Читать книгу Елена Прекрасная и город на крови - Янина Корбут - Страница 2

…В полумраке их старого, пропахшего сыростью дома каждый угол был ему ненавистен. Привалившись к стене, он смотрел в закопчённое окно. На улице стоял холодный март, но от печки шло приятное тепло. Он знал, что через пару дней всё должно измениться. Пропадёт город, смоет его грехи, как в Священном Писании сказано. Всё, что было здесь живым и дышало, умрёт, исчезнет. Ни зверей, ни птиц, ни травинки, ни пылинки не останется.

А вот ему бы задержаться здесь, сидеть, ждать, пока хлынут в город воды мщения. И воды эти скроют навечно ненавистный город, где все над ним издевались. Больше не будут дразнить его кривым уродцем, недоделанным калекой.

Его сердце стучало в унисон с гулом дождя за окном. Незаметно для себя он задремал, а когда встрепенулся от звука голосов, понял, что это Нина опять пришла в дом со своим любовником. Опять! Пока мать с мелкой мотается, решает вопросы о переезде…

Ему стало стыдно и противно. Нина, всегда такая красивая, уверенная и смелая, не замечала, как её жизнь медленно расползалась в трещинах. Сначала родила в девках, теперь вот связалась с женатым…

Пробка весело чпокнула, в бокале забулькало, а потом звонко звякнуло. Зашуршало, застукало. Нина смеялась, а её любовник принялся бахвалиться, что у него есть документы, способные изменить их жизнь.

– Ты ещё не поняла, глупая? Мы никуда не переезжаем! Всё отменят! Дом мне новый дадут! Может, и машину выделят. С водителем!

– А я? А мы с дочей?

– Да не оставлю я вас! Ты же знаешь, я для тебя что хочешь… Потом переедем в город! Главное, чтобы начали разработки…

– Ага, а жена? Когда ты с ней поговоришь?

– Ну, Нинуль, не гони, будет всё, будет… Дай родинку поцелую. Ну, ещё чуток обожди…

– Когда с женой поговоришь, тогда и целуй сколько влезет!

Нина сначала капризничала, потом принялась глупо хихикать, а её любовник всё рассказывал про важность своих исследований, попутно пытаясь забраться ей под юбку. Они не замечали, что за печью кто-то есть, но сидеть дальше в тишине было невыносимо.

«Ясно же, что они сейчас тут устроят…»

– Вообще-то я здесь, – наконец подал он голос. – И хватит ей рассказывать всякие небылицы. Мы завтра уезжаем, а ты иди к своей жене и детям.

С этими словами он, с трудом поднявшись, показался из-за печи.

– Тяпа, опять шпионишь! – взвизгнула Нина. – Иди во двор погуляй, не до тебя сейчас!

В этот момент любовник как раз наполнял её рюмку бордовой наливкой и нагло ухмылялся, мол, что ты мне сделаешь, сопливый. А он взял и рявкнул:

– Сволочь ты! Вон из нашего дома!

В воздухе застыло напряжение.

– Тяпа-растяпа, давай, скачи на одной ножке, не зли дядю. Я тебе потом конфет куплю, – отмахнулся любовник Нины.

Их смех больно ранил. Он почувствовал, как ярость накатывает волной, затмевая разум. И тогда стал кричать. И кричал всё, что наболело.

Когда он назвал её потаскухой, Нина, кажется, посмотрела на него с удивлением, а её любовник – с презрением. В этот момент всё вокруг потемнело. Он не думал, не планировал – лишь действовал. Толкнул. Падая, Нина закричала, но её голос тут же затих.

Удар, которым он наградил любовника Нины, был резким и сильным, и тот сразу повалился на пол, как марионетка, одним махом лишённая нитей. Его пришлось добивать – иначе нельзя было.

Теперь он, Тяпа, стоял среди учинённого им хаоса, дыхание было тяжёлым и прерывистым. Он не мог поверить, что всё это не сон. Внутри что-то накатывало и взрывалось – от облегчения до ужаса. Он понимал, что теперь должен быстро избавиться от тел.

Собравшись с силами, потащил Нину к подполу – тёмному и уже убранному перед переездом, туда никто не заглянет. Каждое движение давалось с трудом: он чувствовал тяжесть её жизни, которую в одночасье оборвал. Потом было ещё много всего, но к вечеру, когда вернулась мама, в доме ничего не напоминало о трагедии.

Он машинально отвечал на какие-то вопросы, в голове пульсировала кровь, а в сознании крутилась лишь одна мысль: теперь всё будет по-другому. Всё уже никогда не будет так, как прежде…

…Небо почернело, нависнув над городом как угрожающая пелена. Ветер начал набирать силу, завывая между узкими улочками и высокими стенами. Сначала небо разразилось глухим громом, который эхом прокатился по безлюдным площадям. Сверкнула молния, разрывая мрак, но было уже слишком поздно. Свет в этом городе погас навсегда.

И наказание свершилось! Это был поток воды, который стремительно надвигался на дома. Вода накрыла поля и холмы, сметая всё на своём пути. Поток воды стремительно поднимался, потопляя и унося с собой всё, что было дорого. Деревья валились с корнями, камни взмывали в воздух, а здания тряслись под натиском стихии.

Вода бурными реками заполнила улицы. Громадные волны накрывали всё вокруг, унося людские надежды. На мгновение природа замерла в своей ярости. Затем раздался оглушительный треск: стены домов обрушивались под давлением воды. Всё погрузилось в пучину, оставив после себя лишь мрак и тишину. Нет больше пороков и зла. Где веками жили люди, где любили, рождались и умирали, больше не будет ничего…