Читать книгу Теория притяжения - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 6

Я не спала. Я лежала, глядя в потолок, и прокручивала в голове свой стон в трубку Давида Островского. Я пыталась убедить себя, что мне приснилось падение с обрыва, а не оргазм. Но кого я обманываю?

Замок щелкнул.

Максим ввалился в прихожую, споткнулся о собственные ботинки и выругался. От него пахло дорогим виски, сигаретами и тем специфическим запахом «деловой встречи», которая плавно перетекла в пьянку в бане. Он даже не зашел в спальню. Рухнул на диван в гостиной прямо в одежде. Через минуту дом огласил храп.

Мой идеальный муж. Мой принц. В дрова.

Я встала, закрыла дверь в спальню поплотнее и поняла: если я сейчас не уйду из дома, я его задушу подушкой. А это статья, и в тюрьме не дают читать лекции.

В десять утра я уже сидела в машине Кати.

– Ты выглядишь как зомби, которого эксгумировали, а потом закопали обратно, потому что он слишком страшный, – «подбодрила» меня подруга, выруливая с парковки. – Тебе срочно нужна реанимация. Кредиткой.

– Мне нужно стереть память, Кать. Желательно за последние двенадцать часов..

– О, подробности потом! Сначала – шопинг. У кого в понедельник день рождения? У тебя! Тридцать три года – возраст Христа, Алис. Пора воскресать!

Мы приехали в торговый центр. Катя, как гончая, взяла след и потащила меня по бутикам. Я вяло сопротивлялась, трогая вешалки. Мне ничего не хотелось. Мне хотелось залезть в нору.

– Смирнова! – Катя вынырнула из рядов с одеждой, держа в руках Его. – Если ты это не примеришь, я перестану с тобой разговаривать.

Это было платье. На первый взгляд – ничего особенного. Мой любимый «профессорский» стиль. Темно-сливовое, почти черное. Глухой ворот под горло, длинные рукава, длина строго ниже колена. Никаких декольте, никаких разрезов. Монашка на выгуле.

– Кать, оно скучное, даже для меня.

– Надевай, дура! – она буквально втолкнула меня в примерочную.

Я стянула джинсы, натянула эту ткань… и замерла.

Ткань. Это был какой-то хитрый, очень плотный трикотаж с эластаном. Оно не просто село. Оно облепило меня.

Платье стало моей второй кожей.

Оно закрывало всё, но при этом показывало абсолютно всё. Каждый изгиб талии, крутизну бедер, форму груди (хотя там не было ни выреза, ни пуговиц). Я повернулась боком к зеркалу. Моя задница в этом платье выглядела как произведение искусства. Или как призыв к действию.

Это было самое целомудренное и одновременно самое развратное платье, которое я когда-либо видела.

– Ну как? – Катя просунула голову за шторку и присвистнула. – Мать честная! Алиса, это пожар. Ты в нем выглядишь как строгая училка, которую хочется наказать.

– Кать! Я не могу в этом пойти на работу. Студенты перестанут учиться.

– Зато преподавательский состав начнет! Всё, я беру. Это мой подарок тебе на день рождения.

– Нет, я…

– Молчать! Ты клянешься, слышишь, клянешься своей докторской диссертацией, что наденешь его в понедельник! Ты именинница, тебе можно всё!

Я вздохнула, глядя на себя в зеркало. В этом платье я чувствовала себя… опасной.

– Ладно. Клянусь.

Следующие три часа прошли в блаженном тумане. Массаж всего тела, маска для лица, укладка. К четырем часам дня мы сидели в мягких креслах на педикюре. Администратор салона, зная Катю (она тут VIP-клиент), принесла нам бутылку холодного Пино Гриджио.

Алкоголь развязал язык. Напряжение ночи, стыд перед Островским и злость на Максима вырвались наружу.

– Алис, – Катя сделала глоток вина, пока мастер колдовал над её пятками. – А что у тебя с Максом? Ты какая-то дерганая. Он тебя обижает?

– Нет. Он идеальный. Просто… мы почти не видимся.

– Ну, работа, понимаю. Но ночи-то у вас общие?

Я горько усмехнулась.

– Ночи общие. А толку? Кать, у нас секса не было уже почти месяц.

Катя поперхнулась вином. Мастер педикюра испуганно подняла голову.

– Месяц?! Алиса, вы молодые, здоровые люди! У вас детей нет. В чем проблема? У него… не стоит?

– Стоит. Наверное. По утрам точно. Просто он вечно устал. То голова болит, то ноги гудят, то встреча, то отчет.

Катя нахмурилась. Её лицо стало серьезным.

– Слушай, подруга. Я не хочу нагнетать, но… мужик, тридцать пять лет, здоровый лось, не спит с красивой женой месяц? Может, у него кто-то есть?

Сердце кольнуло.

– Нет. Исключено. Макс не такой. Он не умеет врать, у него на лице всё написано. Да и когда? Он работает по двадцать часов в сутки.

– Ну и чем он таким занят, что на жену сил нет? – скептически спросила Катя. – Вагоны разгружает?

– Хуже, – я вздохнула. – Ты же знаешь, он полгода назад открыл свой бизнес. Поставки элитной сантехники и керамогранита из Италии. У них там сейчас ад. Таможня груз задержала, склад переезжает, поставщики цены подняли. Он спит с телефоном в обнимку, ему плитка эта снится.

Я говорила это и верила сама себе. Керамогранит. Унитазы. Смесители. Это серьезно. Это большие деньги и большие нервы. Какой там секс, когда у тебя фура с мрамором на границе застряла?

– Плитка, значит… – протянула Катя, с сомнением глядя на меня. – Ну, может и плитка. Но, Алис, так нельзя. Ты засохнешь. Тебе мужик нужен, а не сосед по комнате.

– У меня день рождения. Он обещал ресторан. Сказал, сюрприз будет. Может, всё наладится?

– Дай бог, – Катя подняла бокал. – За твой новый год жизни, Смирнова! И за то, чтобы в понедельник в этом новом платье ты свела с ума всех мужиков в радиусе километра. Включая твоего плиточного магната.

Мы чокнулись.

Я улыбнулась, но внутри было холодно.

Я знала, что надену это платье. Но почему-то мне хотелось свести с ума не «плиточного магната», а того, кто звонил мне прошлой ночью и слушал, как я стону.