Читать книгу Белеет мой парус - - Страница 7

На станции Жары представители латвийской армии погрузили нас – переселенцев в товарные вагоны, и, прощай страна победившего социализма! Впереди, как я надеялся, меня ждала новая интересная жизнь. Я ехал на родину своих предков не с пустыми руками. В потайном кармане у меня хранились латвийская монета в пятнадцать сантимов. Её перед отъездом подарил мне лучший друг Васька Орлов, который остался здесь, в далеком холодном и голодном поселке. Мне было искренне было жаль Ваську. Нас спасают, а о нём никто не заботится. Отец на фронте, мать без работы, изба полна детей, а еды никакой. Сталин со своим правительством где-то за линией фронта, а немцам совсем нет дела ни до Васьки, ни до других малых и больших граждан завоеванного ими края.

Прощались мы с Васькой за сараем, где он мне и вручил неизвестно где раздобытое единственное сокровище. Я вознаградил его ржаной лепешкой. Мы крепко обнялись и расстались навсегда.

Как долго мы ехали, теперь не помню. Помню, что поезд часто останавливался на каких-то разъездах, пропуская другие эшелоны. Переселенцы использовали эти остановки в своих целях. Надо было пополнить запасы питьевой воды, которой обычно не хватало. Хуже обстояло с туалетами. Если такой необходимый объект в виде дощатой будочки на нашем пути и попадался, то это вовсе не значило, что им вообще можно пользоваться. Как правило, туалеты были переполнены нечистотами до самых краев. Никто не роптал. Все надеялись, что скоро мы приедем в страну наших предков. Они примут нас в свои объятия, помогут устроится и мы достойно заживем среди своих соотечественников.

После долгих остановок, поезд, наконец, достиг Риги. На перроне с цветами и приветственными речами нас никто не встречал. Военные после высадки деловито распределили нас по группам, и, как баранов, рассадили на грузовики. Наш грузовик подкатил к зданию, напоминавшему больницу. Здание пустовало. Ручки на дверях присутствовали только с одной наружной стороны. Изнутри двери не открывались. Как оказалось, это был дом для умалишенных. Поговаривали, что гитлеровцы ликвидировали всех пациентов. Рейху не нужны были нетрудоспособные нахлебники.

Через сутки нас разделили на группы и повезли на грузовиках дальше. Ехали мы часа два. Остановились на базарной площади небольшого, с виду уютного, латвийского городка Бауска. Чистенькие улицы, вдоль которых росли липы, были аккуратно вымощены булыжником.

Энергичный мужчина-староста волости, приказал всем построиться в ряд. Напротив, столпились местные землевладельцы, которые оценивающе смотрели на нас. Без сомнения, шел отбор рабочей силы, которая состояла в основном из женщин и детей. Мужики сражались на фронтах, а парни и девушки, в том числе и сын нашей соседки по бане Жан, еще раньше были угнаны в Германию.

Пользуясь своей властью, первым «отоварился» староста. Он отвел в сторону мою маму и сестру Валю, которой к тому времени было тринадцать лет. Старшую сестру Лиду также быстро вывели из строя. Минут через тридцать площадь практически опустела. Переминаясь с ноги на ногу, перед старостой стоял один я, толком не понимая, что происходит. Наниматели без особых проволочек усаживали новых работников в повозки и увозили на свои хутора.

Разобравшись, в чем дело, мама стала умолять старосту присоединить и меня к его команде, пообещав работать на него даром. Слезы мамы не помогли. Староста заявил, что из милосердия он и так берет одного ребенка и вешать на шею второго дармоеда не намерен.

Не знаю, чем бы это кончилось, если бы на базарную площадь не заехала еще одна повозка. Владелец повозки, мужчина лет тридцати, подъехав к нам, удивленно спросил:

– «А где же обещанные работники?»

– «Спать меньше надо!» – ответил с ехидцей староста.

– «Вот, остался только один», – староста указал концом кнутовища в мою сторону.

– «Этот сопляк, работник?» – усомнился приезжий.

– «А ты ожидал, что из совдепии нам силачей пришлют?» – староста даже сплюнул от досады, и, таким образом как бы подтвердил бесполезность продолжения дискуссии.

– «Хочешь, бери пацана, других не будет».

Недолго думая, Калниньш, так звали моего нового хозяина, схватил меня за шкирку и бросил как котенка позади себя в повозку. Все мои пожитки практически были на мне, так что погрузка багажа времени не заняла.