Читать книгу Мимоходом - Вениамин Кисилевский - Страница 18

Поздоровалась со мной молодая женщина с коляской, улыбнулась. Сказала скорей утвердительно, чем вопросительно:

– Вы меня не помните? Вы к нам в лицей приходили. Давно уже, сейчас я скажу… – Беззвучно пошевелила губами. – Тринадцать лет назад, я в шестом классе училась. Мы ещё тогда спорили, кто в доме главный. – Засмеялась.

И я вспомнил. Не только потому, что очень уж та тема необычной была, тем более в общении с шестиклашками. Девочка она была приметная: рыжая, с россыпью светлых веснушек на лице, что, к слову сказать, и тогда, и нынче вовсе не портило её милое лицо. И тем запомнилась, что языкатая была, непоседливая, она-то и затеяла тот сомнительный диспут. Зашёл у нас разговор о домашних животных: кого из них лучше держать, кого хуже, какие радости, какие проблемы. Мнения были разные ещё и потому, что одни жили в частных домах с дворами, другие— в городских квартирах. Сходились на том, что всё-таки многое зависит от родителей: кто-то любит животных, кто-то не жалует. Больше того, кому-то при всём желании нельзя заполучить кошку или собаку, потому что родители запрещают. Или, тоже проблема немалая, кто-то из родителей не против, кто-то не хочет, тут уж всё зависит от того, чей авторитет в семье выше, чьё слово весомей. Кто, одним словом, главный в доме. Иногда до того доходило, что из-за этого, например, котёнка настоящая война велась. Диспут наш, в большинстве своём этой неугомонной рыжей девчонке благодаря, разгорался нехилый, завелась ребятня, разоткровенничалась, о своих случаях заговорили. Чему, понятно, радовался я: не часто удавалось так разохотить их на читательских встречах, не превращать в «мероприятие». К тому же по-писательски любопытно было их послушать, дорогого стоило. Эта, в веснушках, спросила, есть ли у меня какой-нибудь питомец. Ответил, что есть кот Лёша, рассказал о нём. И что жена моя, предвосхитил возможный очередной вопрос, тоже очень любит животных, так что в нашей семье такие диспуты не возникают. И рыжая вдруг ошарашивает меня:

– А кто у вас в доме главный: вы или жена?

Ничего себе вопросик в компании этих малолеток. Успеваю заметить округлившиеся глаза учительницы, её тихое, адресованное рыжей егозе шипение. Нисколько— во всяком случае мнилось мне так— замешательства своего не выказав, ответил, глядя в её хитрющие синие глаза:

– Странный, однако, вопрос для мужчины. – После небольшой, «интригующей» паузы добавил – Если, конечно, он в самом деле мужчина, а не только именуется так. Жена, мама, конечно же, в доме главная. Она, как кариатида, всю тяжесть семейной жизни на руках, на плечах своих держит. Женой, матерью быть— это ведь огромная, трудная работа, не столько даже работа, сколько искусство.

Ещё немного поговорил я с ними о непростом семейном бытии, слушали внимательно, каждое слово ловя, особенно, похоже, сразила их таинственная кариатида…

– Ну, почему же, – сказал я бывшей рыжей девчонке-озорнице. – Прекрасно помню. И тебя, и тот наш разговор. А кстати, вот ты, замужняя уже, сама мама, что теперь ответила бы, окажись тогда на моём месте?

Лицо её сразу как-то потускнело, улыбка поугасла:

– Не знаю даже… Я ведь тоже хотела… Верней, не то чтобы хотела… В общем, сейчас уже одна я, незамужняя. Верней, вдвоём, вот с ней, – кивнула на девочку в коляске. Вдруг заторопилась: – Ой, что же это я, мне бежать надо, опаздываю…

Я смотрел ей вслед, расстраивался…