Читать книгу Дочь врага. Спасение и проклятие - - Страница 7

Когда звук тяжелых шагов затих в коридоре, а замок не щелкнул, как обычно, я замерла. Не дышала.

Не может быть, чтобы он не запер дверь! Неужели сделал это намеренно, зная, что я все равно никуда не денусь.

Да, бежать было бы глупо, как и убивать его!

Сейчас внизу куча людей Темного. Я была под действием помутнения или какой-то слепой жажды возмездия. Хотела просто сделать ему больно, а то, что дальше не смогу выйти из здания живой – об этом уже не думала…

Теперь, когда адреналин схлынул, меня начала бить мелкая дрожь. Я чуть не убила человека.

Да и разве он человек? Зверь.

Но там, внизу, возможно, сейчас моя семья. Если я попытаюсь сбежать, они смогут меня защитить!

Медленно, боясь спугнуть удачу, подошла к двери. Дернула за ручку. Поддалась. Неужели?

В коридоре все тот же полумрак и затхлый воздух.

Я аккуратно прошла по уже знакомому длинному проходу, который в прошлый раз считала своим последним путем. И спряталась за колонной, стараясь остаться незамеченной.

В полумраке заброшенного склада, пропахшего сыростью и крысиным дерьмом, пятеро членов семьи из моего клана выстроились полукругом.

В центре возвышался консильери Микеле, статный старик с пронзительным взглядом и сединой на висках.

Он был мне как второй отец, и я помню, как еще ребенком сидела у него на коленях. Очень умный человек, отец не зря отправил его на переговоры.

Папа не подумал лишь о том, с кем именно он отправил вести этот разговор: с наркоманом и жестоким извергом, чей язык – это язык насилия и крови.

Напротив наших людей – помятые и злые, стояли два брата из русской мафии

Младший Волков с каменным лицом и цепким взглядом. А средний Дэн, дерганый и нервный, постоянно поправляющий воротник рубашки. Новую где-то взял, успел приодеться, модник хренов!

Остальные из клана Темного просто наблюдали со стороны. Все начеку.

Люди моего отца оказались в меньшинстве. Но никто не посмеет их тронуть, потому что они пришли на переговоры. Если я покажусь, то подвергну их опасности.

– Вы не охуели, Волковы? – ревел Микеле, его голос дрожал от ярости и бессилия. – Держите младшую дочь Вискотти в заложниках на какой-то помойке, ни в чем не повинного ребенка, дерзко похитили ее по пути в церковь, да еще и условия ставите?

– Микеле, только будь осторожен с ними, пожалуйста… – прошептала я, мой голос утонул в общем шуме.

– Ну что ты так заводишься, старый хрен, – протянул Дэн, растягивая слова. – Девка-то ваша цела. Пока что. И то благодаря тому, что сиськи пиздатые и нам с братцем пришлись по вкусу.

Один из Вискотти вздрогнул, я его узнала. Это был молодой парень, мы пересекались несколько раз. Кажется, он из наемников моего жениха Давида. Мне всегда казалось, что я ему нравлюсь. Ох, малыш, только не наделай глупостей!

– Марселло вашего по пути проебали что-ли? Или он зассал прийти лично в глаза нам посмотреть? – строго, но холодно отчеканил младший брат, сплюнув брезгливо на пыльный пол. – Он, блядь, нам брата как крыса завалил, а теперь какую-то шваль присылает, типа, сестру забирать?

– Что вы хотите? – устало выдохнул Микеле. – Земли, казино, деньги? Сколько?

– Ахуеть, итальянцы, приползли выкупать соплю! – Дэн скрипуче сплюнул на грязный бетон, повторяя за братом. Но у того это выглядело дерзко, а у Дэна – смешно. – А чо ваш выблядок, не пришел? Небось, за шлюшной юбкой Катарины спрятался?

Микеле поднял руку, успокаивая негодование своих людей.

– Мы здесь, чтобы договориться. Мы готовы заплатить за жизнь Лауры. Сколько вы хотите?

Дэн оскалился.

– Старый Доминико совсем ебнулся, думает, мы русские раз родом из Устья, то лохи продажные? Вам напомнить, кто на самом деле лох? И как его щенок Марсело, падла, скулил, когда мы его в подворотне прижали?

– У всего есть цена. Сколько вы хотите? Это простой вопрос.

– Сколько? Да мне ваши бабки в жопу не вперлись! Мне крови надо, понял? Крови за брата!

– Дэн, заткнись уже, – процедил Тема, не отрывая взгляда от Микеле. – Передайте этому пидору Марселло, что мы его ждём, сука, лично. Иначе, блядь, его сестрёнке такие "переговоры" устроим. Поняли, мрази? Валите нахуй, пока целы. И Марселло своего на этот раз притащите, блядь.

– Тема, ты чо их просто так отпустишь! Эти макаронники думают, что откупятся? После того, что их сучонок вытворил?

Дэн задергался, как натянутая струна.

– Нахуй мне ваш сучонок не всрался, каждая блядь на сицилии знает о его свингерских вечеринках и оргиях и кого он только в жопу не ебал… Как у такого выблядка вообще рука поднялась на нашего брата? Зато я теперь знаю что у меня подымется на его сисястую сестренку!

Один из Вискотти, тот самый молодой и горячий, не выдержал. С криком "За Лауру ты еще ответишь!" он достал откуда-то пушку и направив в голову среднего Волкова, выстрелил. Но Темный вовремя отреагировал и оттолкнул брата. Пуля прошла по касательной, лишь задев щеку Дэна.

Дэн взвизгнул, упав на пол, хватаясь за лицо.

Я в панике прижала руку ко рту, чтобы не выдать себя. Меня охватила дрожь.

– Ах вы, суки! Я вас… Тема, ты это видел?! Нихуясебе они на переговоры пришли? Кто их досматривал, бляди?! Чо ты стоишь? Они ответят за это!

Артем молча смотрел на происходящее. В его глазах не было ни ярости, ни сожаления. Только холодный, расчетливый гнев. Он понимал, что переговоры на этом окончены. Молодой тупой Вискотти пришел на них с огнестрелом. Это все меняло.

Честь брата требовала крови. И он ее получит.

– Что ж, Вискотти, – проговорил Тема, выплевывая окурок. – Это – ваша вина.

Как хищники, учуявшие запах крови, они выползали из теней. Прихвостни Волкова, словно голодные волки, медленно, но неумолимо стягивались со всех сторон, окружая людей моей семьи. Те, ощетинившись, приготовились к обороне.

Но зверь жестом остановил своих людей, не позволив сделать и шагу навстречу неминуемой бойне. Он размял шею, как гладиатор перед боем, и вышел вперед сам, словно в центр арены.

Я смотрела, оцепенев от ужаса.

Он начал.

Не было никакой бравады, никаких угроз. Только холодная, выверенная жестокость.

Первый из моего клана рухнул, даже не успев понять, что произошло. Удар был настолько молниеносным, настолько беспощадным, что я не сразу осознала, что он мертв.

Следующие продержались чуть дольше, но их участь была предрешена. Зверь двигался, как смертоносный вихрь, ломая кости, разрывая плоть, выбивая жизнь из тел. Даже матерые головорезы из его собственной команды отворачивались, не в силах смотреть на эту адскую расправу.

Я плакала, беззвучно кричала, задыхаясь от ужаса и бессилия. Каждый удар отдавался во мне болью, каждая сломанная кость хрустела в моей душе. Я хотела закрыть глаза, отвернуться, но какое-то болезненное любопытство, какой-то извращенный интерес держал меня прикованной к этому кровавому зрелищу.

Последним был Микеле. Мой Микеле. Он продержался дольше всех и успел нанести несколько ударов по зверю, но зверь все равно был быстрее.

Он выхватил из-за спины спицы – те самые, которыми я планировала его убить. Хладнокровно воткнул в глаз мужчине. Кровавые острия показались из его затылка. Микеле упал, дернулся в предсмертной судороге и затих.

Я едва не упала в обморок от шока и ужаса.

А зверь оглядел поле боя, словно оценивая свою работу. Кровь залила грязный пол, тела лежали в неестественных позах, словно сломанные куклы.

– Отправить видео для Вискотти, – холодно, но властно приказал он своим людям, которые, кажется, сами были в шоке от жестокости своего нового главаря. – Убрать трупы нахуй. И готовиться к войне.

Затем он поднял голову и посмотрел наверх. Наши взгляды встретились. Он не просто так использовал спицы. Он знал, что я здесь.