо решило сбросить своё напряжение, и на землю обрушился мощный ливень. «Потрясающе, а у меня и зонта нет!» – простонал парень.

Артемий, прикрывая экран телефона рукой, пытался разглядеть и запомнить, в каком направлении ему двигаться. Мерзкие крупные капли колотили его по макушке, а потом стекали по лбу и застилали глаза. Самая гадкая попала за шиворот и пробежалась холодной дорожкой до самой поясницы. Но через какое-то время это уже не имело значения: вода пропитала его одежду и обувь насквозь.

Молодой человек направился в сторону леса. Запах дождя становился все более насыщенным, и, возможно, он был даже приятным, но Артемий об этом совершенно не думал. Ещё и тропинка, по которой надо было идти, превратилась в самый настоящий ручей. Травы и листья скользили под ногами…

Через полчаса ливень стал стихать, а небо светлеть. Но замерзшего до самых костей и заблудившегося Артемия это совершенно не радовало. К счастью, рядом с одним из домов он увидел деда, непонятно что забывшего на улице в дождь. В руках у него было большое пластиковое ведро. Когда Артемий подошел ближе, то понял, что ведро пустое. «Хорошо, что не бабка,» – подумал он (иногда, как ни странно, он верил в приметы). – «Хотя удача и так уже доказала, что она сегодня не на моей стороне».

Дед с жалостью посмотрел на Артемия, уверил его, что тот идёт в правильном направлении и через пять минут будет на месте. Когда Артемий подходил к точке назначения, дождь уже совсем закончился, а на небе показалось вымытое лучезарное солнце.

Дом Ольги был деревянным, двухэтажным и сиреневым. Вместо забора от дороги его отделяла большая канава, наполненная водой. Через неё был перекинут маленький деревянный мостик. По краю канавы с внутренней стороны росли шикарные кусты сирени. И она цвела. Парень уловил ошеломительный запах нежности и сладости. «Сирень после дождя… У мамы, кажется, духи такие были».

Околдованный запахом, Артемий на мгновение даже забыл о том, что в данный момент он ощущал себя, как побитая жизнью собака. Через мгновение дверь домика открылась, и он увидел Кристину. Девушка радостно помахала ему рукой, а потом побежала навстречу – с растрепавшимися кудряшками, в бежевом шерстяном свитере, потёртых джинсах и смешных резиновых тапках, обрамленных искусственным мехом.

– Артемий, что ты тут делаешь? Да ты же весь промок!

– Я привёз учебник Ольге! Где она?

– Она ушла со своим парнем в поход, вернется завтра утром.

– К экзаменам надо готовиться. Какой поход? – проворчал Артемий.

– Боже, Артемий! Заходи скорее в дом! Ты же простынешь и замерзнешь! Хотя не так – сначала замерзнешь, а потом простынешь. Сейчас буду тебя согревать!

Дом был небольшой, но уютный. Кристина привела Артемия в первую комнату: то ли гостиную, то ли кухню. В центре располагался деревянный столик, на котором в вазе стояли разноцветные беспородные цветы, явно сорванные заботливыми руками Кристины на участке. Рядом стояло несколько стульев с мягкими подушками.

– Артемий, я тебе сейчас принесу сухую одежду, найду что-нибудь подходящее в старых вещах отца.

Кристина вернулась, вручила парню стопку одежды и мягкий бежевый плед.

– Переодеться можешь в другой комнате. Вон там.

Артемий отправился переодеваться. В центре комнаты стоял мольберт с картиной, на которой был изображён букет сирени в вазе. Картина была еще не закончена, но то, что Артемий уже увидел, очень впечатлило его. На столе в углу лежала палитра, вся в пятнах сиреневого, синего и белого, и кисти различных размеров. Рядом на полке были разложены тюбики с масляными красками и акварелью, каждый тюбик был аккуратно подписан.

Тем временем Кристина налила горячий чай в большие бордовые кружки и поставила на стол миску с вишневым вареньем.

Артемий вернулся, чувствуя себя немного неловко в толстых спортивных штанах и смешной полосатой рубашке. И тут он почувствовал аромат чая и варенья. Ему стало очень уютно и спокойно. Он вспомнил, как о нём заботилась бабушка. Вспомнил и то состояние, когда можно ни о чём не переживать, а только наслаждаться моментом: запахами, тихими голосами, звуками капель, падающих с деревьев…

– Вживую я твоих картин ещё не видел, – сказал Артемий, присаживаясь и заворачиваясь в плед.

– Я пишу её уже неделю. Люблю сирень. Мама с бабушкой хотели убрать эти кусты, – и Кристи махнула рукой в сторону окна, – но мы с Олей не дали. А знаешь, на языке цветов букет сирени означает первую любовь. – Кристина сначала опустила глаза, а потом подняла их на Артемия и посмотрела с вызовом. – И мне это очень нравится. Смотри, что нашла! – девушка достала из глубины шкафчика большой тульский пряник в виде кошечки. – Ждал праздничного момента, – и она улыбнулась.

Артемий и Кристина пили чай. Парень рассказывал смешные истории из жизни и наворачивал варенье. Но его всё ещё немного знобило, приходилось кутался в плед. Постепенно он соорудил вокруг себя мягкий кокон. Кристи это заметила и предложила несильно затопить печку.

– Не переживай, печка – это обычное дело в такую погоду – и она сново смущённо улыбнулась.

Печка была небольшая, какая-то современная, с прозрачной стеклянной дверцей, через которую можно было любоваться на огонь. Рядом лежал пушистый ковер, который показался Артемию на удивление приятным и уютным, как и всё в этом доме.

Артемий, любивший (а это мягко сказано) чистоту, ковры не уважал, потому что считал, что в них прекрасно живут бактерии, микробы, какие-нибудь клещи и бог знает кто ещё. И в своём жилище он не допустил ни одного ковра. Даже тот, который подарила бабушка на новоселье, отправился к другу на дачу. Правда не сразу. Бабушка приходила в гости и восхищалась, как же прекрасно ковер подходит к занавескам и как хорошо, что Тёмочке не холодно, а то, ишь ты, привык ходить без тапок. Подруга посоветовала пролить на ковер зелёнку. А с бабушки в День рождения Артемия было взято обещание не дарить новый ковер на смену пострадавшему. Бабушка поохала, но смирилась. Ковёр забрал Глеб, а его мама постелила его на диван вместо покрывала и очень радовалась тому, как же хорошо и удобно вышло. «Бр, фу», – вспомнил это Артемий.

От мыслей про ковры его отвлек забарабанивший в стекло дождь, и Артемий посмотрел наружу с тоской.

Время шло, а ливень становился всё сильнее.

– И ты хочешь сказать, что Ольга в походе в такую погоду?

– Ага, непредусмотрительно было не посмотреть прогноз погоды, – Кристина засмеялась. – Не переживай за неё, она в палатке с любимым человеком. Ей тепло.

Ребята сначала пообедали, а потом поужинали, а на улицу все так же не хотелось выходить.

– Арт, кажется тебе придется попрощаться с идеей отправиться сегодня домой. Идти сорок минут до электрички под дождем даже с зонтом человеку, который с утра уже промёрз, опасно. Я тебя не отпущу.

Артемий, о чём-то задумавшись, вопросительно посмотрел на Кристину.

– Не переживай, ты меня ничем не стеснишь. Всё будет хорошо. А утром выглянет солнце.

Кристи ещё раз затопила печку. Ребята сидели на ковре напротив неё, пили волшебный горячий шоколад со специями, приготовленный Кристиной, и смотрели на танцующий в тесном пространстве огонь. Казалось, что сам этот летний дождливый вечер закутывает их вместе в одно большое одеяло и пододвигает всё ближе и ближе друг к другу.

Артемий нёс ерунду про какие-то машины друзей, которые постоянно ломались. А Кристина смотрела на него и очень мило смеялось. В какой-то момент им обоим показалось, что пространство вокруг распадается на атомы, время замирает, и остаются только глаза друг друга, мерцающие в них блики, тени от ресниц на щеках и непонятно откуда взявшееся томление в сердце.

Кристина первая не выдержала и потянулась к Артемию, чтобы его поцеловать. Это вывело его из волшебного межвременья.

– Кристи, прости! Мне так хорошо с тобой, но я не могу тебе ничего обещать, понимаешь? Я не могу подарить тебе завтра.

– Тогда люби меня сегодня так, как будто бы нет никакого завтра!

Утром Кристина и Артемий снова пили чай. Но уже молча. Артемию было неловко, и он старался не смотреть на Кристи. Вообще всё этим утром он воспринимал обострённо. Даже, казалось, чайная ложечка невозможно громко бьётся о края кружки. По щекам Кристи блуждал румянец, но глаза у неё были грустные. Ведь завтра всё-таки наступило. Артемий обнял Кристину на прощание, а затем быстрым шагом перешёл маленький мостик. Он успел пройти ещё несколько шагов по дороге, когда Кристина его догнала и вложила ему в руку букет сирени, быстро поцеловала в щеку и убежала обратно к домику, не оглядываясь.