Читать книгу Детеншн. Пересекая границу Трампа - - Страница 18

"g.a.y." – это просто еще одно дело для ICE, еще одна категория в этой бездушной, безразличной системе, которая перемалывает человеческие судьбы.

Его звали Лима…

Вспоминая истории молодых латиноамериканцев из Лисьего отсека, я постепенно понимал, что для их культуры сексуальные отношения как с мужчинами, так и с женщинами не были чем-то постыдным или запретным;

это было просто частью их существования. Это "открытие" пришло ко мне еще в F 204, где три недели я был вынужден слушать бесконечные истории Лимы, открытого гея, моего сокамерника, чьи откровения порой вызывали отвращение.

Даже во время той изнурительной перевозки в наручниках от границы, расположенной где-то в тридцати милях к востоку от Сан-Диего и Тихуаны, я заметил пару молодых парней.

Они вели тихую, оживленную беседу, в детали которой я не вникал, глядя в окно, стараясь отстраниться от происходящего.

Поездка от границы заняла около часа, и все это время колумбиец, мексиканец и бразилец ехали в молчаливом напряжении, с любопытством наблюдая за проносящимися за окном пейзажами, пытаясь найти в них какое-то утешение.

Но не эта пара. Их рты не умолкали, беспрестанно изливая слова.

Пригороды Сан-Диего значительно отличались от его центральной части, особенно красотой своих зеленых, плавно перетекающих холмов, похожих на волны.

То время в автобусе, пока эти молодые люди молчали, казалось удивительно спокойным и мирным, настоящим оазисом тишины.

Еще одна женщина из Латинской Америки была с нами в том же автобусе.

Полная на вид, она выглядела глубоко подавленной и тревожной, сломленной.

В последний раз я видел ее во время оформления удостоверений личности в приемном центре, где нас всех фотографировали, как приговоренных преступников.

К тому времени до нее начало доходить, в какую мрачную бездну она попала, и это осознание довело ее до слез.

Фотография для ее значка, где она была запечатлена с заплаканным лицом и размазанной по щекам тушью, будет нести на себе всю тяжесть ее заключения, молча крича о разрушенных надеждах, пролитых слезах и тщетности борьбы.