Читать книгу Пока мы горим - - Страница 12

Как только Фредди сообщил мне точную дату своих «смотрин» гимнасток, я тут же решил связаться с Коробейниковой и сделать всё, чтобы он не выбрал мою.

Коробейникова отвечает на мой звонок не сразу – либо у неё дела, либо просто тянет время.

– Добрый день, господин Громбольдт, – на её лице появляется учтивая, наигранно тёплая улыбка, – Хотите что-то сделать для Боны?

– Добрый день, госпожа Коробейникова, – я холоден и абсолютно серьезен, – У нас возникли небольшие проблемы.

– Хм, и в чем же дело? Вам нужно больше мест в ложе?

– Нет, – не хочу тратить много времени на разговор с ней, – Один мой знакомый решил приобрести у вас рейба. Я боюсь, что его выбор может пасть на Бону.

– Вам не о чем беспокоиться! – Коробейникова снисходительно улыбается мне, – Рейбы не продаются в частные руки, только из школы в школу, да и вы знаете моё отношение к этим продажам.

Я раздраженно качаю головой:

– Боюсь, дело серьёзнее, чем вы думаете. Этот человек – Фред Макфлай. У него есть связи в спортивном комитете. Скорее всего он сможет надавить на вас.

Она наконец воспринимает мои опасения всерьёз

– Макфлай? Вот как? – Коробейникова машинально подносит руку к лицу и постукивает себя по губе, – Да, в спорте они заметны, но, насколько я знаю, они не так богаты как вы, верно? Можно поднять цены настолько высоко, что Макфлай-старший будет вынужден отказать своему сыну.

– Макфлаи возможно и не самые богатые жители Гигаполиса, но надавить они смогут как никто другой. Уловка с ценами здесь точно не пройдет.

Коробейникова понимающе кивает и так сосредотачивается на поиске лучшего решения, что даже забывает натянуть улыбку.

– Сделаем так, господин Громбольдт, – наконец отвечает она после затянувшейся паузы, – Вы поговорите с господином Макфлаем и попробуете отговорить его от этой покупки, а я в свою очередь сделаю всё, что в моих силах, чтобы избежать этой продажи. Если же это будет неизбежно, я свяжусь с вами и вместе мы найдем выход. Вас это устроит?

Я вижу, что она и сама максимально заинтересована в том, чтобы оставить Бону в спортцентре.

– Да, хорошо. Я согласен, – готов уже отменить звонок, но этикет обязывает подождать её прощальную фразу.

– Прекрасно. Ах, да, раз уж вы позвонили… – передо мной опять мелькает доброжелательная улыбка, – Боне нужно новое снаряжение.

Вот уж хитрая женщина!

– Что? – переспрашиваю я, ослабляя галстук, – Я ведь ещё на прошлой неделе переводил вам деньги на какое-то там снаряжение.

Коробейникова понимающе кивает и улыбается:

– Это было снаряжение для старых номеров, – она всё больше замедляет скорость речи, чтобы я не упустил ни одного слова, – Бона начинает готовить свой собственный номер. Вы сами дали согласие на это, разве не так? Я уже подсчитала возможные расходы, лучше сразу подготовить некоторую часть денег, чтобы впредь не беспокоить вас слишком часто.

Поймала меня на слове, тут уж не отвертишься:

– Хорошо, хорошо. Я отправлю деньги. Но в конце месяца жду от вас финансовый отчёт и записи с тренировок. Куда ушли мои деньги.

– Конечно, конечно! – улыбка уже почти искренняя, – Девочки будут вам крайне благодарны, до свидания, господин Громбольдт.

– До свидания.

Выключаю пусковик без сожаления. За последний месяц Коробейникова уже дважды требовала с меня деньги, и при этом мне только раз удалось попасть на тренировку к Боне. Если она и дальше продолжит в том же духе, придётся предпринять меры для её усмирения…

***

Как и ожидалось, ни мне, ни директору не удалось предотвратить сделку. Фредди Макфлай – единственный наследник в семье, естественно, его отец сделал всё, чтобы сын получил достойный подарок на совершеннолетие.

Правда, я все же смог немного схитрить. Коробейникова должна выслать Бону на время проведения «смотрин», ну а я буду давать Фредди советы с помощью модного советчика господина Попова. Этот человек помогает всем нашим знакомым выбирать всё, что относится к созданию стиля: рейбов, одежду, макияж. С ним даже как-то раз советовалась Ирдэна, после чего поток его клиентов значительно превысил время, которое он мог бы им уделить. Ещё бы, после одобрения Ирдэны, у многих карьера идёт в гору.

В заветный день мы с Фредди и Поповым приезжаем в спортивный центр. Фред как следует приоделся по такому случаю: нежно-салатовый костюм с неимоверным количеством карманов и оранжевый шейный платок. Хочет не остаться незамеченным. Я же, как всегда, в строгом черном костюме. Мне ни к чему весь этот маскарад.

Прежде чем начать готовить гимнасток мы с Фредди решаем осмотреть зал, где всё будет проходить.

Фред нервно меряет шагами арену, поднимая клубы пыли своими идеально начищенными туфлями в малиновую полоску. Я осматриваю трибуны и делаю вид, что хочу найти место получше. На самом же деле я пытаюсь лихорадочно придумать повод, чтобы не оставаться здесь на виду у гимнасток. Меня тревожит навязчивая мысль – вдруг Бона рассказала им про меня и они меня узнают? Тогда она обо всем догадается. Мне, конечно, все равно, что она там подумает, но… Лучше оставаться незамеченным.

– Фредди, я, пожалуй, не останусь в зале, – начинаю я почти безразличным тоном.

– Что? – он нервно оборачивается ко мне, – Но почему? Я думал, ты мне поможешь, – достает платок из кармана и вытирает вспотевший лоб.

Я задумчиво облокачиваюсь о спинку сидения перед собой:

– Думаю, мне лучше посмотреть на всё со стороны.

Он нервно прочищает горло:

– А тут этого сделать нельзя?

– Нет, мне лучше уйти в ложу, – я показываю ему наверх, – Там гимнастки меня не увидят и я смогу спокойно наблюдать за теми из них, что думают, будто ты и Попов на них не смотрите. Они ведь наверняка будут вести себя более естественно.

Похоже, Фредди понял, что я имею в виду. Он, как и я, прекрасно понимает, что правильный рейб должен вести себя как подобает не только на глазах своего хозяина, но и всё остальное время пока он находится в обществе. Нехотя он соглашается на моё предложение.

Мне удается сбежать в свою ложу, и, кажется, всё готово. Фредди решает немного прогуляться, пока гимнасток приводят в должный вид. Через минут десять он возвращается, и шоу начинается.

Стоит отметить, господина Попова я выбрал в помощники не случайно. Мы договорились с ним (за тройной гонорар), что он будет давать Фреду именно те советы, что нужны мне. У нас с ним уже налажена связь через пусковики.

Гимнастки выстраиваются в ряд и ждут распоряжения. Не без удовольствия отмечаю, здесь есть несколько достойных кандидаток. Тут на арене появляется ещё одна девушка. Я не верю своим глазам, это же моя Бона! Как она могла здесь оказаться?! Мы ведь обо всем договорились!

В порыве гнева думаю, что Коробейникова обманула меня, но через пару секунд понимаю – это маловероятно. Во-первых, зачем ей терять такого щедрого спонсора, а во-вторых, помятый и нелепый вид Боны явно указывает на то, что её привели сюда в последний момент. Она даже не успела переодеться.

Фредди медленно обводит взглядом стройный ряд рейбов. Господин Попов учтиво интересуется его мнением относительно соотношения роста и веса рейбов. После коротких переговоров из зала отсылают двух низкорослых гимнасток. Далее вычеркиваются еще трое – их черты лица не актуальны в этом сезоне. Остается около 20 девушек.

Наш распорядитель просит их пройтись, чтобы оценить походку претенденток. В результате строгого судейства уходит почти половина рейбов. Как назло среди оставшихся есть и моя гимнастка. Ну почему она не могла споткнуться?

Фредди сам отсылает ещё нескольких, не объясняя причины, видно просто пришлись не по душе. Остаётся всего пятеро. Бона, коренастая гимнастка с черными отметинами на лице, зеленоволосая, рыжая и бледно-розовая.

Попов отсеивает рыжую и розовую, объясняя это тем, что татуировки на их лицах смотрятся не слишком изящно. Под этим же предлогом он пытается отсеить и Бону, но Фредди не соглашается с ним по этому пункту. Он отказывается от зеленой, остаются двое. Тут я понимаю, что вторая рейб с черными отметинами это та самая гимнастка, что выступала вместе с Боной. Это открытие заставляет меня ещё больше волноваться. Похоже, Фредди изначально оценивал только этих двоих. Я подаю знак Попову, он должен сделать всё, чтобы Фред выбрал черную.

Попов активно промывает мозги Фредди, но тот не спешит с принятием решения. Он отпускает обеих гимнасток и поднимается ко мне.

– Что думаешь, Терен? Голубая вроде ничего.

– Да, ну, – я стараюсь скрыть волнение в голосе, – по мне так чёрная лучше.

– Правда? А мне казалось, она тебе тогда больше понравилась.

– Какая разница, что мне понравилось? Главное, чтобы ты был доволен своим выбором.

– Я не знаю, – честно признается Фредди, – мне нравятся обе.

Мы выпиваем по стакану виски и усаживаемся в кожаные кресла.

– Давай представим себе их обеих в обществе, – предлагаю я Фреду, – чёрный будет смотреться ярче и выигрышнее среди всего этого разноцветия.

– Да, но чёрный… – он задумчиво прокручивает бокал в руке, – Это как-то больше в твоём стиле.

Мысленно ругаю себя за то, что и сегодня на мне чёрный костюм.

– Я бы не стал брать себе чёрную, она сливается со мной.

– Пожалуй, ты прав, – он делает паузу, но я ничего не говорю, и он продолжает, – Скажи честно, Терен, какая тебе больше нравится?

– Голубая, – не могу я обманывать друга, когда он напрямую просит меня сказать правду, – я бы купил её.

– Отлично, – Фредди просто сияет от радости, – тогда я беру чёрную! У тебя ведь день рождения ещё не скоро, не буду лишать тебя удовольствия купить то, что ты действительно хочешь!

Чувствую себя полным идиотом и сгораю от стыда. Устроил целый заговор, чтобы обмануть друга, а он ещё и обо мне думает, покупая себе подарки на день рождения. Ну и мерзавец же я!