Читать книгу Три белых камня. Сборник стихов / Æртæ урс дуры - - Страница 4

Встречей с народным поэтом Северной Осетии Шамилем Джикаевым и его стихами, в которых он воплотил свои «и скорбь, и ярость, и любовь» к жизни и окружающему миру, я обязан его ученице Залине Басиевой. Тоже поэт и переводчик, именно она подготовила все подстрочники, которые определили состав будущей книги – но поначалу не этой. Ибо сначала во Владикавказе в год 85-летия автора, родившегося в 1940-м и трагически погибшего в 2011 году, увидел свет и был представлен на фестивале «Осетинская лира» одноименный с приведенной короткой цитатой сборник.

Подготовка того сборника стала частью общественного проекта, в котором приняла участие целая группа переводчиков из Москвы и ряда регионов России. Вместе с ними поначалу некоторую часть предложенных стихов переложил и я – как годом ранее практически тот же коллектив заново перевел большинство стихов книги основоположника осетинской литературы Коста Хетагурова «Ирон фандыр» («Осетинская лира»). А став потом редактором сборника, получил возможность в том числе сравнить предложенные для него тексты с теми самыми подстрочниками стихов Джикаева. И на правах этого самого редактора в том числе предложить авторам переложений усовершенствовать некоторые строки и строфы.

Сам я при этом исходил из принципов, которые представляются мне непреложными. Считаю, что перевод какого-либо стихотворения иноязычного автора на русский язык, безусловно, должен сохранять привкус и, если удастся, даже призвук оригинала – как личностный, так и национальный. Однако русским читателем он должен восприниматься как русское стихотворение. Кроме того, переводчику необходимо по возможности точно передать оригинальные смыслы и образы.

Выполнить эти противоречивые требования весьма непросто. Тем более что их можно назвать рамочными, и в каждом конкретном случае переводчик, пользуясь относительной свободой, вправе сам выбирать те или иные решения, которые в том числе могут быть связаны с его собственной стилистикой и представлениями о должном в этой сфере литературного творчества. Отсюда – неизбежная вариативность, проявляющаяся в том числе в переложениях одного и того же оригинала разными поэтами, вплоть до открытого признания некоторых переводов вольными.

В такой ситуации задача редактора заключалась именно в том, чтобы предложить коллегам еще раз подумать над теми или иными местами. При этом ответственность за конечный вариант была оставлена за самими участниками проекта.

Те предложения и рекомендации, однако, стали вызовом и для меня самого. Как будто собеседники, которым я их адресовал, в тот же самый момент отвечали: сам попробуй! Осилишь?

Так и стали появляться мои собственные варианты переложений самых сложных или, на мой взгляд, самых ярких стихов Джикаева. И постепенно крепло ощущение собственного внутреннего созвучия с ним – в том числе благодаря явному совпадению в интересе к истории, времени вообще, переживаниях по поводу вместе, хотя и на отдалении, пережитых событий. И пришло более глубокое, на мой взгляд, понимание этих событий и некоторых сторон истории и современной жизни Северной Осетии, Кавказа, да и всей нашей общей России. А переведя в конечном итоге все, я запросил у Залины еще пару десятков подстрочников…

Так, в почти полугодовой работе и сложилась эта неожиданная книга – как самостоятельный диалог двух поэтов, которым всегда является художественный перевод. Однако «первым номером» в этом диалоге выступает все-таки Шамиль Джикаев – его уникальный голос было необходимо донести до более широкой, чем прежде, аудитории. Что и насколько получилось – теперь судить читателю.

Андрей Расторгуев, поэт, переводчик, член Союза писателей России