Читать книгу Светлый Ковен. Волшебство - Екатерина Мурашова - Страница 10

Коридор был пуст – ни посторонних, ни тем более потусторонних сущностей. Я проверил все комнаты по пути на кухню, даже в кладовку заглянул, но змея нигде не было. Отец тоже ушёл спать.

Налив воды, я медленно пил, настороженно оглядываясь. Тылом опирался на кухонную стойку. Не дай бог, враг подкрадётся со спины!

Затем, желая увидеть одновременно линии и пятна, я прошёл квартиру в обратном направлении. Всё было тихо. Змей не спешил показываться.

Единственное возможное укрытие – спальня родителей. Но вламываться туда среди ночи я не собирался.

Вернувшись в свою комнату, я лёг, но сон как отрезало. Стоило закрыть глаза, как тут же мерещилось движение: то под кроватью, то за дверью.

В итоге заварил чай, сделал бутерброды и уселся за компьютер. Вспомнилась ещё одна деталь из сна, показавшаяся мне перспективной для поиска тех, кто тоже видит линии.

Над домом той женщины висел узел, сплетённый из линий. Это наверняка что-то важное, и вряд ли он такой один. Уверен, найдя ещё, найду и знающих людей.

До звонка будильника я изучал карты, важные точки и знаковые места Москвы. Возможно, это тоже поможет в поисках.

Решил начать с Останкино. Со смотровой площадки телевышки вся Москва будет как на ладони – точно ничего не упущу.

Дождавшись, когда родители уйдут на работу, я снова обошёл всю квартиру в поисках змея.

Чёрный гад, видимо, почувствовав, что на него объявлена охота, не показывался.

Может, купить мышеловку? Клеевую. Пусть тогда попробует уползти!

Но если этот змей проходит сквозь двери и стены, никакая мышеловка не поможет. Кто он вообще такой? Дух, призрак, фантом?

В интернете этих змеиных сущностей – пруд пруди. Белые, огненные, летающие, огненно-летающие, с львиными головами, с пятью хвостами – и все, как один, воплощение доброты. Ну, если не брать в расчёт змея-Искусителя из древних мифов.

Но что-то мой змей никакой агитационной деятельности по продвижению своей фруктовой компании не предпринимал. Просто цапнул меня за руку, обматерил и уполз.

То, что он разумный, я уже сообразил. Слишком уж осмысленно он пучил глаза и шипел с явным намерением. А судя по удивлению, что я его вижу – в квартире он обитает давненько.

Хм-м, а как часто этот гад на мне спит?

Меня всего перекосило от мысли, что змеюка каждую ночь использует меня в качестве подушки.

Быстро собравшись, выскочил на улицу. Стало как-то не по себе находиться одному в квартире с неопознанной формой жизни.

Выйдя из подъезда, я задрал голову и взглянул на своё окно. Я его снова открыл. Какой смысл мучиться от духоты, если этот нематериальный гад сквозь двери проходит?

Присмотрелся. Это не хвост ли мелькнул на подоконнике?

Я снова включил своё суперзрение. И хорошо, что сделал это, потому что заметил то, чего раньше не видел.

Над крышей дома тянулась толстая, как труба теплотрассы, белая нить. Она лишь краем касалась крыши, а затем резко уходила вверх, огибая восемнадцатиэтажку, стоящую сразу за моим домом. Странно, что я не заметил её раньше.

Хотя, да – за листвой её плохо видно. Да и не смотрел я так высоко в небо.

Прикинув, что такая жирная нить наверняка куда-то ведёт, я отправился по ней. Змей был временно забыт.

Вниз, через дворы, и дальше по Восьмисотке. Минут за двадцать я добрался до станции Бескудниково, перешёл через железнодорожный мост и снова начал пробираться дворами.

На мосту я задержался надолго – оттуда открывался потрясающий вид на небо. Не как в метро, но дух захватывало не меньше. Ночью здесь, наверняка, всё светится, как северное сияние.

Москва так плотно застроена, жаль мало открытых пространств. Живи я повыше, хотя бы на этаже пятнадцатом, давно бы всё это рассмотрел.

Все линии тянулись в одном направлении – к радужному узлу, парящему в десятке метров над землёй. Больше ничего подобного в обозримом пространстве не было. Так что он стал моим ориентиром.

Узел, казалось, жил своей жизнью: он едва заметно смещался в пространстве, будто подгоняемый ветром, и очень медленно вращался вокруг своей оси, словно наматывая на себя всё новые линии.

Я, как заворожённый, пялился на это зрелище, давно перестав обращать внимание на окружающее. Шёл, не разбирая дороги, и, вероятно, именно это стало причиной того, что меня вновь чуть не сбила машина.

Взвизгнули тормоза. Я рефлекторно отскочил и выругался, хотя и шёл по тротуару. Рядом, на дороге, остановилась неожиданно знакомая серая «Audi».

– Садись! – раздался резкий голос Славки из машины.

Я пригнулся, заглядывая в открытое окно, и удивлённо посмотрел на друга.

– Ты здесь откуда?

– Нет времени! Садись! – велел он.

Нормально так.

Не знаю, откуда взялся Славка, но это даже хорошо – не придётся топать обратно пешком.

– Садись, Рит! – продолжал настаивать Славка.

– Ага, сейчас, – отмахнувшись, ответил я. – Только кое-куда зайду.

И поспешил к дому, над крышей которого висел тот самый узел.

Скорее, это целый особняк. Белокаменный, в три этажа. За высоким забором из красного кирпича и деревьями видно плохо. Сейчас я его рассмотрю и…

– Рит! – Славка газанул, догнал меня и медленно поехал рядом. – Узел видишь?

Я остановился и с интересом вернулся к машине.

– Ты его тоже видишь?

– Вижу-вижу, – спешно заверил Славка. – В машину садись.

– А не брешешь? – заподозрил я друга в издёвке, хотя он первый заговорил про узел.

– И линии разноцветные вижу. Садись в машину! Я тебе всё расскажу.

Славка отчего-то нервничал, косясь на особняк впереди. Я распрямился и тоже посмотрел в ту сторону. В это время из ворот вышли двое мужчин в строгих костюмах и очень внимательно смотрели на нас. Один что-то говорил в рацию.

– Садись, Рит! – прорычал Славка, распахнув дверь. – Давай-давай! Не тормози!

Я с тоской взглянул на столь близкую цель, но всё-таки решил довериться другу. Те парни у ворот выглядели подозрительно.

Скинув рюкзак на заднее сиденье, я забрался внутрь. Едва успел захлопнуть дверь, как Славка резко сдал назад.

Проехав так метров тридцать, он лихо заехал на подъездную дорожку, едва не зацепив мусорный бак. И тут же вдавил педаль газа, стартуя с места, словно гонщик на зелёный сигнал.

– Пристегнись! – бросил он, не отрывая взгляда от дороги.

Я пристегнулся.

– Ты чего такой нервный? – спросил, когда мы уже набрали скорость.

Друг лишь глаза скосил и крепче сжал руль. Никогда не видел его таким злым.

Дав ему пару минут успокоиться, я решил сменить тему:

– Что это за линии? Ты их тоже видишь, да?

– Лучше бы ты спросил об этом до того, как потащился к особняку Тёмного Ковена! Я же просил звонить, если… – раздражённо выпалил Славка, совершая резкий обгон. Я инстинктивно вцепился в ручку двери, пытаясь удержаться.

– Эй, полегче, Шумахер! Живого человека везёшь. И что за Ковен?

– Не важно, – отмахнулся он. – Главное, что уехали. Они нас не любят.

– Кого «нас»? Какого «Ковена»? Объясни нормально! – потребовал я.

Славка вздохнул, сбавляя скорость перед крутым поворотом на Алтуфьевское шоссе. Я узнал это место. Он снова мельком глянул на меня. Накал эмоций спал, но до спокойствия было ещё далеко.

– То, что ты видишь как разноцветные линии, называется Элемента, или силовые линии Земли. Не те, магнитные, которые ты в школе проходил, а… Знаешь, это сложно так сходу объяснить. У меня с теорией всегда были проблемы. Лучше отвезу тебя к деду, он всё расскажет.

– Какому деду? – я окончательно запутался. У друга деда не было, только дядя.

Славка хмыкнул, его голос зазвучал ехидно:

– К твоему.

– Э-э-э… – я промычал, пытаясь собрать мысли в кучу.

Дед у меня был один, по отцовской линии. Звали его Соломон. Видел я его от силы раз пять, и то в детстве. Но каждый день рождения и на Новый Год он исправно присылал подарки. Чаще всего – головоломки. Они мне нравились, куда больше, чем машинки, солдатики или компьютерные игры от родителей.

Насколько я знал, отец с дедом давно и крепко разругались, и с тех пор друг друга на дух не переносили.

Я потёр переносицу и честно признался:

– Ни черта не понимаю!

– Поймёшь, – заверил друг. – На самом деле всё просто.

– Так объясни!

Славка поморщился. Мы как раз выезжали на Дмитровское шоссе.

– Слав, млять! – не выдержал я. – Я тут охреневаю, а тебе пару слов сказать влом?

– Ой, достал! – вспылил Славка и выпалил: – Ну, слушай! Потом не говори, что не понял. В Москве есть два Ковена: Светлый и Тёмный. Почти как в песне про бабусю, – тут он неожиданно хохотнул, а потом продолжил куда спокойнее: – В Светлом ведьмаки и ведьмы, в Тёмном – колдуны и колдуньи. Мы лечим, а они калечат. Ты, придурок, только что чуть не вломился в особняк Тёмного Ковена. При условии, что ты светлый, тебе там точно не обрадовались бы. А твой дед мне бы голову оторвал за недосмотр за внуком. Ах да, чуть не забыл: твой дед – глава Светлого Ковена Москвы. А ты сам – ведьмак. Прости, в пару слов не уложился.

Славка замолчал, потом нервно хихикнул. Видимо, сам считал, что наговорил полную чушь.

Я притих, переваривая услышанное. Если это не бред, то значит я всё-таки маг. Вернее, ведьмак. Светлый. И, надо полагать, добрый.

Впору радоваться. Только что-то мне совсем не радостно.

Не, то, что не колдун – уже хорошо. На остальное, как говорится, надо смотреть.

А Славка, кстати, кто он такой?

– Ты тоже… ведьмак? – вырвалось у меня, когда мы уже съехали на Бутырский Вал.

– И я тоже ведьмак, – подтвердил друг. – Как и ещё двести тридцать семь ведьм и ведьмаков по Москве и области. С тобой нас будет двести тридцать восемь. Не дотягиваем.

– До чего не дотягиваем?

– До тёмных. Их уже больше трёхсот.

– А-а-а… – многозначительно протянул я, разглядывая проплывающий за окном Белорусский вокзал. Всё ещё ни черта не понял. Потом немного подумав, спросил: – А как ты вообще узнал, где меня искать?

– Магический маячок, – Славка пожал плечами.

Я понимающе кивнул. Магический маячок? Что тут могло быть непонятного?

Но тут меня осенило, и я подскочил на сиденье от возмущения.

– Ты за мной следил?!

– Неправильное слово, – друг не стал отрицать, спокойно глядя на дорогу. – Скорее, присматривал, чтобы ты не наделал глупостей. В последнее время тебя кидало из одной крайности в другую. Даже твой дед волноваться начал, когда я ему рассказывал о твоих похождениях.

Вот это поворот!

Теперь всё встало на свои места: и как он так быстро оказался на месте аварии, и его беспокойство обо мне. Я ведь даже не задумался об этом ни тогда, ни потом.

– Значит, всё это время…

Славка выразительно фыркнул, словно прочитал мои мысли.

– Не страдай ерундой, Рит. Мы не в шпионских фильмах. За тобой целенаправленно никто не следил. Кому ты, блин, нужен? По-честному – я задолбался вытаскивать твою задницу из неприятностей. Но ты же мой друг! А друзей в беде не бросают, даже если они придурки. И не смотри на меня так.

А как мне ещё на него смотреть?

Я сверлил Славку взглядом, пока мы не свернули у театра Сатиры на Садовое кольцо. Он же спокойно вёл машину, будто не замечая моего негодования.

Постепенно мой боевой настрой начал угасать. Предположим, всё действительно так, как говорит Слава. Что тогда?

– Куда мы едем? – спросил я чуть резче, чем хотел.

– В шпионскую штаб-квартиру, куда ж ещё? – Славка ответил с нарочитой серьёзностью.

– А серьёзно?

– А серьёзно, мы едем в Ковен. Сдам тебя деду. Вот на него можешь спустить всех собак. Только не говори ему, где я тебя подобрал. Ок?

– Ок, – кивнул я. Славка ведь не рассказал родителям про аварию. И я промолчу. Он же тоже мой друг.

Ох, как внезапно всё запуталось…

В голове забегали мысли, заскакали шустрыми блохами по всей моей жизни, как по драной собачьей шкуре, кусая остро и болезненно.

Прыг – укус! Отец всё знал. И тот сон – не сон. Он на самом деле возил меня к тётке-вивисектору, чтобы отобрать волшебство.

Прыг – укус! Мама тоже знала. И не остановила его.

Прыг – укус! Лучший друг следил за мной и докладывал деду.

Прыг – укус! Дед – глава какого-то Ковена. И непонятно, что ему от меня надо.

Предатели! Вокруг меня одни лицемеры и предатели!

Но обвини их – и каждый скажет, что делал это ради моего блага.

Я начал закипать. Правда, до точки кипения дойти не успел – мы добрались.

Проехав красивое здание МИД, свернули во дворы. Заехали под шлагбаум и припарковались у бирюзового двухэтажного особняка с белыми рамами и декоративными вставками.

Над особняком – снова этот клубок разноцветных линий.

Я оценивающе прикинул: этот шарик явно меньше, чем тот, что над другим особняком. Получается, зло круче добра? Вон, по словам Славки, и у людей у них больше.

«О чём я думаю?» – одёрнул я себя.

Тут такие дела творятся, а в голову лезет всякая ерунда.