Читать книгу Закон Каина - - Страница 15

Душная баня в подвале старого амбара на окраине Узкой Переправы давно не использовалась по назначению. Теперь это была темная, пропахшая сыростью, кровью и страхом комната. Единственным источником света была масляная лампа на грубо сколоченном столе, отбрасывающая гигантские, пляшущие тени на стены, покрытые солевыми разводами.

На столе лежала карта, составленная из нескольких листов пергамента, сколоченных воском. На ней были отмечены хутора, лесные тропы и – жирным черным крестом – последнее известное местонахождение крупного отряда Каина, двигавшегося, судя по всему, на юг, к богатым равнинным землям, еще не тронутым войной.

Перед картой стоял Элиас. Но он не смотрел на нее. Его взгляд был прикован к стене напротив, где на цепи, прикованной за запястье к железному кольцу, висел человек. Не рыжебородый предводитель – того так и не нашли. Это был другой, пойманный накануне разведдозором. Молодой, тощий, с лицом перепуганного хорька. Его звали Ян. И он знал что-то важное. По крайней мере, так доложил Таль.

– Повтори, – сказал Элиас. Его голос был плоским, лишенным эмоций.

– Я… я все сказал, господин, – захрипел пленный. Губы у него были распухшие, один глаз заплыл. Его уже «мягко» допросили сержанты. – Отряд… отряд лорда Рева. Шестьсот человек. Идут к перевалу Ущелье Ворона. Чтобы… чтобы отрезать дорогу на юг. Через три дня они будут на позиции.

– А гарнизон в самом ущелье? – спросил Гаррет, стоявший в тени.

– Маленький… двадцать человек, не больше. Они должны сдаться или… или их сотрут.

Элиас медленно прошелся по комнате. Информация была бесценной. Если отряд Каина займет перевал Ущелье Ворона, он получит контроль над главной артерией, связывающей горные долины с плодородным югом. Десятки деревень, три крупных поместья, включая владения леди де Монфор, окажутся под угрозой. Это будет стратегическая катастрофа.

У него был план. Безумный, но дерзкий. Его отряд, усиленный двумя десятками местных охотников, мог совершить марш-бросок по горным козьим тропам и ударить по отряду Каина с фланга, пока тот растянулся на марше по узкому ущелью. Застать врасплох, посеять панику, нанести максимальный урон и отступить. Классическая партизанская тактика. Шанс сорвать планы Каина и выиграть время.

Но была проблема. Тропа, по которой они должны были идти, проходила в трех лигах от сожженного хутора, где укрывалась, судя по словам Яна, группа беженцев – в основном старики, женщины и дети, бежавшие от войны. Их было человек тридцать. И если отряд Элиаса пойдет по тропе, он рискует быть обнаруженным дозорными Каина, которые наверняка рыщут в том районе. Обнаружение означало провал всей операции и верную гибель для его людей в открытом бою против шестисот.

Был другой путь. Длиннее, сложнее, через каменные осыпи. Он добавлял почти сутки к маршу. А значит, они могли не успеть. Отряд Каина спокойно занял бы перевал, и шанс был бы упущен навсегда.

Элиас подошел к пленному.

– Эти беженцы. Они хорошо спрятаны?

Ян замотал головой, цепь звякнула.

– Нет… пещера у ручья. Известное место. Мы… то есть они… могли уже найти. Могли и не найти.

Неопределенность. Игра в кости с жизнями тридцати невинных и судьбой всего региона.

Гаррет вышел из тени. Его лицо в свете лампы было похоже на маску из старой кожи.

– Элиас. Мы не можем рисковать. Если нас обнаружат – все кончено. Эти беженцы… – он тяжело сглотнул. – Война. Они знали, на что идут, оставаясь здесь.

– Они не «шли» никуда, Гаррет! – голос Элиаса прозвучал резко, с непривычной для него горечью. – Они просто жили. А теперь прячутся в пещерах, как звери. Тридцать человек. Против шанса остановить шестьсот.

– Против шанса спасти тысячи, – холодно парировал Гаррет. – Это не выбор, капитан. Это математика.

«Математика». То самое слово, которым оправдывала себя леди де Монфор. Циничная, бездушная арифметика, где жизни превращались в цифры на чаше весов. Элиас ненавидел эту математику. Он поклялся защищать каждого. Не «большинство». Каждого.

Он закрыл глаза. Перед ним встали лица: испуганное лицо девушки с поляны, удивленное лицо Борка, презрительные лица лордов из совета. И теперь – воображаемые лица этих тридцати в пещере. Старуха, держащая внука. Девушка, подобная той, что погибла. Мужчина, пытающийся защитить свою семью голыми руками.

А с другой стороны – карта. Перевал. Шестьсот солдат Каина, готовых хлынуть на юг, неся с собой то, что они называют «очищением». Пламя, которое спалит еще десятки таких же пещер.

Он открыл глаза. В них не было прежнего огня. Был только холодный, тяжелый свет принятого решения.

– Мы идем по тропе, – сказал он тихо, но так, что слова прозвучали как приговор. – Прикажи людям быть готовыми к выступлению через два часа. Тишина – абсолютная. Маскировка. Если увидим дозорных… – он сделал паузу, – мы их устраним. Бесшумно. Но мы идем.

Гаррет замер, глядя на него с немым вопросом.

– А если дозорных будет больше? Если они поднимут тревогу? Мы погубим и отряд, и этих беженцев, и все южные земли.

– Тогда мы погубим, – отрезал Элиас. Его голос дрогнул лишь на мгновение. – Но мы хотя бы попытались идти по пути, на котором можем смотреть в глаза тем, кого спасаем. А не по пути, где мы сначала приносим их в жертву на бумаге, чтобы потом, возможно, спасти абстрактное «большинство».

Он говорил это, но где-то в самой глубине, в том месте, куда не пускал даже себя, шептала ледяная мысль: Ты выбираешь не путь чести. Ты выбираешь путь, где твоя совень будет чуть чище. Даже если это приведет к большей крови. Это эгоизм, прикрытый благородством.

Он отшвырнул эту мысль. Он должен был верить, что его люди достаточно хороши, чтобы пройти незамеченными. Что удача будет на их стороне. Что долг – защищать ближнего, а не приносить его в жертву.

– Выполняй приказ, лейтенант, – сказал он Гаррету, и в его тоне не осталось места для дискуссий.

Гаррет, сжав губы, резко кивнул и вышел. Цепь на стене звякнула снова.

– А я… – начал пленный Ян, в его голосе зазвенела жалкая надежда. – Я все сказал. Вы… вы меня отпустите?

Элиас медленно повернулся к нему. В глазах пленного он увидел тот же животный, молящий страх, что был в глазах кастеляна Оррика перед молотом. Тот же страх, что, возможно, был сейчас в глазах беженцев в пещере.

Каин бы убил его. Без колебаний. Чтобы не оставлять свидетелей, не тратить ресурсы. Циничная математика.

Элиас подошел к столу, взял лампу.

– Нет, – сказал он просто. – Ты останешься здесь, под охраной. Если твоя информация верна… тебя обменяют на наших, если такие будут. Если нет… – Он не договорил. Но в его голосе не было угрозы. Была лишь усталая констатация факта.

Он вышел из бани, вышел на свежий, прохладный воздух предвечерья. И впервые за много лет капитан Элиас Валтан, Безупречный Герой, почувствовал, как что-то твердое и незыблемое внутри него – та самая скала принципов – дала глубокую, страшную трещину. Он только что принял решение, которое могло погубить все, что он должен был защищать. Ради принципа, который, возможно, был лишь его гордыней. Ради того, чтобы не стать похожим на Каина, который без зазрения совени жертвует единицами ради своего «нового порядка».

Разве не к этому сводился его выбор? Не стать как он. Даже ценой катастрофы.

Он посмотрел на запад, где в предгорьях лежала тропа и пещера с тридцатью невидимыми, безгласными жизнями. Завтра они станут либо молчаливыми свидетелями его прохода, либо его величайшей ошибкой. Или и тем, и другим.

Трещина в фасаде была не просто сколом. Это была пропасть, открывшаяся у него под ногами. И он сделал шаг вперед.