Читать книгу Клинок Восходящей Зари. Героическое фэнтези - Сергей Чувашов - Страница 4

Таверна «Золотой Дракон» не оправдывала своего пышного названия. Она пряталась в подбрюшье столицы, у подножия крепостной стены, где стекали в сточные канавы не только дождевые воды, но и слухи, и грехи города. Воздух здесь был густым, пропитанным запахом прокисшего пива, жареного лука, пота и чего-то ещё – едкой смесью отчаяния и дешёвой надежды. В отличие от королевского двора, здесь рассвета не ждали. Здесь от него прятались.

Элара, сменив свой отличительный синий плащ капитана на простой, потёртый дорожный серый, чувствовала себя диковинной птицей в курятнике. Её прямая осанка, твёрдый взгляд, слишком чистые руки – всё кричало о чужеродности. Из углов на неё сыпались колючие, оценивающие взгляды. Шёпот, словно рой мух, сопровождал каждый её шаг к стойке.

«Ищу человека по имени Дариус», – сказала она трактирщику, грузному мужчине с вечно-уставшим лицом и глазами, как две щелочки в тесте.

Трактирщик медленно протёр кружку грязной тряпкой, не глядя на неё. «Здесь таких не водится. У меня честное заведение».

«Мне сказали, он ждёт». Элара положила на стойку серебряную королевскую монету. Металл звонко припечатался к липкому дереву.

Щелочки-глаза скользнули к монете, затем вглубь зала, в самый тёмный угол, где даже копоть от факелов будто боялась задерживаться. Трактирщик мотнул головой, сгрёб монету и снова принялся тереть кружку, уже пустую. Его дело было сделано.

Угол был не просто тёмным. Он был поглощающим свет. И по мере того как Элара приближалась, она начала различать его очертания. Не потому, что глаза привыкли к полумраку, а потому, что сам мрак будто слегка отступил, позволив себя рассмотреть. Он сидел спиной к стене – классическая позиция того, кто не доверяет пространству за спиной. Перед ним стоял недопитый кубок вина, тёмного, как кровь. На столе не было ничего больше. Ни карт, ни еды, ни спутников.

Дариус Клинок Теней.

Его внешность была разочаровывающе обыденной для легенды. Ни рогов, ни пламенеющих глаз. Мужчина лет тридцати пяти, с тёмными, почти чёрными волосами, собранными в небрежный хвост у шеи. Черты лица – резкие, угловатые, будто высеченные топором из гранита, а не вылепленные жизнью. Он носил простую, но качественную чёрную кожаную куртку, под которой угадывалась гибкая кольчуга. На поясе – два тонких клинка в неброских ножнах. Не меч, а именно кинжалы. Орудия работы вблизи. Орудия тихой работы.

Но глаза… Его глаза заставили Элару на мгновение замереть. Они были цвета промокшего пепла – серые, холодные, абсолютно пустые. В них не было ни любопытства, ни враждебности, ни даже скуки. Лишь плоская, бездонная поверхность, за которой могло скрываться что угодно. Или ничего.

«Капитан», – сказал он. Его голос был низким, ровным, лишённым каких-либо интонаций. Он не задал вопрос. Он констатировал факт, будто ждал именно её и именно в этот момент.

«Дариус», – кивнула она, останавливаясь у стола, не присаживаясь. Протокол встречи с наёмником не предполагал приглашений. «Король говорит, ты знаешь дорогу».

Лёгкая, почти невидимая усмешка тронула уголок его рта. Она не добавила тепла его лицу, лишь сделало его более острым. «Король говорит много чего. Я знаю дороги ко многим местам. Одни ведут к сокровищам, другие – к могилам. Вопрос в том, какая дорога нужна вам, капитан Стальное Сердце?»

«Дорога к Рассветному Клинку».

В его пепельных глазах наконец что-то шевельнулось. Быстрый, ящеричный блеск – интерес, смешанный с глубокой, древней усталостью. «А, – протянул он. – Значит, дошло и до этого. Скоро, значит. Быстрее, чем я думал».

«Ты знаешь, где он?»

«Знаю, где он может быть. Знаю, какие стражи его сторожат. Знаю, что большинство из них убьёт вас, капитан, раньше, чем вы успеете рассмотреть их клыки». Он отпил глоток вина, его движения были плавными, экономичными, без единого лишнего жеста. «Почему я должен вести вас?»

«Потому что король приказал». Звучало слабо даже в её собственных ушах.

Дариус рассмеялся. Звук был коротким, сухим, как треск ломающейся кости. «Короли приказывают своим собакам. Я – не собака. Я – инструмент. Инструменты требуют оплаты».

«Тебе предложат золота больше, чем ты сможешь унести».

«Золото… – он с лёгким пренебрежением отодвинул кубок. – Золото хорошенько греет в мире, где есть завтра. В мире, который заканчивается, оно лишь утяжеляет карманы. Нет, капитан. Моя цена иная».

Элара почувствовала, как по спине пробежал холодок. «Какая?»

«Полное королевское помилование. Записанное на пергаменте, скреплённое печатью и подписью Его Величества. За все преступления, известные и неизвестные, совершённые мной до этого дня. И гарантия свободного выхода из королевства после того, как ваш клинок будет у вас в руках».

Она сжала кулаки под плащом. «Такой документ сделает тебя неуязвимым. Даже если ты предашь нас, даже если…»

«Даже если я снова повернусь к тени? – закончил он за неё, и его голос стал тише, опаснее. – Именно так, капитан. Это моя цена. Без неё – никакой дороги. Ищите другого проводника. Если найдёте».

В таверне грохнула опрокинутая скамья, кто-то завёл пьяную песню. Но в их углу стояла своя, хрупкая тишина, натянутая, как тетива. Элара видела перед собой не просто наёмника. Она видела продукт предательства и выживания. Человека, который служил Тёмному Лорду и предал его. Человека, в чьих глазах не осталось ничего святого, кроме собственной шкуры. Доверить ему судьбу миссии? Доверить ему свою жизнь в горах и лесах?

«Как мы можем быть уверены, что ты не ведёшь нас в ловушку? Что это не игра Моргота?» – выпалила она, и в её голосе прозвучала та самая неприязнь, которую она пыталась сдержать.

Впервые за весь разговор Дариус посмотрел на неё по-настоящему, оценивающе. Его взгляд скользнул по её лицу, осанке, руке, лежащей на эфесе меча. «Вы не можете, – ответил он с леденящей прямотой. – Уверенности не будет никогда. Вы можете либо поверить, что моя ненависть к Морготу и желание сохранить этот жалкий мир (в котором, кстати, я люблю иногда выпить) сильнее, чем любая возможная награда от него. Либо… вы можете попытаться найти дорогу сами». Он откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. «Но учтите: первая ловушка в Драконьих горах оставит от вас и вашего долга лишь мокрое пятно. И Моргот, проснувшись, даже не узнает вашего имени».

Ненависть. Он сказал это слово без эмоций, но Элара вдруг почувствовала его подлинность. Это была не ненависть к злу вообще. Это была личная, выстраданная, прожитая ненависть. Это было, пожалуй, единственное, что делало его хоть сколько-то человечным в её глазах.

«Помилование… – прошептала она, глядя на его пустые глаза. – А если я решу, что ты заслуживаешь петли, а не свободы?»

Его губы снова дрогнули в подобии улыбки. «Тогда, капитан, вам придётся дожить до конца пути, чтобы попытаться её накинуть. А это, уверяю вас, будет самой сложной частью вашего задания. Ибо в тёмных местах, куда мы идём, я – ваш единственный свет. Как бы цинично это ни звучало. Итак, что скажете? Вести или не вести?»

Он поставил ультиматум. Прямо, без покровов. Элара стояла перед выбором: союз с дьяволом ради спасения мира или чистая совесть и вероятная гибель миссии.

Она вспомнила потухающие руны в тронном зале. Багровый свет в глазах гонца. Тень страха на лице короля.

«Помилование будет подготовлено, – сказала она, и слова обожгли ей горло горечью. – Мы выходим на рассвете. У восточных ворот. Не опаздывай».

Она развернулась, не дожидаясь ответа, и пошла прочь, чувствуя его пустой, пепельный взгляд у себя на спине. Он прожигал плащ и кожу, добираясь до самых костей.

«Капитан!» – его голос остановил её уже у выхода.

Она обернулась. Он не сдвинулся с места, лишь слегка поднял кубок в её сторону.

«Захватите тёплый плащ. В горах, на вершинах, где спят древние драконы, холодно даже солнцу. И попрощайтесь со своей старой жизнью сегодня. Потому что к утру её не станет».

Элара вышла на улицу, где уже сгущались вечерние сумерки. Воздух, даже пропитанный городской вонью, показался ей сладким и лёгким после тяжёлой атмосферы «Золотого Дракона». Но облегчения не было. Была лишь тяжёлая, липкая уверенность, что она только что продала душу – или, по крайней мере, шанс на справедливость – чтобы получить ключ от двери в ад.

А тень в углу таверны допила своё вино, поставила пустой кубок на стол и растворилась в темноте раньше, чем трактирщик успел моргнуть. Будто её и не было.