Читать книгу Кости Яви, тени Нави - - Страница 10

Не успел Яровит дойти до дома, как со стороны реки, где стирали белье, донесся женский визг. Он был пронзительным, истеричным, таким, что вороны с деревьев все же взлетели.

– Нашли! – орал мальчишка, бежавший от воды. – Русалки забрали!

Яровит, забыв про обиду, побежал к берегу. Внутри кольнуло надеждой: "А вдруг я не прав? Вдруг это обычное, земное дело?".

На берегу Днепра, в грязной тине, уже собралась толпа. Мужики баграми вытягивали на песок тело. Оно было страшным – синим, раздутым, как мех с водой. Лицо было объедено раками, но по рубахе узнали – это был молодой сын рыбака, Вадим, пропавший вчера вечером.

– Ох, беда! – выла его мать, падая на колени в песок.

– Глядите! – крикнул мужик по имени Мизгирь. Это был местный задира, вечно в долгах, вечно с бегающими глазками. Сейчас он был бледен, трясся и тыкал пальцем в тело. – Видите?! Трава на шее! Это водяные девы! Защекотали и утащили!

На шее мертвеца и правда была намотана длинная нить речной водоросли, похожая на удавку.

– Точно! – подхватил кто-то из толпы. – Русалья неделя скоро! Вот они и лютуют! Беду на нас навели! Надо волхва звать, пусть воду чистит!

Мизгирь огляделся, ища поддержки. Его голос был слишком громким, слишком настойчивым.

– Нечисть проклятая! Это они и Ратибора сгубили! Все сходится! Навьи вылезли! Все бегите!

Он явно пытался направить гнев толпы на мистического врага. Яровит прищурился. Что-то было не так. Не в теле, а в этом Мизгире. Слишком он радовался этой версии. Слишком активно махал руками.

Яровит протолкнулся сквозь строй спин.

– Дайте глянуть.

– Куда лезешь, паникер? – буркнул кто-то, но его пропустили. Славу сумасшедшего он уже заработал, а сумасшедшим на Руси дорога открыта – с них спроса нет.

Яровит присел у тела. Запах был тошнотворный – сладковатый дух речной гнили.

Он осторожно отвел пучок водорослей на шее парня.

Кожа под тиной была синюшной, но не от воды. Там, прямо под затылком, виднелась глубокая вмятина. Череп был проломлен.

А ниже, на груди Вадима, рубаха была надорвана, будто кто-то сорвал крестильный шнурок или кошель.

"Русалки не бьют по голове", – подумал Яровит. – "Они топят. Они целуют, пока не кончится воздух. А это – удар".

Он оглянулся на Мизгиря. Тот заметил взгляд гончара и дернулся. Рука должника рефлекторно прикрыла бок, где под рубахой топорщилось что-то тяжелое. Кистень?

Вадим был известен тем, что давал деньги в рост. Мизгирь был ему должен пять гривен – огромную сумму.

"Не нечисть", – понял Яровит. – "Человек. Подлец воспользовался паникой, чтобы убить кредитора и списать всё на водяных".

Он поднялся, вытирая руки о штаны. Толпа гудела: "Ведьмы!", "Русалки!". Страх, настоящий страх перед потусторонним, наконец-то пробил их броню отрицания. Но он был направлен по ложному следу. Они боялись мифов, не замечая, что среди них ходит убийца из плоти и крови.

– Не русалки это, – громко сказал Яровит.

Мизгирь выпучил глаза:

– Ты че несешь?! Вон тина! Вон вода! Кто ж еще?!

– Русалки кошель не срезают, – Яровит указал на рваную рубаху. – И черепа камнями не бьют. Его убили здесь, на берегу, а потом кинули в воду. Человек убил.

Толпа замерла. Версия о грабеже была понятнее, но не интереснее. Им хотелось мистики. Им хотелось верить, что это зло необоримо, а не что их сосед – крыса.

– Брешет он! – завизжал Мизгирь. – Он сам беду кликал! Может, это ты и сделал, гончар?!

Яровит шагнул к Мизгирю, и в его глазах должник увидел такую холодную пустоту, что осекся.

– Ты громче всех кричишь, Мизгирь. И долг у тебя был Вадиму. Где деньги теперь? В реке или у тебя за пазухой?

Мизгирь побледнел и попятился, сливаясь с толпой.

– Дурак ты… Псих… – бросил он и поспешил исчезнуть.

Никто его не остановил. Люди смотрели на реку.

И в этот момент поверхность воды у дальнего берега всколыхнулась.

Это не было тело. Это был Взгляд.

Из темной воды на них смотрело нечто. Яровит увидел на миг бледное, синюшное лицо девушки с пустыми глазницами, мелькнувшее в камышах. Она не смеялась, как положено русалке. Она смотрела на мертвого Вадима с жадной, немой завистью.

И затем, медленно, она подняла руку из воды и указала… на убегающего Мизгиря.

"Они здесь", – подумал Яровит, чувствуя дрожь. – "Но Вадима убили не они. Зло имеет два лица. Одно мертвое, другое живое. И живое – подлее".