Читать книгу Белый лис и Снежная роза - - Страница 8

Лагерь постепенно начал затихать. Караванщики, уставшие от дороги и разогретые алкоголем, решили немного поспать перед утренним переходом. Костры догорали, оставляя только красные угли, а ночной холод снова начал пробираться в каждую щель.

Я, стараясь избегать лишнего внимания, поднялась в свою повозку. Она была всё ещё холодной, но, по крайней мере, защищала от ветра. Завернувшись в старое одеяло, я улеглась на мешки, которые служили мне постелью, и попыталась согреться.

Голоса караванщиков снаружи становились всё тише, их разговоры растворялись в ночной тишине. Вскоре лагерь погрузился в сон, и только редкое фырканье лошадей или скрип повозок нарушали тишину.

Я уже начала засыпать, когда вдруг услышала какой-то шум. На первый взгляд это был обычный хруст снега, но что-то в этом звуке заставило меня насторожиться. Сердце заколотилось быстрее, и я, не дыша, прислушалась.

Шаги. Кто-то приближался к моей повозке.

В темноте я разглядела тёмную фигуру, которая приближалась слишком близко. Наконец, лунный свет осветил бороду, и я узнала его – бородатого караванщика, который вечером громче всех шутил и насмехался.

– Эй, девочка, не спишь? – его голос прозвучал тихо, но в нём слышалась насмешка.

Я замерла, не зная, что делать. Он поднялся на повозку и сел на край, наклоняясь ко мне.

– Не бойся, я просто поговорить хочу, – сказал он, но его взгляд говорил совсем другое.

– Уходите, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, но предательская дрожь всё равно прорвалась в моих словах.

– Ух, какая строгая, – он усмехнулся, его голос стал мягче, но это только усилило мою тревогу. – Знаешь, ты такая хорошенькая… А тут, знаешь, холодно. Может, согреем друг друга?

Он потянулся ко мне, и я отпрянула назад, сжимая одеяло так сильно, что пальцы побелели. Сердце бешено стучало, страх смешивался с отвращением.

– Уходите! – сказала я громче, пытаясь оттолкнуть его, но он был сильнее.

– Да ладно тебе, чего ты боишься? – сказал он, ухмыляясь. Его руки приблизились, и в этот момент мой страх сменился отчаянным гневом.

Я толкнула его со всей силы, хватаясь за ближайший мешок и замахнувшись им. Мешок был тяжёлым, но ударил его по плечу, заставив потерять равновесие.

– Что за чёрт?! – воскликнул он, отступая на секунду.

В этот момент я закричала:

– Ролан!

Мой крик прорезал тишину, и я услышала, как снаружи послышались шаги. Мужчина выругался, быстро соскочив с повозки. Он, видимо, не хотел привлекать внимания и, бурча что-то под нос, быстро скрылся в темноте.

Через несколько секунд к повозке подошёл Ролан. Его лицо было мрачным, а глаза полны тревоги.

– Что случилось? – спросил он, осматривая меня.

– Он… – я указала в сторону, где исчез бородатый караванщик, и не смогла закончить.

Ролан, сжав челюсти, посмотрел туда, куда я указала, затем перевёл взгляд на меня.

– Всё в порядке. Теперь никто к тебе не подойдёт, – тихо сказал он, но в его голосе звучала угроза, явно адресованная тому, кто осмелился нарушить покой.

Он остался у повозки, садясь рядом на землю и молча глядя в сторону лагеря. Я снова завернулась в одеяло, чувствуя, как адреналин постепенно уходит.

Эта ночь стала для меня уроком: опасности подстерегают не только снаружи, за границей, но и среди тех, кто казался мне попутчиками.

Лагерь, наконец, затих. Караванщики, уставшие после долгого пути и выпитой браги, уснули у костров. Ролан, который дежурил у повозки, к моему облегчению, решил переночевать внутри. Снаружи остались только тлеющие угли костров, слабый свет которых едва освещал лагерь.

Я лежала в холодной повозке, завернувшись в старое одеяло, но сон никак не приходил. Холод пробирался к ногам, которые давно стали ледяными. Это была моя вечная проблема – зимой мне постоянно приходилось вставать, чтобы согреться или сбегать в кусты, а поскольку возможность согреться была редкостью… в общем, в кустики я бегала часто!

Стараясь не создавать шума, я тихо выбралась из повозки. Лагерь казался погружённым в глубокий сон. Лошади спали, лишь изредка перебирая копытами, а вокруг была только тишина ночного леса.

Я направилась к ближайшим кустам, стараясь не отходить слишком далеко. Ночной лес выглядел угрожающе, но я убеждала себя, что опасаться нечего. Всё вокруг казалось неподвижным, только слабый ветер шевелил замёрзшие ветви.

После того как я закончила свои дела, я выпрямилась, поправляя полы своего пальто. Уже собиралась повернуть обратно, как вдруг ощутила резкое движение за спиной.

Тяжёлая рука схватила меня, прижимая к чьей-то твёрдой груди.

– Тихо! – прошипел голос у моего уха.

Я попыталась закричать, но сразу же почувствовала жёсткую ладонь, закрывающую мой рот. Меня резко дёрнули назад, так что я едва не упала.

– Если пикнешь – убью, – прошептал он, и мне показалось, что от страха моё сердце остановилось.

Я узнала этот голос. Это был бородатый караванщик, тот самый, который бросал на меня похотливые взгляды вечером у костра.

Я попыталась вырваться, но его хватка была слишком крепкой. Он крепко держал меня одной рукой, зажав мой рот, а другой обхватил за талию, лишая возможности двигаться.

– Ну что ты, рыжая? Тихо же всё будет, – его голос звучал мерзко, почти с насмешкой. – Сейчас пойдём подальше, поговорим.

Он потащил меня в сторону леса, подальше от лагеря. Снег хрустел под его сапогами, мои ноги цеплялись за землю, но я не могла сопротивляться. Ледяной воздух резал лёгкие, а тьма леса становилась всё гуще, пока свет костров не исчез совсем.

– Давай, не вырывайся, а то хуже будет, – процедил он, толкая меня глубже в лес.

Моё сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Я пыталась оттолкнуть его, но это было бесполезно. Его хватка была железной.

Каждый шаг уводил нас дальше от лагеря, а я с каждым мгновением понимала, что если не сделаю что-то сейчас, назад я уже не вернусь. Страх смешивался с отчаянием, и я начала искать любую возможность вырваться, хотя холод и ужас сковывали каждую мою мысль.

Бородатый караванщик грубо тащил меня вперёд, не обращая внимания на мои попытки вырваться. Лес становился всё гуще, и снег под ногами превратился в скользкую, замёрзшую грязь. Я пыталась сопротивляться, но его рука была сильной, а страх сковывал каждую мысль.

– Ну-ка, тихо, – буркнул он, когда я попыталась закричать, стиснув мою руку сильнее.

Вскоре он остановился. Перед нами оказались густые заросли кустарника, а за ними – поваленное дерево. Я заметила тёмную фигуру, сидящую на его стволе. Сердце сжалось от нового страха, когда я поняла, кто это.

На дереве сидел глава каравана. Его лицо освещалось слабым лунным светом, и выражение этого лица мне не понравилось. Он неспешно поднял голову, встретившись со мной взглядом.

– Молодец, – спокойно сказал он бородатому. – Быстро сработал.

– Да она и не сильно сопротивлялась, – усмехнулся бородатый, подтолкнув меня вперёд.

Я замерла, чувствуя, как меня бросает в жар и холод одновременно. Неужели они это планировали? Моё сердце забилось ещё быстрее.

– Что ж, девочка, – произнёс глава, медленно поднимаясь с дерева. Его голос был низким и угрожающим, но в нём звучала почти насмешка. – Мы тут подумали, что ты слишком напряжённая. Почему бы нам не помочь тебе расслабиться?

Смех бородатого караванщика раздался где-то за моей спиной, а у меня закружилась голова от ужаса. Я сделала шаг назад, но столкнулась с его грудью, от чего он тут же схватил меня за плечо, не давая уйти.

– Оставьте меня! – выкрикнула я, но мой голос прозвучал слабее, чем я надеялась.

– Не бойся, – усмехнулся бородатый, его пальцы больно впились в моё плечо. – Мы просто поиграем немного.

В этот момент во мне что-то щёлкнуло. Я уже не думала, что у меня есть выбор. Страх сменился отчаянием, а затем – гневом. Резко повернувшись, я вырвалась из его хватки, оттолкнув его локтем.

– Чёрт! – выругался он, теряя равновесие.

Я побежала.

Снег хрустел под моими ногами, а ветки хлестали по лицу, оставляя мелкие царапины. Я не знала, куда бегу, но лес становился всё гуще, и сердце подсказывало мне, что я приближаюсь к границе.

– Лови её! – раздался голос главы каравана позади.

Я услышала, как они бросились за мной. Их шаги приближались, но я не останавливалась. Лёгкие горели от холода и усталости, но я знала: если они поймают меня, то всё будет кончено.

Наконец я почувствовала, как чьи-то сильные руки схватили меня. Я закричала, но уже через секунду меня приложили об дерево.

– Ну что, побегала? – выдохнул глава каравана, крепко удерживая меня за плечи. Его лицо оказалось так близко, что я почувствовала запах алкоголя. – Мы же тебя предупреждали.

Он резко прижал меня к дереву, но в этот момент что-то нарушило тишину.

Это был низкий, глухой рык, раздавшийся где-то в глубине леса.

Оба мужчины замерли. Бородатый, который уже почти догнал нас, остановился, а его глаза расширились. Глава каравана медленно отпустил меня, его взгляд устремился в темноту между деревьями.

– Ты это слышал? – спросил бородатый, голос его задрожал.

Рык раздался снова, но на этот раз ближе.

– Оборотень, – выдохнул глава, отступая на шаг.

Мужчины переглянулись, их лица мгновенно утратили всю уверенность. Я замерла, не смея пошевелиться, но сердце колотилось в груди, как молот.

– Уходим! – резко сказал глава, и бородатый тут же побежал обратно к лагерю.

Они оставили меня, не оглядываясь. Я прислонилась к дереву, пытаясь успокоить дыхание, и вдруг поняла, что снова осталась одна.

Рык повторился, но теперь совсем рядом. Лес ожил, ветки скрипели, и тени между деревьями начали двигаться. Я хотела закричать, но голос застрял в горле.

Мой взгляд был прикован к темноте, из которой исходил этот звук. Что-то приближалось. Что-то, что не было человеком.

Я замерла, прижавшись к дереву, и вслушивалась в каждый звук. Шорохи между деревьями становились ближе, а затем я услышала фырканье. Это был глубокий, тяжёлый звук, который разнёсся по ночному лесу, словно предупреждение.

Моё сердце остановилось, и я закрыла глаза, молясь, чтобы это не было тем, чего я боялась больше всего.

Но шаги, которые я ожидала услышать, так и не раздались. Фырканье повторилось, а затем всё затихло. Тёмная тень, казавшаяся мне неестественно большой, мелькнула между деревьями, а потом растворилась в ночи.

Я стояла неподвижно, боясь пошевелиться, пока не поняла, что лес снова погрузился в тишину. Незнакомое существо ушло, так и не приблизившись.

Я позволила себе выдохнуть, но тревога не покидала меня. Почему оно не напало? Было ли это предупреждением или знаком того, что меня пощадили?