Читать книгу Придорожная трава. Роман - Нацумэ Сосэки - Страница 10

– Симада до сих пор живёт на старом месте?

Даже на такой простой вопрос сестра не смогла ответить определённо. Кэндзо был немного разочарован. Однако, поскольку он и сам не стремился активно выяснить нынешнее местопребывание Симады, то не почувствовал сильного разочарования. Он верил, что в данной ситуации ещё нет необходимости прилагать серьезные усилия. Даже если и потратить их, думал Кэндзо, это лишь удовлетворит своего рода любопытство. К тому же сейчас он должен был презирать подобные чувства. Его время было слишком дорого, чтобы тратить его на такое.

Он лишь мысленным взором представил себе дом того человека, который видел в детстве, и его окрестности.

С одной стороны улицы там тянулся широкий большой ров длиной в целый тё (около 109 м). Вода в этом рве, никогда не сменявшаяся, была неприятно мутной от гнилого ила. Кое-где всплывала синеватая плёнка, и в нос ему ударял противный запах. Этот грязный уголок он запомнил под названием «владения господина Сама».

По ту сторону рва сплошной линией стояли традиционные японские длинные дома нагая. В них на каждое строение приходилось по одному квадратному тёмному окну. Эти длинные дома, построенные вплотную к каменной стене, тянулись без конца, так что внутренность владений была совершенно не видна.

С противоположной от них стороны стояли редкие одноэтажные домики. Этот ряд домов, где старые и новые были беспорядочно перемешаны, был, разумеется, неровным. Кое-где зияли пустоты, словно редкие зубы у старика. На одном из таких пустующих участков Симада и выстроил своё жилище.

Кэндзо не знал, когда оно было возведено. Но он впервые попал туда вскоре после новоселья. Это был тесный дом всего в четыре комнаты, но даже детским глазам было видно, что дерево для строительства и прочее, видимо, подбирали довольно тщательно. И в планировке была продуманность. Гостиная площадью в шесть татами выходила на восток, в тесный садик, усыпанный сосновыми иглами, там же был поставлен величественный каменный фонарь из гранита, даже слишком большой.

Чистюля Симада, подвернув полы, постоянно ходил с мокрой тряпкой, протирая ею галерею и столбы. Потом, босой, выходил в палисадник перед жилой комнатой, выходившей на юг, и полол траву. Иногда он брал мотыгу и чистил грязную канаву у входа. Через ту канаву был перекинут деревянный мостик длиной примерно в четыре сяку (в одном сяку около около 30,3 см).

Кроме этого жилища, Симада выстроил ещё один скромный дом для сдачи внаём. И проложил между двумя постройками дорожку шириной около трёх сяку, чтобы можно было пройти на задворки. Там была заболоченная местность, которую и полем-то назвать было трудно. Когда наступаешь на траву, сочится вода. В самом низком месте постоянно стояла неглубокая, словно озерцо, лужа. Симада, похоже, собирался со временем построить и там маленькие домики для сдачи. Но этот замысел так и не был осуществлён. Зимой, бывало, прилетали утки, и он говорил: «Вот попробую-ка я как-нибудь поймать одну»…

Кэндзо перебирал в памяти эти старые воспоминания одно за другим. Хотя он думал, что, если бы отправился туда сейчас, наверняка был бы поражён, как всё переменилось, но по-прежнему представлял себе картину двадцатилетней давности, словно это было сегодня.

– Может быть, муж до сих пор шлёт ему новогодние открытки.

Когда Кэндзо собрался уходить, сестра сказала это и предложила ему подождать в темноте, пока не вернётся Хида, но в этом не было особой необходимости.

В тот день он думал по пути зайти также в дом своего брата перед храмом Якуодзи в Итигая и расспросить о Симаде, но поскольку время было уже позднее, а также потому, что всё сильнее становилось чувство, что, даже спросив, ничего не поделаешь, он так и вернулся в домой. Вечером ему вновь пришлось быть поглощённым работой на завтра. И он совсем забыл о Симаде.