Читать книгу Белый лис и Снежная роза - - Страница 11

Тишину дома нарушил едва слышный скрип двери. Я резко обернулась в сторону детской комнаты. Дверь медленно открылась, и на пороге появился мальчик.

Ему было не больше пяти или шести лет. Его волосы, белоснежные, словно свежевыпавший снег, мягкими прядями спадали на лоб. Но больше всего меня поразили его глаза. Большие, ярко-голубые, как кусочки зимнего неба, они смотрели на меня с необычайной осознанностью, смешанной с чем-то диким, почти звериным.

Я застыла, чувствуя, как по спине пробежал холод.

Мальчик медленно вышел из комнаты, его движения были осторожными и тяжёлыми. Одежда на нём была простая, но грязная и местами порванная. На ткани уже проступала кровь, и я заметила, что его рука и бок сильно ранены. Кровь капала на пол, оставляя яркие алые пятна на тёмных досках.

– Ты… – прошептала я, но слова застряли в горле.

Он ничего не сказал, но его глаза были полны усталости и боли. Он смотрел на меня так, будто пытался понять, что я собираюсь делать.

И вдруг я поняла. Эти глаза. Те же самые, что я видела у лисёнка. Умные, глубокие, с лёгким отблеском звериной природы.

«Это он», – мелькнула у меня в голове ошеломляющая мысль.

Мои ноги подкосились от осознания, но я не двинулась. Бежать? Но куда? Он выглядел слабым, раненым… ребёнком. Но в то же время я понимала, что он не был обычным ребёнком.

Мальчик покачнулся и, пошатываясь, прислонился к дверному косяку. Он крепче прижал раненую руку к боку, его дыхание стало рваным.

– Ты… ты ранен… – выдавила я, глядя то в его глаза, то на кровь, медленно проступающую сквозь одежду.

Он ничего не ответил, но его взгляд смягчился. В нём не было угрозы. Он словно говорил: «Я не причиню тебе зла».

Мои мысли метались между страхом и желанием помочь. Всё тело кричало, что мне нужно уйти, спрятаться. Но его кровь, его раны… это было слишком, чтобы игнорировать.

Я сделала шаг вперёд, с дрожащими руками пытаясь успокоить себя, ровно дыша.

– Сядь, – тихо произнесла я. – Тебе нужно перевязать раны.

Мальчик не шевелился, всё так же изучая меня своим глубоким, проницательным взглядом. Он будто ждал, чтобы понять, действительно ли я хочу помочь, и можно ли мне доверять.

Мой страх и сомнения исчезли, сменившись инстинктивным желанием помочь. Глядя на ребёнка, который стоял, едва удерживаясь на ногах, я понимала: времени на раздумья у меня нет.

– Садись, – сказала я твёрже, чем чувствовала себя на самом деле, и осторожно взяла его за здоровую руку, чтобы усадить на ближайший стул.

Он не сопротивлялся, только медленно сел, тяжело дыша. Я опустилась перед ним на колени, оглядывая его раны. Кровь на боку пропитала ткань, а его рука была покрыта ссадинами, из которых всё ещё сочилась кровь.