Читать книгу Светлый Ковен. Волшебство - Екатерина Мурашова - Страница 7

Магистр обитал у чёрта на куличках. В буквальном смысле. Мне пришлось ехать на метро до станции «Улица Академика Янгеля», а потом ещё минут пятнадцать топать пешком.

Пока шёл, отходил от поездки на метро. Такой восторг я испытывал разве что в пять лет, после посещения цирка. Для полного сходства не хватало только сладкой ваты и мыльных пузырей.

Там, под землёй, был какой-то отдельный мир, сотканный из мерцающих линий. Их было столько, что дух захватывало. Я оказался совершенно не готов к такому зрелищу и первые минуты просто стоял с открытым ртом, разглядывая всё вокруг, словно дикарь, впервые попавший в супермаркет.

Больше всего было зелёных линий, что в принципе логично, если я правильно сопоставил цвета со стихиями. Однажды поезд въехал в такое их сплетение, что я мгновенно потерялся. Всё вокруг погрузилось в плотную зелёную паутину.

Часто встречались и голубые, которые, как я понял, указывали на грунтовые воды. Мы как раз центр проезжали.

Красных тоже хватало – они шли параллельно движению поезда. Что странно, ведь по идее алые должны тяготеть к огню? Но, опять же, это всё лишь мои домыслы.

На самом деле, наблюдать за переплетениями стольких линий в быстро движущемся поезде – та ещё морока. Первоначальный восторг после пары перегонов быстро сменяется рябью в глазах и подступающей тошнотой.

Решение нашлось простое: я стал закрывать глаза на перегонах, открывая их только на станциях. Иногда, конечно, подглядывал, пока снова не начинало мутить. Интересно же!

Пока я был увлечён волшебством московской подземки, идея посетить мага не казалась такой абсурдной. Но стоило вылезти на поверхность, как накатила неуверенность.

Зачем я иду к нему? Он ведь даже не похож на человека, достигшего высшего уровня морального и физического развития.

С моральным – не знаю, а вот с физическим там точно беда.

И всё же, я продолжал идти вперёд.

Справа тянулось пыльное Варшавское шоссе, по которому непрерывно неслись такие же запылённые машины. За ним начинались сплошные гаражи и здания непонятного назначения. Слева высились знакомые девятиэтажки, идентичные той, где живу я.

Добравшись до нужного дома, я потерял всякий энтузиазм. Девятиэтажка колдуна оказалась последней в ряду. Затёртая, серая, с ржавыми подтёками на некоторых балконах. Сразу за ней начиналась линия аккуратных красных семнадцатиэтажек. Почему бы магу не поселиться там?

Я подбодрил себя мыслью: может, все настоящие колдуны живут именно так? Скромно, неприметно, чтобы не выделяться. А то инквизиция не дремлет! Хвать – и на костёр!

Угу. Инквизиция – она отсталая, читать-писать не умеет. А уж пользоваться интернетом – совсем тьма и мракобесие!

В итоге всё же зашёл. Магистр – это вам не приворожун какой-нибудь! Обидится ещё, проклятие наложит. И тогда прощай, мужская сила!

С этими грустными мыслями я позвонил в домофон. У магистра он хотя бы работал, в отличие от нашего подъезда.

Великий маг велел подниматься на восьмой этаж.

Пришлось идти пешком – лифт не работал.

Зато входная дверь мага порадовала. На стальной панели белой краской был нарисован православный крест.

Хорошо, что не пентаграмма. Значит, магистр, как минимум, освящённый.

Звонок, как предупредил маг по телефону, не работал. Но едва я занёс руку для стука, дверь лязгнула замком и приоткрылась на длину цепочки.

– Александр? – с подозрением уточнил магистр, вглядываясь в узкую щель двери одним серым глазом.

– Он самый. А вы ещё кого-то ждали?

– Да ходят тут всякие, – поворчал маг, захлопнув дверь. Но тут же распахнул её снова, ровно настолько, чтобы я смог протиснуться. – Заходи скорее!

Протиснуться в тесный коридор, где громоздилось объёмное тело магистра, оказалось непросто. Но я справился и, оглядевшись, принялся изучать быт современных волшебников.

Признаться, жили они небогато. Старые, выцветшие обои на неровных стенах, под ногами скрипит затёртый паркет, в коридоре валялся обтрёпанный коврик. В квартире витал стойкий запах затхлости, пыли и чего-то лекарственного.

– Ботинки снимайте, молодой человек, – забыв, что только что был со мной на «ты», распорядился магистр Елисей, закончив возиться с замками.

Меня снова охватило сомнение: а не зря ли я сюда пришёл? Вдруг этот «маг» – вовсе не маг, а какой-нибудь сектант, и в квартире меня ждут его дружки-сатанисты? Сейчас налетят, отберут деньги, а меня пустят на тушёнку…

Иначе зачем магистр, заперев дверь, сунул ключи к себе в карман?

На тушёнку как-то не хотелось.

Тем не менее, я разулся, хотя чистота пола вызывала серьёзные сомнения. Скинув рюкзак на пол, вопросительно взглянул на магистра.

Он был невысок, на голову ниже меня, с сальными тёмными волосами, зачёсанными на прямой пробор. Лицо обрюзглое, щёки напоминали хомячьи запасы, а глаза почти терялись, то ли от природы узкие, как у азиатов, то ли от постоянного прищура из-за плохого зрения. Толстый нос картошкой с красными прожилками и стойкий запах лука изо рта. Одет он был в нечто невообразимых размеров: желтоватая рубаха, похожая на чехол для мотоцикла, с рукавами до локтя, и просторные брюки. На ногах красовались фиолетовые вьетнамки. На фото он выглядел куда стройнее. А говорят – камера полнит.

– Вон туда, – толстяк указал на растрескавшуюся дверь. – Идите, не бойтесь. Я сейчас подойду, – подбодрил он, видя мою неуверенность.

Я вошёл в комнату и присвистнул. Контраст, однако… Выходит, не так уж и бедно.

Кабинет мага был небольшим, но поражал отделкой. Вы когда-нибудь были в старых усадьбах, переделанных под музеи? В том же Кусково? Я как-то раз был с экскурсией от школы. Вот что-то подобное предстало передо мной и сейчас.

Сначала показалось, что стены отделаны светло-голубым мрамором. Приглядевшись и поскребя ногтем, я понял – это дерево. На полу – наборный паркет из тёмных и светлых плашек.

В нишах висели портреты в роскошных овальных рамах. С потолка свисала уменьшенная копия каскадной хрустальной люстры, неуместная при наших низких потолках, но идеально вписывающаяся в интерьер.

Единственное пластиковое окно почти полностью скрывала тяжёлая голубая штора с золотыми вензелями. По обе стороны от окна – шкафы-витрины. За стеклами виднелись корешки книг, статуэтки, свечи, пентаграммы и прочая магическая атрибутика.

Моё внимание сразу привлёк крупный череп, то ли волка, то ли собаки. Он лежал на полке боком, и его пустая глазница, казалось, внимательно наблюдала за мной.

Я передёрнул плечами и отвернулся.

Посреди комнаты стоял стол на резных ножках, похожих на лапы дракона. За ним –кушетка, также богато украшенная резьбой. Кажется, такие называют викторианскими.

Неужели другая мебель не выдерживает величия магистра?

Перед столом – более скромный стул с мягкой сидушкой и спинкой. По обе стороны от него, на стенах, висели зеркала в золотистых рамах. Стол был идеально чист, столешница расписана стилизованной под старину картой мира. В комнате пахло миндалём и было свежо, хотя кондиционера я не заметил.

Среди этой роскоши я почувствовал себя неуютно, как нищий оборванец, явившийся под светлые очи короля.

Ещё и череп этот пялится!

Идея навестить магистра окончательно перестала мне нравиться. Тем более я не заметил ни одной линии, пока осматривался, что в коридоре, что здесь. У меня дома через каждую комнату проходила хотя бы пара линий.

Но опять же, с чего я взял, что это как-то связано? Ладно, послушаем, что скажет целый магистр магии.

Стоило подумать о нём, как дверь распахнулась, и, тяжело отдуваясь, вошёл маг. Его рубаха взмокла и покрылась пятнами. Бегал он там, что ли?

– Не стесняйтесь, Александр. Проходите, садитесь, – шумно дыша, гостеприимно предложил магистр. Сам он, походкой пережравшей утки, дотопал до кушетки и тяжело бухнулся на неё. Кушетка отчётливо хрустнула.

Я осторожно присел на краешек стула. Зеркала на стенах отразили и размножили мою неуверенную, сгорбленную фигуру. Окончательно стало не по себе.

– По телефону вы говорили об элементалях? Что конкретно вас интересует, молодой человек? – деловито уточнил магистр.

Я скосил глаза на свое отражение в левом зеркале. Сутулое, жалкое, неуверенное.

Мне оно совершенно не понравилось, поэтому решительно расправил плечи.

Вот! Так-то лучше. Сразу стал выглядеть солиднее. С первого взгляда видно – достиг высшего уровня развития!

У меня даже уши покраснели от стыда. Что за глупости? Что я вообще здесь делаю?

– Не совсем так, – сказал я, мысленно костеря себя. – Понимаете, с недавнего времени я вижу разноцветные линии. Но я совершенно не понимаю, что с этим делать.

– А причём тут элементали? – не понял магистр. – Вы же про них говорили.

– Ну… – я почесал в затылке, пытаясь сформулировать свои ощущения. – Мне кажется, эти линии как-то связаны со стихиями. А стихии – это элементали…

– Абсолютно ничего общего, молодой человек! – категорически заявил магистр Елисей. – Элементали – это…

И этот доморощенный колдун разразился пространной речью, сыпля непонятными терминами и, кажется, латынью. Я слушал, и с каждой минутой всё сильнее убеждался: зря я пёрся через весь город. Если этот Елисей на что и способен, так только вешать лапшу на уши. Линий он в глаза не видел.

– Почему у вас в квартире нет линий? – успел я вклиниться с вопросом, пока магистр на секунду замолчал, переводя дух. Он так распалился, что чуть ли не пяткой в грудь себя бил. Глаза горели, волосы растрепались, слюни летели во все стороны – хорошо хоть до меня не долетали.

Мне стало противно. Прямо, как от людей перед тем, как меня сбила машина.

И почему-то я был уверен: в жилище любого уважающего себя мага должно быть полно линий. Откуда эта уверенность, кто бы мне объяснил. Точно не этот магистр.

Толстяк растерянно моргнул, явно сбитый с мысли, но быстро оправился и возмущённо спросил:

– Какие линии, молодой человек? Если вам что-то мерещится – вам к психиатру надо. Магия не так работает.

– Понятно, – вздохнул я, поднимаясь. – Толку с вас ноль.

– Что значит «ноль»? – толстяк аж подпрыгнул от негодования. Кушетка вновь болезненно хрустнула.

Хомячьи щёки колдуна затряслись, лицо и шея покрылись красными пятнами, толстые пальцы-сардельки сжались в кулаки. Магистр гневно затряс правым кулаком в воздухе.

– Я дипломированный маг! Великий магистр тёмной и светлой магии! Моими услугами пользуются… Александр, куда вы?! Стойте!

– Домой, – спокойно ответил я, направляясь в коридор.

– А заплатить за консультацию? – раздался голос вслед.

– Какую консультацию? – опешил я, натягивая старые, растоптанные кроссовки. Запарился в них по дороге. Может, на сэкономленные деньги купить себе сандалии? – Не буду я ничего платить.

– Я вас из квартиры не выпущу, пока не заплатите! Мои услуги очень дорого стоят! Я потратил на вас своё драгоценное время! Вы знаете, кто мои клиенты! Стоит мне только позвонить… – запугивал меня толстяк, пытаясь выбраться из-за стола, но его величие где-то застряло.

Ну, теперь понятно, зачем он ключи прятал. Видимо, я не первый лох.

Наконец, он выбрался из-за стола и теперь надвигался на меня, словно потная гора сала.

Возможно, я бы и испугался, если бы в детстве не видел дядю Славку. Сейчас же мне стало смешно.

И вот из-за этого жирного мешка я потратил своё драгоценное время? Одиннадцать лет пролежал на печке, как былинный богатырь! А теперь мне, вместо помощи, угрожают? Да как он смеет гавкать на меня, этот убогий? Он даже волшебства не видит!

Внезапно захотелось наказать толстяка. Показать этому паршивому шарлатану, что такое настоящая магия. Настоящая сила! Волшебство!

Это не он маг. Это я! Я – волшебник!

Желание проучить лжемага было таким сильным, что меня едва не трясло. Кончики пальцев закололо, глаза запекло.

Я зажмурился на секунду. Когда открыл глаза, увидел на жирном теле магистра два ярких жёлтых пятна. Одно – напротив сердца, небольшое, но светилось, как стоваттная лампочка. Второе, кажется, в районе желудка. Да, точно, желудка. Оно было не таким ярким, зато обширным.

Я сосредоточился на нём. Рука сама вытянулась вперёд, пальцы сжались в «когти».

Магистр, которому до меня оставалось три шага, внезапно запнулся и схватился за живот. Заохал.

Я с любопытством естествоиспытателя склонил голову набок и чуть сильнее сжал «когти». Жирдяй резко побледнел. Из его глаз брызнули слёзы, на висках выступили капли пота.

– Проблемы с желудком? – поинтересовался я тоном прожжённого медика.

Свой голос я не узнал. Он звучал отстранённо и безжизненно. А человек передо мной был жалок, беспомощен и, казалось, не достоин жизни.

– Да-а… – прохрипел он, судорожно хватая воздух.

– И с сердцем, – добавил я, поднимая вторую руку. Мои пальцы нацелились на пульсирующее в его груди сердце.

В этот момент зазвонил мобильник.

Резкая мелодия заставила меня вздрогнуть. Я моргнул, и видение исчезло. Пятна, которые я видел, растворились без следа.

Толстяк как-то жалобно всхлипнул и привалился боком к стене. Его дыхание стало частым и прерывистым, пот заливал красное, напряжённое лицо и шею.

Много времени на осознание не понадобилось. Дошло быстро, и я сам покрылся холодным потом.

Кажется, я только что едва не убил человека.