Читать книгу Крот. История сталкера - Группа авторов - Страница 11

Проснулся он раньше Лешего.

Почти раньше. Когда открыл глаза — Леший уже сидел у лестницы, смотрел в потолок. Или думал. Не поймёшь его.

Крот потёр лицо. Голова была чистая — не от усталости, не от фляжки. Просто что-то в воздухе подвала изменилось за ночь. Не запах, не звук — то самое безымянное чувство, которое нарабатывается годами. Что-то стало больше. Плотнее.

— Это у меня, — сказал он негромко, — или...

— Не у тебя, — сказал Леший.

Молчание.

— Плохо.

Леший кивнул. Не добавил ничего — не было необходимости.

* * *

Завтракали молча.

Это само по себе было показателем. Колесников ел механически — он всегда говорил за едой, это была его норма, неотключаемая. Сейчас — молчал. Смотрел в кружку. Второй учёный не спорил — ни с кем, ни о чём. Ассистентка держала кружку двумя руками и смотрела в стену.

Крот наблюдал за этим и думал: вот это плохой знак. Когда тревогу чувствуют ходоки — это рабочая ситуация. Когда её чувствуют учёные, которые в Зоне второй день и ещё не выработали никакого чутья — это значит, что сигнал громкий. Очень громкий. Настолько, что его ловит даже неподготовленный человек — как ловит инфразвук, не слыша его ушами, а чувствуя кожей.

Это было нехорошо.

Леший поднялся первым — без слов, по лестнице наверх, в дом. Пробыл там недолго. Спустился. Сел на ступеньку.

Группа смотрела на него. Все.

— Леший, — сказал Крот осторожно. — Что там?

— Аномалии, — сказал Леший. — Везде.

— В смысле — везде?

— В смысле — весь посёлок. — Пауза. — После дождя. Как грибы выросли. Там, где вчера было чисто.

Тишина.

Второй учёный открыл рот: — Это невозможно. Аномалии не возникают так быстро. Для формирования аномальной структуры нужно —

— Я знаю, что нужно, — сказал Леший. — И тем не менее.

Крот встал, поднялся на две ступеньки, посмотрел в дверной проём.

Деревня снаружи выглядела как деревня. Утренний свет, мокрая трава, тёмные бревенчатые стены. Ничего видимого.

Но он чувствовал. Там, где вчера было пространство — сейчас было поле. Не локальное, не точечное — сплошное, как туман после ночи. Оно пришло вместе с дождём, или за дождём, или использовало его как прикрытие. Аномалии не возникают так быстро — это правда. Это противоречит всему, что он знал о механике Зоны.

Но детектор молчит. А поле есть.

Крот вернулся. Сел на ящик.

— Детектор молчит, — сказал он.

— Молчит.

— Тогда как ты...

— Чувствую.

Крот посмотрел на Лешего. Тот смотрел в ответ — ровно, без объяснений. Просто факт.

Крот кивнул. Медленно, принимая это. Чутьё — не мистика, это накопленный опыт, который обрабатывается быстрее, чем сознание успевает сформулировать. Леший чувствует поле — и всё. Спорить с этим так же бессмысленно, как спорить с тем, что земля мокрая после дождя.

Колесников поднял руку — жест человека, привыкшего к совещаниям.

— Что это значит практически? Мы заперты?

— Пока — да.

— И как долго?

Леший не ответил сразу. Думал. Крот смотрел на него и пытался понять, что именно тот просчитывает. Пути выхода? Поведение поля? Время разрядки?

— Крот, — сказал Леший наконец. — Ты слышал про аномальное поле, которое перемещается?

Крот медленно повернулся к нему.

Слышал. Конечно, слышал. Теория Зонникова — рабочее название, автор уже умер. Подвижные поля, которые не привязаны к конкретной точке пространства, а движутся по каким-то своим законам. Отец упоминал краем — как гипотезу, которую считал интересной, но не подтверждённой.

— Слышал, — сказал Крот. — Теория. Считается, что не подтверждённая.

— Считалась, — сказал Леший.

Крот смотрел на него секунду.

Подвижное поле. Вот что он чувствовал весь вчерашний день. Не мутант, не случайное присутствие наблюдателя — само поле, которое шло следом, а ночью накрыло деревню, пока они спали.

Это объясняло всё. И делало ситуацию значительно хуже, чем просто «много аномалий».

— Вот это да, — сказал Крот тихо.

Не от страха. От того удивления, которое бывает, когда что-то, что ты считал теорией, оказывается прямо перед тобой — настоящим, ощутимым.

Отец был бы в восторге.

Сам Крот — не в восторге. Но это отдельный вопрос.

За стенами подвала деревня молчала. Поле сидело снаружи — плотное, невидимое, терпеливое.

Не просто поле. Что-то еще ощущалось в нем.

Крот об этом не сказал вслух. Пока рано.