Читать книгу Убийство на Строгинском бульваре - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 8

Прибытие полиции

Сирены приближались, перекрывая друг друга, и Анне казалось, что они никогда не замолкнут. Отец всё ещё держал её за плечи, но его взгляд был устремлён в сторону коридора, туда, где лежала мать. Он не плакал. Не кричал. Только сжимал её плечи так сильно, что останутся синяки.

Первыми приехали двое в форме. Анна услышала, как хлопнула дверь подъезда, тяжёлые шаги по лестнице, резкий звонок. Отец открыл, не спрашивая, кто там.

— Вызывали полицию? — спросил один из них. Молодой, с круглым лицом, держался за пояс, где висела рация.

— Да. Убийство. Моя жена, — сказал отец. Голос был ровным, почти спокойным. Анна смотрела на него и не узнавала.

Полицейские переглянулись. Тот, что помоложе, шагнул в квартиру, увидел тело в коридоре, остановился. Второй — постарше, с усталым лицом — подошёл к Анне.

— Девушка, вы в порядке? Вас не трогали?

Анна не знала, что ответить. «Трогали» — это слово сейчас ничего не значило. Она покачала головой.

— С ней всё нормально, — ответил за неё отец. — Она в шоке. Вы бы лучше...

— Сейчас приедут, — сказал старший. — Ничего не трогайте, ничего не убирайте.

Они не вошли дальше прихожей. Стояли, переминались, изредка переговаривались по рации. Квартира наполнялась людьми постепенно. Сначала приехали эксперты в синих бахилах, с чемоданами. Они принялись осматривать коридор, спальню, сейф, который всё ещё зиял открытой дверцей.

Потом прибыл следователь — мужчина в недорогом костюме, с папкой под мышкой. Ему было лет сорок, лицо без выражения, быстрые глаза. Он окинул взглядом квартиру, остановился на теле, потом перевёл взгляд на отца.

— Алексей Сергеевич? — спросил он, сверившись с блокнотом.

— Да.

— Я следователь Кравцов. Расскажите, что произошло.

Отец начал говорить. Анна слушала его голос, который звучал уверенно, без запинок. Он рассказывал, что приехал по звонку дочери, обнаружил жену убитой, квартиру вскрытой. Про дочь — что она ничего не видела, что была в своей комнате, испугалась, позвонила ему.

— Она говорит, ей звонили какие-то люди, — добавил отец. — Представлялись сотрудниками безопасности. Заставили открыть дверь, отдать деньги.

Следователь кивнул, что-то записал.

— Телефонные мошенники? — переспросил он. — Сейчас это часто бывает.

— Наверное, — сказал отец. — Я не знаю. Она мало что помнит.

Кравцов подошёл к Анне. Смотрел на неё внимательно, но без жестокости.

— Анна, вы меня слышите? — спросил он. — Я хочу задать вам несколько вопросов. Вы сможете ответить?

Анна смотрела на его руки. Белые, ухоженные, без колец. Она представила, как эти руки будут писать отчёт. «Свидетельница в шоке, показания невнятные».

— Я не знаю, — сказала она. — Я ничего не помню.

— Вас кто-то ударил? — спросил Кравцов. — Вас трогали?

Анна покачала головой. Слишком быстро. Следователь заметил это, но не настаивал.

— Хорошо. Потом поговорим, когда отойдёте.

Он отошёл к экспертам. Анна слышала обрывки разговора:

— Сейф вскрыт болгаркой. Следы инструмента характерные.

— Нож? Зачем нож?

— Наверное, на случай сопротивления. Жертва сопротивлялась, следы борьбы есть.

— Наркотики?

— Пока не ясно. Проверим.

— Похоже на обычное ограбление с летальным исходом. Очередные наркоманы, которые переборщили.

Анна слушала эти слова, и ей казалось, что они говорят о чём-то другом. О фильме, о книге. Не о матери, которая лежала в коридоре, накрытая простынёй, которую принесли эксперты.

В какой-то момент она вышла на лестничную клетку. Там было холодно, пахло табаком и сыростью. Соседка с верхнего этажа стояла в халате, прижимая к груди кошку.

— Девочка, что случилось? — спросила она. — Мы слышали шум, потом сирены.

— Не знаю, — сказала Анна. — Я не знаю.

Соседка хотела обнять её, но Анна отстранилась. Она спустилась на несколько ступеней, села, обхватив колени. Смотрела на свои руки. На них всё ещё была кровь? Она не помнила, откуда.

Снизу поднимались ещё двое — оперативники в гражданском. Они мельком глянули на неё, прошли в квартиру.

— Убийство, — сказал кто-то из них. — Ограбление. Женщина зарезана, дочь жива, в шоке.

— Кто вызвал?

— Отец.

— А где отец был?

— На встрече. Алиби есть.

Анна закрыла глаза. В голове крутилось одно имя. Алексей. Она не знала, кто это. Не знала, где искать. Но имя застряло в памяти, как заноза.

В квартире кто-то громко сказал:

— Обычное дело. Ещё одни развод с летальным исходом. Закрываем.

Анна открыла глаза. Смотрела на дверь своей квартиры, из которой выходили люди в бахилах, несли чемоданы, переговаривались.

Ей хотелось крикнуть: «Вы ничего не знаете! Он был здесь! Он был здесь двенадцать часов!»

Но она молчала. Потому что вспомнила, что сказал парень перед уходом: «Я вернусь».

И она поверила. Потому что после всего, что случилось, она уже не знала, чего бояться больше — правды или того, что будет, если она её скажет.