Читать книгу Новое дело о мертвых душах - - Страница 5

Артемий и Кристина оказались в длинном коридоре с белыми стенами и множеством одинаковых дверей. Свет в помещении был настолько ровным, а белый цвет – таким чистым, что иногда ощущение границ терялось, и тогда молодым людям казалось, что сейчас они начнут падать в нечто бесцветное, бесформенное и бесконечное.

Здесь находились и другие души. Некоторые спокойно о чём-то переговаривались, а кто-то не мог унять свою тревогу. Один мужчина наворачивал по коридору уже сотый круг, молодой парень скорчился у стены и раскачивался, обхватив голову руками. Женщина громко кричала: «Я сплю! Я сплю! Сейчас я проснусь!» Всё это делало обстановку давящей.

Практически сразу к вновь прибывшим подошла женщина и со словами «детям не сюда» забрала Гришу. Он обернулся к Кристине и помахал ей рукой. Девушка вздохнула. Конечно, хорошо, что мальчик больше не призрак, но она так и не помогла ему встретиться с мамой…

Внезапно Артемий вспомнил, по чьей вине они с Кристи оказались здесь. Всё внутри молодого человека сжалось…

Кристина, будто почувствовав это, взяла Артемия за руку и переплела его пальцы со своими. Очередь двигалась медленно. Время от времени кто-то из ожидающих душ исчезал за дверью. Разговаривать не хотелось, и они так и стояли молча, держась за руки.

Наконец-то подошла очередь Кристины.

– Я с тобой, – прошептал Артемий, стараясь изобразить на лице уверенную улыбку. Девушка кивнула и сжала его пальцы.

За дверью находился кабинет в лучших традициях государственного учреждения советского времени. Стены тёмно-серого цвета, пол покрыт линолеумом с рисунком под паркет. Массивный деревянный стол с ящичками, громоздкие стулья с мягкой тканевой обивкой… Занавески на окнах были тёмно-коричневыми и такими плотными, что у света снаружи не было бы шансов пробиться сюда. Пахло старыми документами, чернилами и пылью.

Артемий был настолько удивлён унылостью увиденного, что на мгновение даже забыл, зачем он здесь:

– Хоть бы цветок какой в горшке. Что за тоска…

Сотрудница была одета в строгий серый костюм: юбка, жакет и белая блуза. На ногах бордовые туфли на низком каблуке. Волосы аккуратно зачёсаны назад и завязаны в тугой пучок. Макияж на лице отсутствовал, лицо никаких эмоций не выражало.

Внимание Артемия сразу привлёк грубый черный советский дисковый телефон, стоявший на столе.

Это всё выглядело таким странным, что Артемий, поздоровавшись, не удержался и спросил:

– А почему здесь всё так выглядит?

– Пространство формируется в соответствии с его назначением. Это место – транзитная зона, где решаются формальности. Здесь нет места индивидуальности, творчеству или комфорту. Только функции. Эта обстановка помогает прибывшим быстрее осознать, что их земная жизнь со всеми ее привязанностями закончилась. Проходите. Садитесь, пожалуйста, – женщина указала Кристине на стул напротив себя.

Девушка села, бросив на неё робкий взгляд.

– Ознакомьтесь с документами и правилами вашей дальнейшей жизни, поставьте подписи там, где галочки, – сказала женщина, доставая из ящика стола папку с бумагами.

– Простите, что это за документы? – немедленно подал голос Артемий, его шок от обстановки сменился профессиональной цепкостью. – Моя… Кристина ничего не будет подписывать, пока я не ознакомлюсь с документом. Кто вы и какую организацию представляете? На каком основании вы здесь действуете?

– А этот мужчина кто? – спросила женщина, указывая на Артемия. – И зачем он здесь?

– Я её адвокат, – нашёлся Артемий. – И я тоже хочу ознакомиться с документами.

Женщина медленно подняла на него взгляд, лишенный всякого выражения.

– У вас нет аккредитации, – отчеканила она, будто констатировала очевидный факт. – Ваше земное удостоверение здесь не более чем сувенир. Вы не числитесь в реестре представителей нашего Департамента. Ваше присутствие здесь – системный сбой. Помеха в данных. А теперь, пожалуйста, не отвлекайте меня от работы, у нас график.

Она протянула папку Кристине, демонстративно игнорируя Артемия.

– Довожу до вашего сведения. Согласно входящим данным, вами было заключено соглашение о полном отчуждении души в пользу Дьявольского альянса. Поэтому вы подлежите переводу в сектор постоянного содержания на минус первом уровне. Вот подтверждающие документы. Ознакомьтесь.

Девушка дрожащими руками взяла папку. Все прошедшие годы она старалась не думать, что её беседа с таинственным незнакомцем на выставке и последовавшее затем рукопожатие значили именно это. Иногда она просыпалась по ночам в тревоге, будто вспомнив, что совершила что-то ужасное. На лбу выступал пот, в области солнечного сплетения завязывался противный комок. Но довольно быстро Кристина успокаивалась, прильнув к такому тёплому и такому земному Артемию. “Ничего же не было. Ну подумаешь – поговорили. Люди вообще много болтают и зачастую такой бред несут, на следующий день и вспоминать стыдно. И юмор у всех разный. Кому-то нравится эта напускная глубина и инфернальный флёр. Тем более этот разговор никому не причинил вреда…” Но в глубине души она чувствовала, что врёт себе. Никогда уже образ незнакомца со страшными чёрными глазами не покидал её памяти. Иногда он прятался там, но в любой момент мог вновь обратить на неё свой испепеляющий взор.

И вот среди документов лежала “Выписка из Хроник акаши о существенных условиях устной сделки”. Контракт несомненно существовал. Девушка взяла в руки плотный желтоватый лист. Буквы плясали перед глазами, но она заставила себя читать мелкий витиеватый шрифт. В графе “Исполнитель” было указано: Уполномоченный агент департамента Нижних сфер Павел Попандопуло. Видовые особенности: парные роговые отростки, хвост отсутствует. Статус: работник отдела искушений.

Когда она дошла до конца, лицо ее стало белым, как стены коридора, который они только что покинули. Она подняла на секретаря огромные, потемневшие от ужаса глаза.

– Чёрт..

И сказанное никогда еще не звучало так двусмысленно.

***

Артемий вырвал из оцепеневших рук Кристины не договор, а один-единственный, странно холодный на ощупь лист бумаги. Это было не юридическое полотно с мелким шрифтом, а нечто гораздо худшее. «Уведомление об исполнении обязательств по устному договору № 182/12». Текст был коротким и убийственно четким, набранным бездушным, казенным шрифтом.

Исполнитель: «Дьявольский альянс».

Заказчик: Соколова Кристина Евгеньевна.

Оказанная услуга: Возникновение у объекта (Евграфов А.С.) устойчивого аффективного состояния («любовь»).

Статус услуги: Исполнено в полном объеме.

К оплате: Душа Заказчика – 1 (одна) шт.

Его брови сдвинулись. Кровь ударила в виски. На лбу выступила испарина, и тут же по спине пробежал ледяной озноб. Он вдохнул поглубже, сжал лист так, чтобы не было видно, как дрожат руки, и понял, что уже ничего не читает. Буквы расползались уродливыми кляксами, заслоняя ему глаза…

Ворох мыслей гудел в голове: чувства другого человека – предмет сделки? Его Кристина… на такое способна? А он? Его любовь – не иллюзия ли? Не результат ли оказанной «услуги»? Артемий привык действовать, биться во все двери, но что делать сейчас? Хотел ли он помочь ей? Или хотел уничтожить за то, что она сделала с ним?

Когда смысл прочитанного окончательно ударил в сознание, Кристина затряслась и побледнела, сжавшись в комочек. Она боялась поднять глаза.

Артемий собрал все силы, выпрямился и положил уведомление перед собой. Он начал задавать вопросы, обращаясь к женщине-служащей холодно и четко, как на допросе:

– На каком основании вы регистрируете устные сделки, предметом которых являются чувства третьего лица? Это нарушает фундаментальные принципы свободы воли!

Женщина за столом даже не подняла головы от своих бумаг.

– Это вне рамок моей компетенции. Я лишь фиксирую основания для распределения. Все претензии – в судебные органы.

Тогда он повернулся к Кристине. Его взгляд был не просто грустным – он был опустошенным.

– Ты… ты согласилась на это? – его голос был тихим, но в этой тишине звенел металл. – Как это вообще возможно – влиять на чувства? Как мне теперь понять, что из того, что я чувствовал, было настоящим?

Он горько усмехнулся.

– Значит, всё это… просто результат сделки? Ты меня не завоевала. Ты меня купила.

– Я не хотела тебя терять! – наконец выкрикнула Кристина, поднимая на него полное слез лицо. – Ты бы не был со мной!

Но Артемий ее уже не слушал. Он еще раз взглянул на нее – маленькую, несчастную и, впервые на его памяти, отталкивающе жалкую. Внезапно его охватила ледяная ярость. Руки сжались в кулаки. Он резко встал и, не оборачиваясь, направился к выходу.

– Артемий, не уходи! – донеслось ему в спину.

Дверь за ним захлопнулась с глухим стуком, отрезавшим ее крик. Кристина осталась одна в тишине кабинета, съежившись на стуле.

Служащая устало вздохнула – не от сочувствия, а от нарушения установленного порядка. Она выдвинула ящик стола и достала какую-то маленькую карточку. Это оказался пропуск, она выдала его Кристине, указала на дверь, которую девушка до того не замечала.

…Артемий шел по коридорам, не разбирая дороги. Сейчас им управляли лишь клокотавшие внутри эмоции: смесь унижения, боли и глухой ярости. Но интуиция – дело такое: не ведая того, шёл он в правильном направлении. В конце концов, толкнув тяжелую створку, он вывалился наружу.

В лицо ударил свежий, пронзительный ветер.

Артемий жадно, со свистом втянул воздух, чувствуя, как холод обжигает легкие. Он оказался в саду, утопающем в зелени, но эта идиллическая картина вызвала у него лишь приступ тошноты. Слишком ярко. Слишком спокойно. Слишком идеально для того ада, который творился у него внутри.

Он подошел к парапету. Здание, как оказалось, стояло на вершине холма. Внизу раскинулся город, залитый мягким розовым светом заката.

Артемий смотрел на это великолепие, но не чувствовал ни радости, ни восхищения. Эта красота казалась декорацией, дешевой и фальшивой. Как будто кто-то натянул красивый баннер, чтобы скрыть гнилую стену.

«Любовь – иллюзия. Контракт – реальность. И этот закат, наверное, тоже прописан в каком-нибудь договоре», – с горечью подумал он.

Но именно эта циничная мысль, как ни странно, привела его в чувство. Холодный ветер остудил разгоряченное лицо. Дыхание выровнялось. Эмоции, еще минуту назад разрывавшие его на части, начали покрываться коркой льда.

Артемий выпрямился и поправил пиджак. Он юрист. Его обманули? Да. Его предали? Безусловно. Но он жив (ну, технически), и он все еще способен мыслить.

Он смотрел на город уже не как на пейзаж, а как на новое дело. Если этот мир существует, значит, у него есть законы. А если есть законы, значит, есть и лазейки.

Вместо надежды в нем проснулся холодный, расчетливый азарт. Он не даст себя уничтожить. Он найдет способ всё переиграть.