Читать книгу Таракан без ног не слышит — 3. Волшебный пендель - Лора КАФ, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 10

Сложнее всего было найти корабль в открытом космосе. Вроде и большая дура, но космос оказался намного больше. Только на второй день своей одиссеи я обнаружила слабый отблеск света от круглого паруса корабля.

Через мгновение я уже прилипла к его черному корпусу.

— Тук-тук-тук. — Я постучала по странному материалу, напоминающему прогуталиненую мешковину. — Есть кто дома?

Мертвая тишина космоса была мне ответом.

— Ну ладно. Тогда я войду.

Я очутилась в густой темноте, которая сопротивлялась моим движениям будто вода. Да это и была вода. Я крутанулась и через мгновение поняла, что зря это сделала. Направление было потеряно. Меня снова охватила та же паника, что и в первый мой пробный полет за пределы атмосферы. Срочно надо двигаться. Неважно куда. И я двинулась. По лягушачьи отталкиваясь ногами. Двигалась, но движения не ощущала. Сменила направление, но ничего не изменилось. А может мне просто показалось, что я что-то изменила.

Чтобы не завопить от ужаса, я забарахталась и неожиданно коснулась рукой чего-то гладкого.

Так. Теперь осторожно. Но сначала надо успокоиться. Я «закрыла» глаза и представила, что дрейфую по дну лесной речки. Надо мной зеленоватая вода, сквозь которую пробиваются солнечные лучики, а рядом шныряют стайки мальков. Я ведь могла уснуть на дне той реки, без всякого страха утонуть. А в Озере так вообще спала, как сурок. Так почему здесь мне так не хватает воздуха?

— Успокойся, радость моя. — Прошептала я сама себе. — Это всего лишь банальная клаустрофобия. Ничего с тобой не случится.

Мое сердце, находящееся в сотнях километров от меня, стало биться реже и постепенно ритм выровнялся.

Я снова протянула руку и дотронулась до гладкой стены. Мне просто надо пройти сквозь неё.

И тут возникла другая проблема. Чтобы пройти сквозь препятствие мне необходимо было приложить усилие. Там, на Земле, хватало просто расслабиться, чтобы провалиться сквозь пушистые ветви. Но здесь не было гравитации. Либо она была настолько слаба, что не желала воздействовать на мою невесомую сущность.

Зацепиться было не за что. Оттолкнуться… А вот это идея.

Осторожно, чтобы собственным движением меня не отнесло от стены, я приняла позу эмбриона, тихонечко развернулась в сторону стены ногами и распрямилась. Мне повезло. Толчок получился такой силы, что показалось, моя ступня хрустнула.

Я вытянула вперед руку как супермен и принялась истово молиться. Обещая сделать три добрых дела сразу же, по возвращении домой.

Время тянулось так медленно. Жабры можно было отрастить пока мои пальцы коснулись стены. Я ждала этого момента и потому не напрягалась, давая руке возможность проникнуть внутрь. Дальше было всё просто.

Продравшись сквозь многослойную обшивку корабля, я «вздохнула» свободно.

— Красота то какая. Лепота. — Восхищённо заявила я, оглядывая звездную бездну.

А потом посмотрела на Землю и задохнулась от восторга.

Слегка освещённая сбоку Солнцем, планета почти пряталась в безмолвной черноте космоса. Но сверху, на её северной половине, горела зелено-голубым огнём корона северного сияния — словно волшебное ожерелье, наброшенное на плечи мира.

Редкие алые сполохи мерцали в нём, будто драгоценные рубины, вкраплённые в небесную ткань. Лучи прекрасной короны, острые, как ледяные иглы, пронизывали космическое пространство и, теряя силу, развеивались нежной дымкой.

Мерцающая полоса, похожая на призрачный мост, соединяла Землю и Космос — тонкая грань между мирами. Она то ярко вспыхивала, озаряя тьму мистическим светом, то нежно мерцала, создавая иллюзию живого, дышащего существа, будто сама природа затаила дыхание в этом величественном танце стихий.

Я висела перед этой красотой крошечной пылинкой и не могла наглядеться. Да и возможно ли насмотреться на такое. Нет во Вселенной более гениального художника, чем сама Вселенная.

Сколько времени прошло, пока я смогла отвести взгляд? Может час, а может целая вечность.

Я оглянулась на корабль. Честное слово, он мало чем отличался от того, что я прочитала не так давно. Общее впечатление от увиденного было одно. Взлохмаченный.

Много увидеть мне не удалось. Чёрно-серебристый корпус корабля с шишковидными нашлёпками непонятного мне назначения поднимался наверх и там загибался, прячась в неизвестности. Видимая часть была вся в длинных царапинах с торчащими ниточками по краям и разного размера дырочками с такими же лохматыми краями.

Я «потрогала» ближайшую дырочку. Лохмушки даже не шевельнулись. В конце особенно длинной царапины я обнаружила камушек.

— Так вот кто тут беспорядки нарушает! А ну-ка, иди сюда.

Пришлось немного повозиться, но крохотный метеоритик в конце концов оказался в моих алчных ручках.

— Подарю тебя Марию. — Сказала я и зажала осколок в кулаке.

Больше тут пока делать было нечего.

Можно было бы погулять по этому памятнику древнего космоплавания еще, но мой друг слёзно просил не задерживаться надолго. Хотя бы в первый раз.

Я его отлично понимала. Сама бы с ума сходила на его месте. Так что надо поторопиться. Сумасшедший любовник нам не нужен.

Пора возвращаться.

Осторожно положив метеоритик на край стола, я нырнула в озера своих глаз.

Марий сидел в точно той позе, в какой я его и оставила.

— Ты хотя бы моргал?

— Два раза. — Ответил он, выпрямляясь. — Пить хочешь?

Пить я хотела. Но, вспомнив своё приключение, передёрнулась и отказалась.

— Потом.

— Ты видела их?

Марий взял меня за плечи и даже встряхнул слегка, заглядывая мне в глаза.

— Нет.

Я ответила ему таким же взглядом

— То есть как? Совсем никого не видела?

Марий тряхнул меня посильнее.

Вертелся на языке ответ. Ой как вертелся. Я не груша, в конце концов, чтобы так меня трясти.

Но Мария сейчас потряхивало не хуже. И я постаралась не усугублять.

— Нет. Я совсем никого не видела. Не успела. Не нашла. Зашла не с парадного входа и с цветами меня там никто не встретил. — выдала я, стараясь шипеть как можно спокойнее.

Я отцепила пальцы Мария от своих плеч и встала.

— Марий, я поллуны училась этим космическим полетам. Знаешь, как мне там страшно было. Да я пока внутрь продиралась, чуть не утонула.

— Ты не можешь утонуть.

Марий опустил руки на колени и посмотрел на меня. В его глазах мелькнула тревога.

— Очень даже могу. Прикинь. Особенно в полнейшей темноте, когда не понимаешь, где выход и есть ли он вообще. Что за странная конструкция у вашего кораблика? Почему там вода под обшивкой?

— Защита. От облучения. Такую делают на кораблях, которые летят далеко. По сути, корабль — это линза из воды, внутри которой находится двигатель и помещения для жизни экипажа. Если говорить простым языком. В случае пробития обшивки вода замерзает и закупоривает дыру до ремонта.

Если корабль терпит бедствие на безводной планете, то воды экипажу, при замкнутом цикле очистки, хватит на несколько поколений.

— И ты меня не предупредил!

— Но я даже подумать не мог, что тебе это помешает.

Я глубоко вздохнула и медленно выпустила воздух. Сама виновата.

— А если корабль разобьётся? — мирно спросила я, вместо извинений.

Марий встал и все-таки налил мне воды.

— Для этого ему придётся врезаться в планету, хорошенько разогнавшись и полностью отключив всю систему аварийного торможения. А там и антигравитационный модуль, и экзотермические щиты, и гравитационные компенсаторы. И много чего ещё для защиты корабля и экипажа. Управление системой находится в самом центре корабля, и каждая функция продублирована. Даже если корабль получит повреждения, то будет утрачена лишь часть воды, благодаря системе автономных резервуаров. Ну а если корабль расшибётся в лепешку, то вода там уже никому не понадобится.

— То есть корабль можно посадить на Землю?

— Система посадки у него, разумеется, есть. Это ведь корабль для переселения. Там каждый элемент, каждый грамм предназначен для обеспечения и дальнейшего развития мигрантов. Слишком расточительно бросать в космосе столько ценных ресурсов.

— Тогда почему они не садятся? Раз уж улететь никак не могут?

— А вот этот вопрос ты и должна выяснить.

— То есть я? Как?

— Не как, а у кого. Думаю, если они за шесть лун не смогли решить проблему, то уже и не смогут. Тем более, они не стали бы посылать сигнал, будь у них такая возможность. Тебе надо узнать, какие повреждения получил корабль. Помочь наладить связь. А мы тут подберем место для посадки. Разработаем стратегию и обеспечим спасательные работы. Голова трещит от всего этого.

Марий потер лоб ладонью.

— Честное слово, лучше бы они улетели ко всем звездным псам. Выгребли у нас почти всю техбазу. Данные стерли, идиоты.

— Уверена, что это все Нянька. — Вякнула я.

— Аналогично, — Кивнул Марий. — Эта старая жаба всегда только о себе думала. Испугалась, видимо, что мы им систему взломаем. Доступ заблокировала, а как разблокировать не знает. Теперь вот, как в каменном веке, через радио пытаются докричаться.

— А разве есть другая связь, кроме радиоволн? — Удивленно спросила я.

— Конечно. Нейтринная связь. Квантовая запутанность. — Протянул Марий, удивленный, что я не знаю таких простых вещей. — Там, конечно, свои заморочки, но сигнал всегда устойчивый, в отличии от радио. А мы сейчас даже не можем с ними синхронизироваться. Нет связи — не можем определить их точное местоположение. Не можем их найти — не можем установить связь. Замкнутый круг. Мы даже их частоту сейчас не знаем.

— А на какую частоту сигнал прилетал?

Марий только рукой махнул.

— Тишина там. Может, скачут по частотам, может, и последний передатчик сломали. Идиоты!

— Марий хлопнул по столу и камушек, притащенный мной из далекого космоса, подпрыгнул и упал на пол.

— А это еще что такое?

Он поднял метеорит и посмотрел на него сначала на ладони, а потом взял двумя пальцами и поднес его к лампе. Метеорит засветился медовым светом, будто кусочки янтаря, обрамленные темным металлом.

— Это я из корабля выковыряла. Подарочек тебе.

Марий поспешно ткнул пальцем в стену и положил камень в выкатившуюся каретку. Та засветилась красным, и над ней развернулся маленький виртэкран со множеством символов.

— Чистый, — Сказал Марий и расплылся в довольной улыбке. — Спасибо. Не жалко такую ценность отдавать? Это редчайший класс паласситов. Менее одного процента из всех метеоритов.

Я только рукой махнула.

— Для тебя мне ничего не жалко.

Марий погладил камень пальцем, положил в нагрудный кармашек и прижал к груди ладонь.

— Будто привет от нашего корабля.

— Погоди, — Я пощелкала пальцами мысленно возвращаясь к нашему разговору. -Но почему вы не видите корабль? Он же такой огромный. Я его безо всяких телескопов видела, когда летала по лесу. А сейчас, после того как там побывала, я точно знаю где он находится. Там, — Ткнула я пальцем в небо, в сторону юга. -Может, как-то можно считать меня? Я не знаю, координаты высчитать?

— Точно! — Марий хлопнул себя по лбу и поморщился. — Я совсем замотался. Мы же говорили об этом на собрании. Из головы вылетело. «А почему?» — спросил он сам себя. — А потому что залезли в такие дебри, что забыли о самых простых вещах. Мы проверяли оборудование, когда приземлились. И телескопы тоже. А в компьютере телескопа сохраняются все данные. И если Нянька и туда не залезла, то мы можем просчитать местонахождение корабля в любой момент времени. Аль, ты гений!

Марий схватил меня в объятия и закружил по тесной каморе, рискуя снести все, что в ней находилось.

— Погоди.

Он осторожно поставил меня на пол и полез в свой потайной шкафчик, о котором знали абсолютно все. Достал оттуда фляжку и пару стаканчиков.

— Берег для особого случая. Но, по-моему, сейчас он и есть. Ну, — Марий подал мне стаканчик и поднял свой. — За успешное завершение нашего безнадёжного предприятия.

Коньяк растекся по телу таким благословенным жаром, что я застонала от удовольствия.

Выпив свою порцию, парень кинулся к клавиатуре.

— Зная их точное местоположение, мы можем рассчитать траекторию аварийной посадки. Самым удобным было бы уронить корабль на воду. Но подходящих водоемов поблизости нет. Может, на горы?

Он включил галопроектор и вывел трехмерное изображение Земли. Планета крутилась перед нами, совсем как живая. Точно такой я видела её из космоса. Разноцветные материки озорно выглядывали из-под облаков, а мировой океан нес в себе все оттенки синего.

Пара движений пальцами по панели, и шар начал расти. Облака рассыпались пикселями и передо мной раскинулась необъятная Тайга.

Не будь я уже вполне себе натренирована, наверное, упала бы. Настолько реальным было ощущение полета вниз.

Марий слишком резко увеличил изображение, и я отшатнулась, испугавшись, что мне прилетит по носу, какой-то особо выдающейся возвышенностью.

— Так. Здесь. Нет. Широта… Долгота…

Пальцы отстукивали чечетку на светящихся цифрах, а картинка крутилась и увеличивалась, пока Марий не стукнул по панели в последний раз и не возвестил.

— Вот. Мы находимся здесь.

— Но здесь же лес, — удивилась я. — А город где?

— Когда делали снимок планеты, города еще не было. И обновлений за последние четыреста лет не поступало. — ехидно ответил парень.

Я фыркнула и отпила из стакана, который так и держала в руке.

— Ну и куда ты тут наших летунов ронять собрался?

— Подумаем. Посмотрим. Прикинем.

Марий возобновил пальцевую чечетку, не отрывая взгляд от экрана. Картинка снова поплыла.

— Вот, смотри. Это те самые горы, где наш челнок хранился.

— Погоди-ка. Дай мне.

Я поставила стакан прямо на пол и сдвинула Мария с кресла.

— Где тут это… ага.

Я положила ладонь на шар-мышку и слегка его шевельнула.

Горы приблизились и тихонечко поплыли, послушные моей руке.

При желании и времени я могла бы вдоволь налюбоваться на горы вживую и с любого ракурса, но почему-то смотреть на эту красоту через экран было так залипательно, что я не сразу почувствовала тычки Мария.

— Аль, давай ты потом поиграешься. Нам делом надо заниматься.

Я вспомнила купальни эльфов.

— Если ты собираешься ронять свою железяку на горы, то это с нашими друзьями придется советоваться. Разрешат ли еще.

Я отпихнула парня локтем и продолжила свой виртуальный полет.

— А могут не разрешить?

— Еще как. Там звери, экосистемы разные. Эндемики. Лучше, всё-таки, на море куда-нибудь.

— Аль…

— Да погоди ты. Вот!

Я радостно ткнула пальцем в свой серый камень на вершине скалы.

— И что это? — Озадаченно спросил мой друг.

— Ты что, не видишь? Это камень.

Марий посмотрел на меня так, что я быстренько уступила ему место.

— Работай. А я пойду, посплю немного.

По дороге в свою камору я подумала про Байкал. Он же должен быть не так уж и далеко. Относительно. Поместится в него наш кораблик или нет? Но тут же одернула себя. Засорять жемчужину Сибири инопланетным металлоломом. Еще чего не хватало. Да и сохранилось ли озеро до этих дней? Кто знает, какие катаклизмы смели с лица Земли почти всё население.

Неожиданно мне остро захотелось увидеть Байкал снова. Увидеть его хрустальные воды, обрамленные чудными скалами и реликтовыми соснами, ощутить своей кожей дуновение Баргузина, приносящего прекрасную солнечную погоду.

Если уж корабль настолько прочный, что разбить его можно только хорошенько разогнавшись, то, думаю, просто упав на планету, он не так уж сильно и повредится.

А собственно, почему бы моих друзей и не озадачить этой проблемой. Они планету лучше нас знают. И голов у них много. Пусть думают.

Интересно, а смогут ли эльфы мне карту нарисовать?

Эльфы смогли. И показали несколько мест, куда можно было, относительно безопасно, «уронить» корабль. Безопасно для планеты, разумеется.