Читать книгу Ань-Гаррен: Взросление среди чудовищ - - Страница 11

Я прихожу к зданию курсов заранее. Мы с Тетрициэлем прячемся в арке напротив: хочу перехватить Блати до входа.

Гномка бежит от станции, вдруг замирает у перехода. Достаёт свёрток, снимает с волос медную проволоку и закалывает их моей заколкой. Почему-то обидно.

Она трогается. Жду минуту и догоняю.

– Блати!

– Ой. Привет, – явно не ожидала меня здесь. Мы переходим дорогу, я останавливаю её.

– Тебе не нравится? – киваю на заколку.

– Нравится.

– Тогда что не так? Объясни. Я видела, как ты надела её перед тем, как прийти.

– Лида, она же дорогущая, – шепчет Блати, оглядываясь.

– Это плохо?

– Это странно. Увидят гномку с такими камнями – вопрос первый: «украла?». По мне же видно, что я не из привилегированных. – Смотрит пристально, вздыхает. – Ты понимаешь, сколько это стоит?

– Это как с недвижимостью? Нужно подтверждение?

– Стоит как дом в деревне, а то и больше. Бумаг не надо: на камнях печать владельца. Хороший маг или гном-ювелир подтвердит, что они мои. Ты, когда дарила, её активировала. Но вопросы всё равно будут: у прохожих, у семьи, в школе. И я не хочу всем это объяснять.

Про печати я не слышала, но вид делаю понятный.

– Я просто хотела… Твоя медная проволока – это ужас. Если это проблема, продай заколку. Только дай слово, что купишь такую, на которую никто косо не посмотрит.

– А с остальным что делать? – приподнимает брови.

– Не знаю. Мне-то какое дело?

Блати смеётся. Мы и правда живём в разных мирах.

– Девочки, я сегодня сяду с вами! – высокий голос сзади. Я подпрыгиваю.

Блати тут же каменеет; кулаки сжаты.

Поворачиваюсь. «Курочка» с курсов: перчатки, сумочка, шляпка – всё в тон. Перевожу взгляд на Блати: она напряжена, слова подбирает. План «курочки» ей не по душе. Я беру все на себя.

– Думаешь, можно подойти и заявить права на место?

– Ну вы же не оставите подругу в беде! Эти ухажёры меня измучили. Учиться невозможно, – жалуется она.

– Мне казалось, тебе нравятся танцы самцов, – говорю я.

– Са-са-самцов?! – «курочка» округляет глаза; нижняя губа дрожит.

– Ты чего? – шипит на меня Блати.

– Она же благосклонно принимала их ухаживания. Я видела, – объясняю уже гномке.

– Я… я не хотела конфликтовать, – лепечет «курочка». – Нас и так считают заносчивыми. Не хотела никого обидеть.

Блати выдыхает, как перед прыжком в воду:

– Ладно. Я не против. Если Лида не против.

– Сядешь со стороны двери, – припечатываю я.

– Перед Бранном, – кивает Блати. И зачем-то добавляет: – Полуорком. Если тебя не смущает.

– А почему это должно смущать? – искренне удивляюсь.

– Он что, позади меня сидеть будет?! – пытается возмутиться «курочка».

– Будет, – подтверждает гномка. – У него ноги длиннее, чем нужно. В проход вытягивает.

Я смотрю на Блати с уважением. Наблюдательная.

– Меня зовут Мариэлла нио Брескироньо. Но вы и так знаете, – она протягивает руку. Мы не спешим её жать. Я гляжу на перчатки с презрением.

Мариэлла спохватывается, дёргает перчатки так резко, что едва не рвёт.

– А я – Блати, – усмехается гномка и крепко пожимает ей руку. – Высоких фамилий не имею.

– А я – Лида, – фыркаю. – Но ты это и так знаешь.

Мариэлла терпеливо ждёт и держит руку для меня слишком долго. Блати толкает меня локтем. Приходится смириться.

На курсах Мариэлла правда резко меняет тактику: не шепчется с парнями, сидит с нами и наравне с Блати разжёвывает основы. После занятий мы с ней в паре всё-таки дожимаем гномку и уводим в соседнюю чайную.

Пока ждём сендвичи и тянем ледяной чай, обсуждаем непонятные места с лекции и самого лектора. Взгляд Мариэллы на заколку Блати мне не нравится. Гномка тоже чувствует и меняет украшение на медную проволоку, прячет мой подарок в сумку.

К десерту разговор сам собой уходит к семье Блати. Оказалось, она одна из приёмных: её мать и ещё двух вдов взял в семью старший шахтёр. Брат Блати уже подмастерье у ювелира. Сама она ещё учится и берёт школьные подработки: их раскидывают по заданиям наугад, чтобы дети находили своё. Чаще всего гномки после замужества уходят в дом, поэтому на них как на учеников мало кто ставит, но подзаработать можно.

Мариэлла всё это время молча уплетает пирожные.

– Какие здесь вкусные «сливочные пальчики»! – она наконец радуется паузе.

– Да, но в ресторане Таверны лучше, – соглашаюсь.

– В ресторане Таверны? На улице Роз? – шепчет она.

– Ага. Там это непростительно великолепно. И ещё сырный торт с краснушкой в сахаре.

– Кто тебе разрешил туда…

– Посмотрела бы я, кто запретит мэру Гермеса или Саурону. Там лучшая кухня в Мордоре.

Мариэлла вдруг смеётся, вытирает глаза платочком:

– Вспомнила. Три года назад. Тебе и правда нравится их кухня.

– С ней всё в порядке? – шепчет Блати.

– У нас тогда было… семейное собрание, – говорит Мариэлла. – Помню, как одна красная девочка пробралась и разграбила фуршет.

– Расскажи, – просит Блати, глядя уже на меня.

– В десять я нашла приглашение на отбор… для мэра Гермеса. Адрес, дресс-код, пропуск. И обещанный фуршет от Таверны. Решила, что грех пропускать. Попросила Тетрициэля показать дом заранее, сбежала и прошла по пропуску. Через чёрный ход попала в зал и как раз на фуршет.

Я облизываюсь при одном воспоминании.

– Налопалась. Больше всего – фаршированных яиц с икрой и каким-то волшебным соусом…

– И тебя никто не заметил? – не верит Блати.

– Конечно заметили, – отрезает Мариэлла. – Ты правда думаешь, господина Малфуриона «вдруг» позвали? Или что охранник «случайно» тебя потерял? Или что никто не видел красную девочку? Но, надо сказать тебе «спасибо»: возможно, моей сестре повезло на отборе именно потому, что во время ритуального танца господин Саурон был занят мелкой пигалицей, которая уснула под столом, обняв блюдо с яйцами, в луже собственной блевотины.

– Хочешь сказать…

– Хочу сказать: когда шёл танец, он схватил тебя и исчез минут на тридцать. Только прошу, на моём отборе без катастроф. В моем доме мне такая помощь не нужна, у меня-то магия есть.

– Он и тогда манипулировал мной?! – злость поднимается волной.

– Что тебя не устраивает? Он устроил тебе приключение, – припечатывает Мариэлла.

– Приключение?!

– Ну да: подкинул приглашение, показал дом, дал пропуск, накормил лучшим, потом разгрёб последствия. Для десятилетней – вполне.

Я выдыхаю. Это не отменяет манипуляций. Но.

Прощаюсь с девчонками как в тумане. Впрочем, туман опять опускается и на город, пока мы с эльфом идём домой.