Читать книгу Синдром отражения - - Страница 4

Отдел полиции с утра пахнет вчерашним кофе и мокрыми шинелями. За окном – то же серое молоко, что и вчера.

Волков стоит за спиной Коли–художника. Тот водит карандашом по планшету, не отрываясь.

– Глаза, – говорит свидетельница, третья по счёту. – Прямо посажены. Нос ровный. Губы тонкие.

Коля наносит штрихи. Лицо на экране складывается, как пазл, который собирали уже тысячу раз. Идеально. Показания ложатся пиксель в пиксель. Ни одного противоречия.

Через час всё готово. Коля откидывается на стуле, протирает глаза.

– Вот. Ваш красавец.

Волков смотрит на экран.

Лицо.

Обычное. Ни одной запоминающейся черты. Средний возраст, средний нос, средние глаза. Лицо из толпы. Лицо–пустышка. «Лицо без свойств».

Единственная деталь – тонкий белый шрам на правой щеке.

– Он слишком… правильный, – говорит Коля. – Симметричный, как по линейке. Будто нейросеть сгенерировала, а не мать родила.

Волков не отвечает.

Он смотрит на экран и чувствует, как мозг пытается схватиться за простое объяснение.

Слишком средний. Поэтому и не найдётся.

– Сделай две версии, – сказал он.

– Чего?

– Одна – как у тебя сейчас. Максимально “по показаниям”.

Пауза.

– Вторая – такая же, но убери “идеальность”. Чуть асимметрии. Как у живых.

– Это уже не фоторобот, а фантазия, – буркнул Коля.

– Это контроль, – сказал Волков.

– А шрам оставить?

– В третий вариант – да. Шрам отдельно. Только шрам.

Коля вздохнул и начал двигать ползунки.

Лицо на экране “поплыло” – стало хуже, человечнее.

Потом вернул шрам. Белую линию.

И снова получилось не лицо, а метка.

– Всё, – сказал Коля. – Три штуки. Забирай.

Волков забирает распечатки. Бумага холодная, как из морга.

Свой кабинет. Свой компьютер.

Сканирует фото. Загружает в базу МВД.

Поиск.

Ноль совпадений.

Расширяет запрос. Паспортный стол. База ГИБДД. Социальные сети.

Результат тот же.

Ноль.

Ноль.

Ноль.

Делает это ещё раз.

С другими параметрами.

С другой картинкой.

Версия 1 – “идеальная”.

Версия 2 – “живая”, с перекосом.

Версия 3 – та же, но шрам как ключ.

Меняет порог совпадения.

Сужает возраст.

Расширяет.

Отключает второстепенные признаки, оставляет только геометрию.

Потом наоборот – выкидывает геометрию, оставляет “особую примету”.

Ноль.

Волков зовет дежурного технаря из ИЦ – просто чтобы у него самого не осталось лазейки “я нажал не то”.

– Прогони, – говорит. – Сам. С нуля.

Тот буркнул что-то про ночь, взял распечатки, набрал запросы.

Пальцы у него были быстрые и равнодушные, как у кассира.

Пять минут.

– Ноль, – сказал технарь. И даже не удивился.

Три картинки. Два человека. Одна база.

Одна и та же пустота.

Только после этого Волков позволяет себе записать мысль словами: человека с таким лицом нет в официальных базах данных РФ.

Волков откидывается на спинку стула. В ушах шумит. Он смотрит на фоторобот на мониторе. Нарисованные глаза смотрят прямо на него.

Телефон на столе звонит резко, оглушительно.

Волков вздрагивает.

– Волков.

– Дима, это Ларионов, – голос судмедэксперта из морга. – Приезжай. У меня тут кое-что очень, блядь, странное с твоей девочкой из парка.

Он кладёт трубку. Пальцы ледяные.

Взгляд снова на экран. На лицо, которого нет.

Человека с таким лицом не существует.